На страже мира - Илона Эндрюс

мягкость. В глазах застыло беспокойство. Он смотрел на меня и сквозь меня одновременно, словно ожидал, что на каком-то далеком горизонте за моей спиной вот-вот появится угроза. Самоуверенный веселый парень исчез. Я смотрела войне в лицо, а она смотрела на меня в ответ.

О нет.

Я протянула руку и дрожащими пальцами коснулась неровного шрама на его щеке. Он прижался к моей руке, как бездомный пес, который слишком долго был в бегах и отчаянно нуждался в капле ласки. Мои глаза запылали, и по щекам потекли слезы. Фурия, сидящая у него на коленях, жалобно заскулила.

– Почему? – прошептала я.

– Я был в долгу перед Вильмосом, – ответил он тихим голосом. – Сказал, что хочу испытать себя. Тураны Адины недолговечны. Торговцы просто набирают новых, когда очередной погибает. Главное, подойти по росту – обо всем остальном позаботятся доспехи. Я заключил контракт на шесть месяцев по времени Нексуса и прибыл туда через два дня после смерти последнего Турана Адина.

– Шон…

– Служба в армии не была для меня тяжелой. Все, что я делал на этой планете, казалось легким. Даже близко не подходило к тому, через что прошли мои родители. Я хотел испытания. Хотел знать, смогу ли. Смогу ли выживать, подобно им. Смогу ли стать тем, кем они будут гордиться. Мне нужно было сбросить ремни безопасности.

Шесть месяцев на Нексусе – это всего лишь два месяца по нашему времени.

– Почему ты не ушел? Контракт закончился.

– В космопорте и колонии есть гражданские. – Его голос был хриплым и тихим. – Там есть дети. А наши ресурсы слишком ограниченны, защиту в любой момент могут прорвать. Я им нужен.

Он оказался в ловушке. Родители Шона были оборотнями поколения альфа. Их создали с помощью генной инженерии специально для того, чтобы защищать врата от превосходящих сил противника, пока остальные жители эвакуировались через них со своей умирающей планеты. Шон родился с желанием защищать – столь сильным, что оно заглушало все остальное. Ему казалось, что отражать осаду космопорта – его долг. И все это виделось ему настолько правильным, что, начав, он уже не мог остановиться. Сами гены заманили его в ловушку.

Вот почему он сбежал от пруда. Он знал, что вернется на Нексус. Никогда не увидит этот пруд летом. Никогда больше не увидит меня. Никогда больше не приготовит барбекю на моем заднем дворе, не отдаст тайком кости Фурии. Я больше никогда не услышу его шуток. Он…

Нуан Си что-то сказал перед тем, как я потеряла сознание. Он спросил: «Ты даешь мне слово?»

Меня бросило в холод.

– Что ты пообещал Нуан Си, чтобы меня спасти?

Шон улыбнулся:

– Я ни о чем не жалею. Ты жива. Это делает меня счастливым.

– Шон?

Он ничего не сказал.

Я развернулась и бросилась вверх по лестнице, в комнаты торговцев.

* * *

Я застала Нуан Си сидящим в одиночестве в их общей комнате. Огромный экран на стене мягко светился. На нем воспроизводилась запись какого-то праздника торговцев: лисы в ярких одеждах танцевали на улицах, кружась и размахивая длинными лентами. Звук был приглушен до едва слышного бормотания.

– Я ждал тебя, – тихо сказал он.

– Что он тебе пообещал?

– Служить всю жизнь, – ответил Нуан Си печальным голосом. – Жизнь за жизнь. Честная сделка.

Нет. Нет, ни за что. Шон Эванс не умрет ради меня. Нужно было немедленно его спасти. Я подошла и села на диван.

Мой взгляд упал на экран. Повинуясь моей воле, запись фестиваля исчезла, и на экране появились массивные стволы деревьев, извивающиеся между шпилями из серого и белого камня. Каждая ветвь была шириной с шоссе и полнилась ворохом голубых и бирюзовых листьев. На длинных лозах цвета индиго распускались розовые бутоны. Золотистый мох покрывал стволы, ловя лучи яркого солнца. Крупный хищник из семейства кошачьих, шерсть которого усеивали черные и кремовые пятна, спускался по одной из веток, держась в тени. Массивные черные когти слегка царапали мох.

– Однажды я спросила своего отца, как лии стали доминирующим видом на своей планете, – сказала я.

Нуан Си поморщился. Мало кто знал истинное название вида торговцев, и посторонним не полагалось произносить его вслух. Но мне было уже все равно.

Хищник продолжал спускаться по стволу, а камера за ним. Там, в изгибе между маленькой тонкой веткой и огромным стволом дерева, сидел, сжавшись в крошечный комочек, одинокий лис. Его голубой мех пестрил белыми и черными полосками. По сравнению с хищником он казался крохотным. Зверь мог проглотить его в два счета.

– В конце концов, вы так малы, а ваша родная планета ужасно жестока.

Кошачий хищник понюхал воздух. Он был уже рядом с лисой.

– Знаешь, что отец мне ответил?

На экране ярко-синие глаза лисы широко раскрылись.

– Он сказал, чтобы я никогда не доверяла лии, потому что они умны и коварны. Если они терпят неудачу в переговорах, то убивают, чтобы получить желаемое.

Внезапно маленький лис выскочил из своего укрытия и подпрыгнул в воздух, держа у губ духовое ружье. Крошечный дротик вылетел наружу и вонзился в шерсть хищника. Зверь начал биться в конвульсиях, отчаянно пытаясь удержаться на ногах. Лис мягко приземлился рядом и вытащил из ножен нож. Его черные губы растянулись, обнажая свирепые клыки. Морда сморщилась. В глазах вспыхнул безумный огонь. Боевой лис бросился на дергающегося зверя и начал снова и снова вонзать нож в его горло, в исступлении разбрызгивая кровь во все стороны. Все было грубо и жестко. Никакой изящности, никакой цивилизованности или спокойствия. Это была первобытная жажда крови, жестокая и неистовствующая.

Нуан Си отвел взгляд от экрана.

– Я видела силуэт моего отравителя. Он был очень низким. Низким, как лии. А затем у вас нашлось противоядие от отравы, которую не удалось найти даже в огромной базе данных арбитра. Один из ваших людей пытался меня убить.

– Это не было санкционировано.

– Гостиница оставила на отравителе метку.

Нуан Си поморщился.

– Так почему вы это сделали?

– Это было сделано не по моему приказу, и я накажу виновного. Кто-то использовал мой блокировщик образов, но я не знаю как. Он очень дорогой и есть только у меня. Сейчас он лежит там же, где и прежде. Я использовал его только раз.

Он использовал…

– Это вы забрали изумруд?

– Да. В ту ночь я спрятал блокировщик под одеждой. Все были так заняты, что это отняло всего несколько секунд.

– Вы злоупотребили моим гостеприимством.

Нуан Си вздохнул:

– Да. Мы перед тобой в долгу. Услуга, которую ты мне задолжала, прощена.

Мне надоело все время торговаться.

– Отпусти его.