Боярский сын. Боец. Часть 2 - Алексей Владимирович Калинин

руками. Она картинно вздрагивает при каждом взрыве, её плечи содрогаются в беззвучных рыданиях. Идеальная жертва. Оскорбленная невинность. Если бы не ситуация, я бы поаплодировал её актерскому таланту.

— Да откройте вы глаза, ботаники хреновы! — кричу я, уходя на «Скольжении» от просвистевшей над ухом деревянного копья. — Она вас морочит! Она вам мозги выкрутила напрочь! Это всё иллюзия! Вы под её контролем!

Но Рязанцевы не пытались даже слушать. Логика, здравый смысл, дружба — всё это было надежно заблокировано чарами. Они продолжали тупо, методично и яростно нападать, а нам с Яромиром оставалось только защищаться, стараясь не нанести им смертельных ранений. Убивать наследников древнего рода из-за бабьих интриг в мои планы вообще не входило.

И тут периферийным зрением я уловил движение.

Со стороны дороги, проваливаясь в глубокий снег, к нам бежали двое крепких мужчин в серых куртках. Это были те самые топтуны, «хвост» из Имперской Службы Безопасности, которых приставил ко мне полковник Завьялов. Видимо, поняв, что ситуация выходит из-под контроля, они решили вмешаться.

— Именем Закона! Всем оставаться на местах! Прекратить применение магии! — гаркнул на ходу один из них.

Второй боец уже активировал на левом предплечье мощный подавляющий артефакт, светящийся тревожным красным светом.

Они попытались вклиниться между нами и взбесившимися Рязанцевами, чтобы остановить бой. Но они не учли одного. Того самого фактора, который стоял сейчас в сторонке и изображал невинную овечку.

Лучезара перестала плакать.

Она вдруг оказалась прямо перед бегущими мужчинами, просто возникла на их пути, словно выткалась из морозного воздуха.

Имперские безопасники даже не успели вскинуть оружие. Девушка что-то ласково, почти нежно прошептала им. С такого расстояния я не мог разобрать слов, но увидел, как её изящные руки плавно легли на открытые участки шей обоих мужчин.

То, что произошло в следующую секунду, заставило кровь в моих жилах заледенеть.

Тренированные бойцы ИСБ, одновременно захрипели. Их глаза расширились. Кожа на лицах мгновенно, всего за пару ударов сердца, потеряла все краски, став пугающе-белой, как снег под ногами. Затем по мертвенной белизне стремительно проползли черные сетки вен. Губы мужчин посинели. Они попытались поднять руки, чтобы оторвать от себя тонкие девичьи пальчики, но движения были такими замедленными, словно они находились на морском дне.

Через пару секунд безопасника осели в сугроб. Их тела застыли в неестественных позах. Мертвы? Заморожены за несколько секунд?

Ядрёна медь!

Лучезара повернулась к нам. Никаких слез, никакого испуга. На её губах играла довольная улыбка. Маска невинной жертвы рассеялась как дым. Теперь перед нами стоял безжалостный палач.

Она поправила воротник своей шубки и двинулась в сторону Яромира, который застыл, глядя на тела мертвых гвардейцев.

А ведь он её целовал! Возможно, даже в засос!

Да уж, после такого зрелища вряд ли на километр теперь к подобной сущности сподобится подойти.

— Ярик, не спи! Защищайся! — проорал я, понимая, что времени на гуманизм больше нет.

Если мы сейчас не вырубим Рязанцевых, эта белобрысая стерва прикончит нас всех. А братья как раз приготовились к новой атаке!

Я влил в ноги максимальный заряд живицы.

«Скольжение!»

Проскакиваю под занесенной каменной кувалдой Бориса, оказавшись в его слепой зоне. Не тратя время на глобальный вызов живицы, я использовал старый, добрый прием. Резкий удар основанием ладони в основание шеи, туда, где нервные узлы выходят к поверхности. И тут же, для верности, добавил коленом под дых, пробивая остатки Кольчуги Души.

Здоровяк Борис охнул, его глаза закатились, и он тяжелым кулем рухнул в снег. Вроде как потерял сознание?

Яромир, наконец-то очнувшись от ступора, тоже перестал миндальничать. Он увернулся от хлесткой плети Всеволода, перехватил её руками, не обращая внимания на впивающиеся в плоть шипы, и дёрнул к себе. В тот же миг выбросил руки навстречу двинувшемуся Рязанцеву. Пламя ударило Всеволоду прямо в грудь. Рязанцев-младший задохнулся, пошатнулся, и Ярик в красивом прыжке пяткой вонзился в челюсть бывшего друга.

Второй брат тоже отправился в глубокий нокаут.

Мы стояли посреди истоптанного снега. Мои легкие горели огнем, а резерв живицы жалобно скреб по дну. Чёрт, я так и не сумел толком восстановиться, а тут это… У Яромира дела были не лучше — он шатался от истощения, его руки, покрытые ожогами и царапинами, бессильно повисли вдоль тела.

Мы кое-как вырубили Рязанцевых, но настоящая проблема только начала приближаться.

Лучезара остановилась в пяти метрах от нас. Её глаза, такие же налитые тьмой, как и Рязанцевых, с насмешкой смотрели на нас.

— Ах, какая трогательная сцена, — весело прозвенел голосок. — Вы пощадили своих друзей. Как это благородно. И как же глупо.

Она неспешно поаплодировала нам. Ага, как будто нам до её аплодисментов есть дело.

— Но, признаться честно, я даже рада, что всё вышло именно так. И я очень рада, что оба Ярославских сейчас стоят передо мной, — она плотоядно облизнулась. — Так будет гораздо проще. Мне не придется гоняться за вами по всей столице. Я закончу дело прямо здесь и сейчас. Какая чудесная экономия времени.

— Да пошла ты, тварь! — прохрипел Яромир, пытаясь сформировать в руке огненный шар, но на его ладони вспыхнули лишь жалкие искры. — Я тебе сейчас эту улыбочку с лица сотру!

— О, мой пылкий Ромео, — рассмеялась она. — Твой огонек погас. Вы оба пусты. Вы просто куски мяса, ожидающие забоя.

И она начала двигаться.

Это было не «Скольжение», не «Рывок». Это было что-то за гранью человеческого восприятия. Лучезара размазалась в воздухе белесой тенью.

Я попытался выставить блок, поднял остатки Кольчуги Души, но её удар пробил все слои. Невероятно сильный удар врезался в солнечное сплетение и напрочь смял защиту. Меня отбросило на пять метров. Я рухнул на спину, судорожно пытаясь вдохнуть морозный воздух.

Ну и силища у этой твари!

Яромир попытался контратаковать, но Лучезара пируэтом ушла от слабых взмахов и нанесла серию ударов. Удар, удар, подсечка. Яромир упал.

Я вскакиваю и снова бросаюсь в атаку. Удар в челюсть, потом по рукам и ногам. Я пытаюсь хотя бы достать, но… Ещё удар и меня снова отбрасывает. Я падаю. Яромир валится рядом.

Мы переглядываемся и кое-как встаём.

Я попытался вдохнуть, сконцентрировать живицу в руках. Вызываю её из основы, чтобы пропустить в левую руку! Не получилось! После удара Лучезары живица как будто бы не отзывалась на призыв!

И в этот момент я с ужасом понял, ЧТО именно она делает.

Её удары пробивали наши блоки и… отключали меридианы!