Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа - Антон Мамон

прятавшийся на заброшенном кладбище расформированной коммуны. Он принадлежал семейству Мишель. На это ссылалась изъеденная ржавчиной табличка. На деле же усыпальница служила тайным выходом, через который можно было покинуть осажденный замок, оставшись незамеченным.

Не без усилий сдвинув массивную крышку гранитного гроба, члены братства один за другим нырнули в затянутый паутиной люк, что для надежности маскировался горсткой костей в истлевшем платье. Морщась от дуновений ледяного сквозняка, смертельно опасный отряд ритмично зашагал вперед.

Не стараясь сдерживать учащенное дыхание, Жак Ришар сверлил взглядом затылок Бернадетт. Что таилось в голове у этой чокнутой шатенки? Какой она окажется в схватке? Все это еще предстояло узнать. Как бы там ни было, ее муж заранее наказал пленных не брать. Намечалась небывалая заварушка, главная задача которой – вызволить Эмили. Жак вернет ее живой и невредимой, чего бы ему это ни стоило. Других вариантов он не рассматривал.

Два с лишним километра в душной каменной кишке тянулись подозрительно долго. Доминик Бессон успел поймать себя на жутком ощущении: ему казалось, что дорога заколдована, растянута в бесконечность или ведет прямиком в ад… И только когда Дюран резко замер на месте, предупредительно взмахнув правой рукой, пугающая иллюзия ослабила хватку. Теперь одна лишь металлическая решетка преграждала путь в замок. До встречи с ведьмами оставались считаные минуты…

* * *

Запинаясь и падая, взволнованная Полин старалась поспевать за Камилем. Тот безостановочно тянул ее за руку в неизвестном направлении. Грубая мужская сила повергала в смятение. Она возбуждала и пугала одновременно. Решив покориться обстоятельствам, девушка семенила вслед, точно собачонка на поводке у нерадивого хозяина. Остановившись у двери одной из спален, вампир обернулся с похотливой улыбкой. Его глаза налились кровью, скрыв цвет радужки, но подчеркнув сгустки тьмы в зрачках.

Полин и опомниться не успела, как оказалась на кровати. Щелкнув замком, Арно перекрыл пути к отступлению. В несколько движений избавившись от рубашки, он рухнул поверх хрупкого тела, утробно зарычав. Не решаясь пошевелиться, девчонка жмурила глаза. Ее сердце сжималось до размеров воробьиного каждый раз, когда холодный язык проходился по коже. От пупка до левой груди… От ключицы к мочке уха… От запястья к локтевому сгибу, где аккуратно пульсировали тонкие синие вены.

– Камиль, пожалуйста, не нужно, – прошептала Полин, силясь перевернуться набок.

– Поцелуй меня! – приказал вампир, силой прижав девушку лопатками к холодным простыням.

Слившись губами, Камиль и Полин напряженно впились пальцами в тела друг друга. Боль и сладострастие. Магические создания предавались похоти, словно разлученные любовники. В тот момент, когда ведьма сдавленно застонала и напрягла бедра, плотнее обхватив таз любовника, раздался животный крик. Какое-то время Полин верила, что он принадлежал ей. Словно подобным образом наружу вырвались блаженство и страдание от совокуплений с демоном. Но вскоре вопль повторился, к нему добавились звуки взрывов и бьющегося стекла.

– Ты слышал это? – слабо прошептала девушка.

Арно, выпивающий колдунью крупными глотками, ничего не ответил. Он остановился, лишь когда сердцебиение Полин почти затухло. Утерев ладонью окровавленный подбородок, вампир поднял на руки жертву и направился к бельевому шкафу. Закидав иссиня-белую плоть простынями и полотенцами, Камиль убедился, что несчастная по-прежнему дышит, и бросился к выходу, прихватив найденный утром кеттенморгенштерн. Крепкая дубина с тремя колючими шарами на цепях. Это оружие запросто могло быть старше Камиля, но в его готовности размозжить с десяток голов вряд ли бы кто-то усомнился…

Первый этаж, погрязнув в хаосе, обернулся полигоном смерти. Сквозь густую дымку виднелись очертания тел, ловко орудующих ножами под хруст костей, и предсмертные вздохи внезапно обессилевших участниц ковена. Ведьмы пытались защищаться, но по какой-то неведомой причине их магия не работала. Отчаянно размахивая руками и шепча тайные слова, они надеялись обратить врага в бегство или по крайней мере сдержать его наступление. Все зря. Некая сила с легкостью обнуляла их старания, а пули, стрелы и ножи сбивали наповал. Одна за другой сестры Джульетты падали на пол бездыханными, с изумленными взглядами и лицами, искаженными тщетой.

Одного из охотников Арно повстречал у лестницы. Молодой человек с ярко-рыжими кудрями и скошенным подбородком бежал наверх, перезаряжая арбалет. От размашистого удара его череп треснул пополам. Случилось это так быстро, что он еще несколько секунд стоял в недоумении, глядя Камилю прямо в глаза, а после – качнулся назад и загремел по ступеням, пачкая их разнообразными жидкостями, что отдавало его тело.

– Он здесь! Пристрелите эту мразь! – надрывно закричала Бернадетт, переключив внимание напарников на главный трофей.

Сразу несколько стрел засвистели в воздухе, описывая дугу. Камиль ловко увернулся от каждой и продолжил спуск. Навстречу ему бросился Лу. Одежда на теле мальчишки затрещала, а в боевом кличе родилось что-то хищное. Бернар обращался. Монстр, рожденный убивать, в три прыжка настиг цель, но, словно по указке, остановился в метре. Желтые глаза зверя инстинктивно словили взгляд противника и в ту же секунду погасли. Вурдалак взял разум оборотня под контроль. Заскулив, точно оторванный от сиськи щенок, монстр пятился назад, в то время как Арно уверенно наступал. Зловеще улыбнувшись, он сложил губы в трубочку и произнес издевательское «бу!», сверкнув рубиновым взглядом.

Бернара тотчас охватило пламя. Словно штормовая спичка, он загорелся в одно мгновенье. Бесполезно катаясь по полу и полыхая пуще прежнего, мальчишка в облике животного кричал так, что кровь стыла в жилах. Растерявшиеся товарищи беспомощно наблюдали чудовищную картину. У них на глазах Лу то принимал человеческую форму, то вновь оборачивался волком, до тех пор, пока огонь не сошел на нет. От мальчишки остались лишь горы обугленного мяса, исходящие дымом.

– Уничтожить, – обескураженно прошептал Антуан. – Уничтожить! – прокричал он во всю глотку следом.

Жак первым кинулся мстить за друга. Он уже представлял, как живьем вырвет сердце порождению ночи, как в одно движение сломает его кадык и заставит истечь кровью. Но, будто наткнувшись на незримую стену, мальчишка застыл. Вампир вознес ладони, и, параллельно с этим, охотник задрал руки, как послушная марионетка.

– Я знаю, в чем твоя сила. За версту учуял колдовскую вонь! – засмеялся Арно, сжав кулаки.

Хруст ломающихся суставов вынудил сморщиться даже бездушную мадам Дюран. Вместе со всеми она наблюдала, как у одного из ее учеников руки выгнулись в обратную сторону. Ослепленный болью, Жак извивался и сипло кричал до тех пор, пока не потерял сознание. Его пальцы один за другим продолжали ломаться, будто сухие ветки…

Следом на Камиля бросилось двое крепких парней, что служили в личной охране Дюранов. Вооруженные арбалетами, они одновременно произвели выстрел, и Арно, словно в издевку, поймал обе стрелы бледными ладонями. Воспользовавшись секундным замешательством,