Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

Они познакомились как раз здесь, за этой барной стойкой. Делили смены, а потом стали работать в паре. Постоянно спорили из-за музыки, Патрик ко всему прочему безуспешно пытался научить её танцевать рок-н-ролл, а потом на спор вытащил к открытому микрофону.

То было время путешествий, рока в крови и безудержных ночей.

Лиза никогда не считала, что они встречались, скорее, тусили вместе. С ним она терялась в драйве ночей, чтобы утром приходить в лавку и работать до упора. До следующей ночи.

С Патриком они разошлись, когда оказалось, что они уже какое-то время живут вместе в маленькой съёмной квартире Лизы, а все счета почему-то оплачивает она. Дела мастерской как раз пошли в гору, и Лиза решилась на свою затаённую мечту – музыкальный колледж.

С тех пор они остались добрыми приятелями.

– Так как всё-таки найти его? Может, остались какие-то контакты?

– А ты уверена? Лиза, я сам не пай-мальчик, ты знаешь. Но от Ливня я бы держался подальше.

– Патрик, не надо обо мне беспокоиться. Я вполне могу за себя постоять.

– Ну да, я помню, как ты отшвырнула того наглеца, который полез на сцену и требовал не песен, а стриптиза. Хотя я бы посмотрел, ты же шикарно двигаешься!

Лиза морщится и подхватывает яблочную дольку. Сочную, хрустящую, с лёгким запахом лайма. Патрик спускает очки на кончик носа и опирается на стойку локтями, явно решившись заговорить о чём-то важном.

– А ты слышала про то, что ночью творилось в клубе «Клюква»?

– Тебя что-то конкретное интересует?

– Да у меня отток клиентов в последнее время. Оно и понятно – не до праздников. Я беспокоюсь. Вроде и защита стоит, и я одного стража попросил иногда заглядывать, а всё равно неспокойно. Как думаешь, что там произошло?

Патрик уже едва шепчет, хотя вокруг и так купол, поглощающий звуки. Слышно шуршание прибоя и гулкие звуки, как эхо в ракушках. А Лиза даже не знает, что рассказать и как.

Вот она – граница между стражами и остальными. Можно видеть прорывы, переживать за ужасы, о которых пишут в газетах на первых страницах, ругаться на взрытую землю и покорёженный асфальт, разбитые случайно кругом огня витрины. Лиза тоже такое видела. Но издалека, отстранённо, как данность – тени опасны, но против них есть бравые – или проклятые – стражи. Спите спокойно, дорогие милины и сухри. Служба всегда начеку. И плевать на шрамы под повязками, потухшую магию после мира теней, кровь на кинжалах и бессонные ночи, полные вечных битв с запахом едких трав и масла.

– Меня там не было, – сухо отрезает Лиза, не испытывая никаких угрызений совести. – Но, если хочешь знать моё мнение: попроси друга-стража заходить сюда чаще. И пусть знакомых захватит. Им тоже не помешает иногда пропустить стаканчик. И расскажи про Ливня.

Она найдёт этот чёртов Орден, если он существует. Раньше это было желанием разгадать тайну, но теперь – шанс, что те, кто владеет всеми четырьмя стихиями, могут помочь Кристине не сгореть от избытка магии.

Сообщения так и не отправились, абонент недоступен.

Напоследок Патрик зовёт выступить на ближайшем концерте и протягивает листовку в тёмно-бордовых тонах. Как запёкшаяся кровь.

Как пятна на свитере Николая.

Лиза поспешно запихивает её в задний карман джинсов и, допив кисловатый лимонад, торопится на скорый поезд. Надо рассказать про украденные из лавки вещи и аккуратно – про непростое положение Кристины.

* * *

Сюзанна сидит, скрестив ноги, на мягком ковре в гостиной перед алтарём воздуха. На тёмно-синем шёлке со знаками стихий разложены перья, а от тлеющей палочки курится сладковатый дымок. В маленькой глиняной мисочке с этническим орнаментом в молоке плавают веточки трав.

В квартире непривычно тихо после постоянного наплыва гостей, и только слышится перезвон музыки ветра, похожий на ритуальные напевы. Легко представить, как под них тонкие жрицы, кожа которых покрыта вязью рун, в белоснежных храмах возносят дары древним божествам, обращаясь к ним с искренней молитвой. Об очищении дома, защите и провидении.

Тяжёлые синие шторы сейчас задёрнуты, комната погружена в приятный полумрак с запахом лаванды и апельсиновой корки.

Вместо церемониальных одежд на Сюзанне тонкое и короткое платье фисташкового цвета с лентами и широкими рукавами. Вместо убранства храма – высокий потолок городской квартиры, орнаменты ярких тёплых пледов и треск одинокой серебряной свечи.

Саша замирает у дверного косяка, невольно заворожённый ритуалом и порханием пальцев Сюзанны над алтарём. Ему не надо видеть её лица, чтобы знать – веки закрыты, а на них нарисованы ярко-синие глаза с вертикальным зрачком.

Иногда ему кажется, что она – сама как воздух, невесомая и лёгкая, её бы удержать. Не в золотой клетке, а в тепле и ласке. В доме света и огней.

Но любым птицам необходим простор и полёт в поднебесье, в золотом свете солнца, сиянием оплетающем крылья. Среди горных вершин и над широкими летними лугами.

Музыка вдруг стихает, а Саша понимает, что его коснулся ритуал и увлёк в дремотные иллюзии с солнечным теплом. Он даже ёжится от прохлады в комнате, пока Сюзанна бережно сворачивает ткань и плавно вспархивает.

Как всегда, каждый ритуал забирает энергию и силы, так что она тиха и задумчива, движения медленные, а на лбу блестят капельки пота, размывая пару белых жирных полос. Возможно, они тоже нужны для обряда.

Или так просто нравится самой Сюзанне. Яркая маска из узоров, ароматные подношения и вплетённые в волосы крохотные колокольчики. Так легче скрыть все свои страхи.

– Удалось что-нибудь увидеть?

– Пока всё спокойно. Чёткой картинки нет, но это и не нужно. Главное – ощущения. Она боится и чувствует себя… неуютно. Не выносит одиночества.

– Ты почувствуешь, если что-то не так?

Сюзанна убирает все инструменты в ящик комода, ставит миску с молоком на подоконник между кадками с высоким бамбуком и папоротником и приоткрывает окно, впуская свежий воздух с запахом дождя. Не торопится с ответом, пока Саша не подходит со спины и не заключает в объятия, зарываясь в светлые волосы с разноцветными прядками.

– Я всё сделала как нужно, поверь мне. Выждала за углом и навела заклинание, стоило Соне с Кристиной выйти из клуба. Главное, чтобы амулет был при ней. Теперь у нас с ней есть тонкая связь, будто ниточка натянута через воздух. А потом… я так испугалась.

– Почему? Соня…

– Ох, нет. Я испугалась, когда меня едва не подпалил щит вокруг клуба, а ты остался внутри. Каждый раз я жду и боюсь потерять тебя.