Двадцать два несчастья. Том 4 - Данияр Саматович Сугралинов

Когда дверь кабинета открылась, на пороге возникла… Снежана Арнольдовна. Администраторша спа-салона заняла почти весь дверной проем своими гренадерскими габаритами. В руках она держала сложенный халат.

— Добрый вечер, Сергей Николаевич, — сказала она непривычно тихим голосом. — Можно войти?

— Снежана Арнольдовна? — удивился я. — А где Альбина?

Она переступила порог и плотно закрыла за собой дверь.

— Это я записалась под другим именем… Хотелось испытать на себе… — Снежана Арнольдовна попыталась улыбнуться, но вышло натянуто, резиновой улыбкой. — Понять, за что вас клиентки так хвалят. А уж после сегодняшних сеансов… — Она покраснела. — Девочки такое рассказывали!

— Какое? — нахмурился я, потому что «такое» прозвучало очень предосудительно. Как будто я как минимум домогался каждую в особо извращенной форме, причем не один раз.

— Хорошее, хорошее, Сергей Николаевич! — с жаром воскликнула Снежана Арнольдовна и глаза ее заискрились. — Говорят, после вас как заново родились. Вот я и решила проверить.

Ситуация выглядела странной, но формально ничего криминального в ней не было: руководитель хочет оценить качество работы сотрудника на себе. Впрочем, мне было все равно. Отработаю завтра полдня, и адьос.

— Хорошо. Раздевайтесь, Снежана Арнольдовна, ложитесь. Что беспокоит?

— Спина, поясница, плечи, — торопливо перечислила она, начав расстегивать блузку и путаясь в пуговицах. — Старая травма, еще со времен спорта.

— Каким спортом занимались?

— Да чем только не занималась, но все связано с борьбой. Даже MMA пробовала.

Это объясняло габариты и манеру двигаться. Мышцы под жировой прослойкой, которые я обнаружил, когда она легла на топчан, были плотными, тренированными, хотя и давно не получавшими серьезной нагрузки.

Я начал работать со спины, прорабатывая трапециевидные, широчайшие, ромбовидные мышцы бывшей спортсменки, которая забросила тренировки, но сохранила структуру.

— Серьезно занимались? — спросил я, разминая особенно жесткий участок у лопатки.

— Мастер спорта по вольной борьбе. — В ее голосе прозвучала гордость. — Выступала за сборную Татарстана. Потом травма, потом… ну, жизнь.

Она замолчала, и я продолжил работать. Мы немного пообщались, и я рассказал о своих планах на аспирантуру и работу в поселке.

Следующие минут двадцать все шло нормально: стандартный массаж, стандартная реакция. Снежана Арнольдовна лежала неподвижно, только иногда выдыхала, когда я попадал на болезненные точки.

А потом что-то изменилось.

Я почувствовал это под руками раньше, чем услышал. Ее мышцы начали реагировать иначе, и это было не расслабление после снятия спазма, а, как и прежде с фитнес-тренершей Региной, что-то другое — глубинное и текучее.

Снежана Арнольдовна тихо и гортанно застонала.

Я продолжил работать, решив не обращать внимания, но она застонала снова, громче, и ее спина буквально выгнулась под моими руками.

Эмпатический модуль подтвердил то, что я уже наблюдал с другими клиентками:

Сканирование завершено.

Объект: Снежана Волобуева, 32 года.

Доминирующие состояния:

— Сексуальное возбуждение (84%).

— Потеря контроля над реакциями (71%).

— Внутренний конфликт: стыд против желания (63%).

Дополнительные маркеры:

— Учащенное дыхание, расширение зрачков.

— Мышечный тонус, характерный для эротического возбуждения.

— Попытки подавить вокализацию неуспешны.

— Снежана Арнольдовна, — сказал я ровным голосом. — Думаю, нам стоит прерваться.

— Нет… — Она повернула голову, и я увидел ее раскрасневшееся лицо с полуприкрытыми глазами. — Не останавливайтесь. П-пожалуйста.

— Сеанс окончен.

Я отступил от топчана, собираясь отойти к столику с маслами и создать дистанцию, но она двигалась быстрее, чем я ожидал от женщины ее комплекции.

Она перевернулась на спину одним стремительным движением, и ее рука тут же сомкнулась на моем запястье с такой силой, что аж кости заныли.

— Сергей… — хрипло выдохнула она и потянула меня на себя.

Против меня был мастер спорта по вольной борьбе, сто с лишним килограммов тренированного веса, и хватка не давала вырваться обычным способом.

От неожиданности я потерял равновесие и упал на нее.

Ее тело было горячим, влажным от массажного масла, мощным. Одна рука сжимала мой затылок, другая держала запястье, а ноги обвились вокруг моих бедер, замыкаясь в закрытый гард из бразильского джиу-джитсу. Я побоялся, что он сейчас не выдержит четверти тонны и рухнет под нашим весом, но он выдержал. Похоже, был рассчитан килограммов на триста.

К сожалению, физиология опередила команду разума — боец был в полной боевой готовности.

— Сергей, — тут же выдохнула Снежана Арнольдовна мне в ухо. — Ты же тоже это чувствуешь! Я не девочка, чтобы стесняться, да и ты не мальчик. Мы свободные, так почему нет? Один раз, и никто не узнает.

К моему собственному удивлению, разум не подвел, не став поддаваться на эту вспышку страсти. Напротив, выдал холодный расчет: Снежана Арнольдовна сильнее меня физически, просто вырваться не получится, так что нужна техника.

И тут мое тело сделало то, чего разум не планировал.

Руки двинулись сами, выполняя резкий поворот кисти против большого пальца, который разорвал захват на запястье. Одновременно бедро ушло вбок, создавая рычаг, а вторая рука освободилась ударом локтя в предплечье — не травмирующим, но достаточно болезненным для Снежаны. Ее ноги разомкнулись от неожиданности, и я скатился с нее, оказавшись на ногах в метре от топчана. Сердце учащенно стучало.

«Похоже, во мне снова проснулись навыки самбо», — подумал я, лихорадочно думая, как разрулить ситуацию, не обидев Снежану Арнольдовну, которая осталась лежать, тяжело дыша.

Спустя пару мгновений она все же медленно села и натянула на себя простыню.

В мертвой тишине стало отчетливо слышно ее дыхание и как внизу играет релакс-музыка.

Система заметила смену ее эмоционального фона и услужливо предложила повторное сканирование, но я отмахнулся. И без того видно: стыд, осознание, попытка сохранить лицо.

— Где вы научились так чисто выходить из гарда, Сергей Николаевич? — наконец спросила она хриплым, севшим голосом.

— Бразильское джиу-джитсу, — соврал я.

Она кивнула и, все еще не глядя в мою сторону, проговорила:

— Простите меня. Это было непрофессионально. Нет, отвратительно. Я не знаю, что на меня нашло.

Я-то как раз начинал понимать. То же самое нашло сегодня на остальных, только они сдерживались, а Снежана Арнольдовна, привыкшая брать то, что хочет, нет.

— Давайте просто забудем, — примирительно сказал я. — Закончу смену, получу расчет, и разойдемся.

Она наконец подняла сконфуженные глаза.

— Вы уезжаете в Марий Эл?

— Да, я же говорил.

— Подождите. — Она встала, держа простыню