Ловец разбитых отражений - Юлия Борисовна Гладкая

до хруста в суставах, а затем взял «Крещенский вестник». Первая полоса ощетинилась колким заголовком «Колдовство на Пасху в доме губернатора!». И дальше из текста можно было узнать, что из достоверных источников стало известно, как приглашенный на праздничный обед маг Демидов устроил пьяный дебош с применением волшбы по отношению к светочу русской литературы господину Ползунову, прибывшему из столицы, дабы писать новый роман о нашей великой стране. Судя по статье, выходило, что Митя едва не разорвал бедолагу литератора на части. И все это в присутствии дам, губернатора и митрополита Митрофана.

Как итог, несчастному писателю пришлось обратиться в больницу, и теперь он испытывает нервную лихорадку, которая, конечно же, пагубно повлияет на его творчество. Завершалась статья тем, что автор требовал отстранения Демидова от дел, как опасного для общества мага.

– Собакина там даже не было. Так он придумал себе достоверный источник. Поганец. – Митя отшвырнул газету. – Я даже уверен, что его источник – это сам Ползунов, нашел, куда излить яд, переврав абсолютно все случившееся!

– Да я вам верю, господин маг, я ж сразу сказал, мало ль что дураки пишут. Хотя этого вашего Собакина понять можно, после того как вы его взашей в зеркало кинули. Он теперь вдвое больнее кусаться станет. – Захар почесал бороду. – Еще чего надобно? Может, письма отнести, я приметил у вас на столе стопа целая, или еды какой доставить?

– Нет, ступай. Я все сам сделаю, – маг махнул рукой. – Стешка и Лебедева тут?

– Да, Дмитрий Тихонович, давно уж, время-то к полудню тянется. Это уж я просто будить вас не хотел, понял, что работали вы всю ночь, так чего беспокоить?

– Понятно. Спасибо, Захар. Ступай к себе, – разрешил Митя, постукивая пальцами по столешнице.

Едва дверь за денщиком закрылась, как маг вскочил с кресла и, схватив «Крещенский вестник», зло изорвал его в клочья, затем швырнул в камин и поджег. Наблюдая за тем, как полыхает бумага, Митя залпом выпил кофе и, не притронувшись к булке и варенью, покинул кабинет, прихватив с собой почту.

Настроение, испорченное газетной статьей, словно нашло свое отражение в природе. Небо затянуло тучами, накрапывал дождик, а ветер, еще вчера дышащий теплом, сегодня пронизывал до костей.

Впрочем, горожанам и непогода не мешала продолжать праздновать. Укутавшись в тулупы и шапки, на каждом углу стояли зазывалы, приглашающие вкусно поесть или весело провести время.

– А кому пряники! Пряники медовые да сахарные, заморские да тульские! Пря-я-яники, пря-я-яники! – тянул хриплым басом мужичок, придерживая лоток, висящий на шее.

– Эй, добрый люд, мимо не проходи! Попробуй свою силушку богатырскую, сбей мешком с бревна нашего молодца да получи чан холодца! – тараторил паренек, то и дело утирая длинным рукавом рубахи сопливый нос.

– Петушки ледянцовые. Сладкие! Бери кучку, в кучке три штучки! – выкрикивала тетка с покрасневшими от холода щеками. – Петушки! Петушки!

– Качели, карусели!

– Испытай удачу, и сто рублей в придачу.

– Пирожки, пирожки!

Голоса звенели, перекликались и вливались в общий городской шум. Проходя мимо торговки леденцами, Митя, вспомнив вчерашнюю парочку, решил для себя, что тоже купит пару петушков и угостит Ульяну Семеновну, наверняка ей понравится.

Сейчас же он собирался зайти в почтовое отделение, дабы отправить письма, может, даже доплатить, чтобы курьер поторопился, а не затягивал до вечера.

Задумавшись над этим, маг внезапно столкнулся с пареньком. Письма, которые он держал в руках, белой стаей взмыли в воздух и попадали на мостовую.

– Ах ты ж слепошарый, – крикнул Митя, принимаясь собирать письма, – не видишь, куда идешь, что ли?

– Простите, дяденька. Виноват, загляделся на дирижабль, – бормотал паренек, низко опустив голову. – Давайте я помогу. Вот письмо, а вот еще одно. Погодите, вон то к дороге унесло! – И виновник кинулся догонять конверт.

Митя разглядывал письма, цокая языком. Спасибо, хоть не в лужу. И все же конверты уже не выглядели столь нарядно, как минуту назад. Выходило, что на почте придется задержаться, чтобы упаковать их заново. Маг огляделся. Паренек как раз бежал к нему, держа в руках еще пару конвертов. На миг он глянул на Митю, и его чумазое курносое лицо показалось магу знакомым. Впрочем, таких молодых людей, в картузах да штопаных пиджаках, в городе было пруд пруди.

– Дай сюда, растяпа. – Маг забрал из рук юнца конверты и, более не глядя на него, зашагал прочь, желая поскорее закончить с извинениями, которые, впрочем, на его взгляд, не имели никакого толка. Тем более в свете выпущенной статьи.

В почтовой конторе за стойкой скучал одинокий служащий, от безделья делавший на листе бумаги наброски карандашом.

– Добрый день, – Митя подошел к стойке и, выложив на нее стопку писем, продолжил: – Мне бы конверты обновить и письма по домам разнести, имеется такая возможность?

– Отчего нет, господин, – служащий взглянул на письмо, – господин Демидов, сделаем в лучшем виде, куверты сами желаете подписывать или мне доверите?

Представив, сколько времени займет вся эта канитель, маг отмахнулся.

– Давайте сами. Но чтоб до вечера все было доставлено адресатам. Я проверю.

– Выполним в лучшем виде, у нас и почтарь расторопный имеется. Федька, – заорал служащий так, что маг отпрянул. – Федька, едрить твою кочерыжку, уснул ты там, что ли, подь сюды!

Из темного закутка вылез зевающий молодец в форменной одежде. Завидев клиента, он поклонился:

– Здравы будь, господин барин.

– Письма вот эти чтоб адресатам доставил. Узнаю, что хоть одно не дошло, шкуру спущу, понял? – Маг щелкнул железными пальцами, и блики мигом закружились вокруг протеза.

Нервно сглотнув, почтарь кивнул и глянул на дверь, как бы намекая, что готов бежать хоть сей момент.

Маг же тем временем расплатился со служащим и, более не проронив ни слова, вышел вон.

Выйдя на улицу, он нашел торговку сладостями и, купив у нее пару алых сахарных петушков на палочках, направился к аптеке.

В мыслях его уже витали образы, как они с Ульяной Семеновной прокатятся на каруселях, а затем прогуляются по набережной, разглядывая на серой воде пестрых уток. После чего устроятся в кофейне и, заказав горячий шоколад, будут тихо разговаривать, улыбаясь им одним понятным шуткам.

Однако же его фантазиям не суждено было сбыться. Едва он дошел до аптеки, как приметил на двери вывеску «Закрыто». Отчего-то эта надпись разволновала мага, ведь мало ли что могло случиться с Ульяной Семеновной, может, приболела? Обойдя дом, он зашел со двора и, поправив сюртук, постучал в дверь. Вначале никто не открывал, и он думал уже уйти, когда послышались шаркающие шаги.

Дверь распахнулась, и на мага уставилась вечно недовольная мамушка.

– День добрый, хотел узнать, дома ли