Двадцать два несчастья. Том 4 - Данияр Саматович Сугралинов

лишним не будет. Вероятно, в нашей стране прекрасному полу в целом свойственно больше заботиться о себе, и такой перекос именно у нас. На Западе, да и в Азии, мужики также ревностно ухаживают за собой и следят за здоровьем. Наши же предпочитают терпеть до последнего.

Первые три клиентки слились в одну непрерывную работу: офисные спины, затекшие шеи, «вдовьи горбики», жалобы на головные боли от компьютера. Стандартный набор современной женщины, проводящей по восемь-десять часов в неправильной позе перед монитором.

Массаж при таких проблемах работает через простой механизм: стимуляция механорецепторов в мышцах и фасциях снижает спазм и кратковременно улучшает кровоток. Эффект подтвержден множеством научных исследований, и ничего мистического в нем нет. Да, это симптоматическое облегчение, а не лечение причины, но клиенткам и этого хватает. А вот по-хорошему им бы, помимо массажа, самим побольше двигаться. Да хотя бы активные двухминутки каждый час делать: встать, поприседать, подняться по лестнице, сходить поболтать с коллегой.

В общем, первые три прошли буднично, а к полудню я начал замечать странное.

Четвертая клиентка, Алия, женщина лет под тридцать, оказалась мамой в декрете. Под глазами у нее залегли тени, плечи были опущены, а в движениях читалась заторможенность от хронического недосыпания.

— Муж подарил сертификат в это спа на день рождения, — объяснила она, укладываясь на топчан. — Сказал, что мне нужно расслабиться. А я даже не знаю, умею ли еще расслабляться.

— Сейчас проверим, — сказал я и начал работать мягко, без глубокого давления, потому что ее организму сейчас нужна была не глубокая проработка мышц, а активация парасимпатической нервной системы.

Медленные поглаживающие движения, равномерный ритм и тепло рук снижают уровень кортизола и запускают релаксационный ответ. Плюс дают лимфодренажный эффект. Эффект умеренный, но хотя бы на час-два она выключится из своей бесконечной гонки.

Минут через пятнадцать ее дыхание стало глубже и ровнее.

— Сергей Николаевич, — вдруг сказала она, не открывая глаз. — Можно спросить?

— Слушаю.

— Вы женаты?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я на секунду замер.

— Нет. Почему спрашиваете?

— Не знаю… — Она помолчала с минуту, а потом все же объяснила: — Просто подумала, что женщине, которая с вами, наверное, очень повезло. У вас руки такие… как будто вы понимаете, где и как болит, еще до того, как я сама это осознаю.

Она резко замолчала, и я почувствовал, как под моими ладонями ее мышцы снова напряглись.

— Простите, — быстро проговорила она и отвернулась, повернув голову в другую сторону от меня. — Не знаю, почему это сказала. Просто с вами почему-то хочется быть честной. Глупо, да?

— Не глупо. Расслабьтесь, мы еще не закончили.

Она выдохнула, вернула голову на место, и послушно расслабилась, но я отметил про себя странность: такой вопрос от замужней женщины на первом сеансе? Незнакомому массажисту? Хм…

Пятая и шестая клиентки прошли без особенностей, если не считать того, что обе задержались у двери чуть дольше необходимого и обе спросили, когда я работаю в следующий раз. Я объяснил, что, скорее всего, никогда, чему они искренне расстроились и даже пытались вытянуть из меня номер моего телефона. Мол, для личного массажа на дому. Я не дал, но отбился еле-еле. Мол, да, не женат, но девушка очень ревнивая.

Седьмой была тридцатичетырехлетняя Регина, фитнес-тренер. Девушка была подтянутая, с «попой в орех», спортивная, с волосами, собранными в конский хвост, и оценивающим взглядом.

— Полумарафон в воскресенье, — сообщила она, раздеваясь за ширмой. — А у меня крепатура, ноги убиты, нужно восстановить до четверга.

Крепатура — это микроповреждения мышечных волокон с воспалительной реакцией. Обычно, после тренировки. Массаж уменьшит ощущение боли, но не ускорит восстановление силы, о чем я ей и сообщил.

— Знаю, — усмехнулась она. — Не первый год замужем. Но мне помогает, даже если это просто плацебо.

Приятно работать с человеком, который понимает, что происходит. Наверное, это редкость в подобного рода спа-салоне, куда большинство клиенток приходят за «балансом энергий» и «гармонизацией чакр» в исполнении незабвенного гуру Каруна.

Регина молчала почти весь сеанс, только иногда морщилась, когда я попадал на особенно болезненные участки. Однако к концу я почувствовал, как ее тело под моими руками расслабилось как-то иначе.

Она повернула голову и посмотрела на меня странным взглядом.

— У вас руки… необычные, — сказала она, помедлив, словно подбирая слова.

— В смысле?

— Не знаю, — буркнула она, и ее щеки заалели. — Работаю с массажистами много лет, спортивный массаж, восстановительный, релаксационный. Но ни разу мне не было настолько прия… — Она еще больше вспыхнула и осеклась. — Неважно. Забудьте.

Я не забыл, потому что не дали следующие клиентки.

К пяти вечера через мои руки прошли одиннадцать женщин разных возрастов, характеров и жизненных ситуаций, и минимум две трети из них вели себя странно: взгляд на секунду дольше, чем нужно, слова, которые не планировали говорить, темы, которые не собирались поднимать.

Вопрос, женат ли я и есть ли у меня девушка, я услышал шесть раз.

Один раз мне прямо предложили прийти в гости на «чашку чая» уже этим вечером.

И дважды стоны, которые я слышал под своими руками, были такими, какие слышишь в совсем другой обстановке или в специального рода фильмах, которые никогда не заканчиваются свадьбой.

Раньше я списал бы это на свой, безусловно, высокий профессионализм. Хороший массажист вызывает доверие — это нормально, а тактильный контакт создает иллюзию близости, это объяснимая физиология. Но восемь из одиннадцати? Это уже не совпадение, да и эмпатический модуль мне открыл глаза — их ко мне влекло, причем бешено влекло.

Я, конечно, не обольщался насчет своего нового тела. Но с ним определенно творилось что-то странное. И вряд ли оно было таким же мистически привлекательным до моего вселения, иначе не стал бы Серега прибегать к услугам ночных бабочек. Нет, это «что-то» появилось вместе со мной.

И Системой. Вот в ней, очевидно, и таилась причина. Но, как бы я ни пытался все эти дни подчинить ее себе, ничего не получалось. Самодиагностика и эмпатический модуль — это было все, что меня слушалось. Токсикология и диагностика других от меня не зависели и включались самопроизвольно.

На шесть вечера в расписании значилось имя «Альбина», последняя клиентка на сегодня.

Я сменил простыни и размял уставшие пальцы. Руки гудели от работы, но терпимо. Оставался еще один сеанс, потом расчет — и домой.

Уже предвкушая отдых, я