Предотвратить Зону - Денис Бригсон

Колено девушки было покрыто большой багрово-синей гематомой. От удара стальным предметом кожа разорвалась, и вокруг раны проступило ядовито-желтое пятно. Майор достал из рюкзака армейскую аптечку и начал перебирать ее содержимое, пытаясь что-то найти.

– На` вот. – Рыбак протянул ему небольшую баночку с мазью.

– Что это? – настороженно спросил Карат.

– Лекарство это, – выдал дед. – Особое. Себе берегу. Мажь давай. Поможет лучше любых твоих таблеток.

Майор с некоторым сомнением взял баночку и принялся наносить мазь на пострадавшее колено девушки. Юля умиленно наблюдала, как напряженно выглядело лицо Виктора, как нервно он сглатывал слюну, боясь причинить ей лишнюю боль, как осторожно касался ее кожи и растирал прохладную мазь, как бережно потом обмотал колено бинтом и вдобавок стянул им поверх брючину, чтобы нога девушки не оставалась обнаженной.

Закончив с раной, Карат уселся рядом с Юлей возле стены и обнял ее за плечи. Она послушно отозвалась и наклонилась к Виктору, вдыхая запах его одежды и прижимаясь к нему. Старик опустился на пол рядом и лукаво поглядывал на парочку. Где-то невдалеке раздавался непонятный гул, по полу пробегала слабо заметная вибрация. Иногда слышались отдаленные стуки и скрежеты. Все понимали, что происходит, и просто молча ждали. Никто не хотел нарушать это тревожное безмолвие.

Виктор тихо сидел и внутренне улыбался парадоксу, который с ним происходил сейчас: на краю пропасти, с огромным шансом умереть в следующую секунду, на душе его было так тепло и уютно, как не было, пожалуй… Да он уже и не помнил, когда в последний раз ему было так хорошо. Забыл он давно, каково это: заботиться о ком-то, кто хоть чуть-чуть нуждается в тебе и не отвергает твою помощь, кому ты хоть немного небезразличен. Кто априори не видит в тебе врага. В сердце майора разливались тихая радость и умиротворение. Вибрации все сильнее пробегали по полу. Гул звучал отчетливее. Мощные удары нарастали где-то недалеко. Напряжение становилось звенящим. Кажется, еще чуть-чуть – и конец.

Карат ждал решающего удара из глубины, который окажется фатальным, но его так и не последовало. Вибрации резко пошли на спад и прекратились. Исчез угрожающий гул. Осталось только напряжение, повисшее в глубинах коридоров, пронзившее липкое пространство вокруг, сковавшее страхом разум и волю.

Спустя минуты томительного ожидания освещение подземного уровня дрогнуло, светодиодные лампы заморгали и в итоге потухли, погрузив пролеты на мгновенье в непроглядный мрак. Включились аварийные фонари, озарив коридор приглушенным желтым светом.

Юля внезапно расплакалась, пряча лицо руками. Слезы безудержно катились из ее глаз, вымывая из организма девушки токсины напряженной безнадежности, которая за последнее время сконцентрировалась в хрупком женском теле. Виктор сильнее прижал к себе вздрагивающий от плача комочек и гладил рукой ее волосы, вытирал соленые бороздки на влажных щеках.

– Так что? – хрипло прошептал Рыбак. – Все получилось?

– Да, – воскликнула сквозь всхлипы брюнетка.

Старик шумно выдохнул. Юля постепенно успокоилась, выпрямилась, слегка отстранившись от Карата, и прислонилась спиной к стене:

– Считыватели заблокировались.

Майор с Рыбаком впились взглядами в переборку. Индикатор ридера мигал желтым. Старик вскочил и безрезультатно прикладывал ключ-карту, попытался руками отодвинуть створ в сторону, но тот даже не дрогнул.

– И как же нам теперь выбраться? – спросил Виктор.

– Остается только ждать, когда сядут аккумуляторы и они отключатся, – сказала брюнетка. – Или кто-нибудь восстановит питание.

– И сколько эти аккумуляторы будут садиться? – нахмурился майор.

– Не знаю, – ответила девушка.

Гнет неизвестности вновь сгустился в коридорах, слегка омрачив воодушевление от успешно завершенной задачи. Запертым под землей людям ничего не оставалось, как просто сидеть и ждать, когда герметичные переборки откроются. Время потянулось, словно тягучая смола, минута нехотя сменяла минуту. Как долго может длиться заточение, не знала даже Юля. Невольные узники уже несколько часов сидели у заблокированного выхода, когда вдруг послышался скрежет металла. Рыбак вскочил и отошел от изолирующей перегородки, держа ружье наготове. Виктор осторожно перенес девушку подальше от прохода и встал чуть поодаль, взяв в руки компактный «Вереск». Металлическая поверхность сдвижной конструкции дрожала, потом заметно деформировалась с краев, смялась внутрь, и створ со скрежетом двинулся вбок. Проход открылся. Впереди, в коридоре, в тусклом свете аварийного освещения стоял приземистый крепыш. Он пристально разглядывал людей маленькими глазками и не двигался.

– Ох ты ж, зараза, – вскинул ружье Рыбак и чуть было не выстрелил в карлика.

– Стой! – крикнул майор и схватился за стволы ружья. – Это свой!

– Какой на хрен свой? – негодовал старик. – Это ж бюрдер!

– Это Колян! – успокаивал его Карат. – Он помогает!

Рыбак огорошенно посмотрел на Виктора, недовольно фыркнул, но все же опустил ружье. Он опасливо пялился в коридор, где находился жуткий карлик.

– Ну ты даешь, парень, – ворчал дед. – Уже и бюрдер у тебя в друзьях.

– Это он от радиации, наверное, изменился, – спокойно произнес майор. – А так он человек.

– Знаем мы этих человеков, – брюзжал старик, не сводя взгляда с нежданного гостя.

– Здорово, Колян! – негромко крикнул Карат. – Спасибо тебе.

Крепкий коротышка, неподвижно до этого сверлящий маленькими глазками группу людей, резко ощерился, пытаясь изобразить на лице улыбку. Карлик чуть приблизился и пошарил взглядом за спинами мужчин. Мимо майора по воздуху проплыл его рюкзак. Рыбак было дернулся его схватить, но Виктор тормознул его.

Колян свалил заплечник Карата себе под ноги и начал потрошить его содержимое: сразу отстегнул и отбросил не заинтересовавшие его каремат и спальный мешок; развязал сумку сверху, вытащил оттуда паракорд, противогаз, котелок – все это не удостоилось внимания карлика и было безжалостно отброшено в сторону.

– Вот же паскудник, – шипел Рыбак, наблюдая неприемлемую картину.

Потом бюрдер достал ОЗК, долго разглядывал его и тряс. Костюм развернулся от таких манипуляций. Колян с трепетом подобрал выпавший плащ и восторженно уставился на него, после чего быстро нацепил на себя, сбросил со своей головы прилепленную грязную тряпку и накинул капюшон. Находка так сильно порадовала приземистого крепыша, что он довольно захрюкал.

Далее карлик достал из рюкзака банку консервов, блаженно посмотрел на нее. Нырнул взглядом внутрь сумки, повыкидывал оттуда фляжку, аптечку, термобелье и фонарь. Придирчиво потряс заплечник с оставшимся содержимым в руках, затем вновь осклабился, глядя на замерших у прохода людей, и быстро скрылся, забрав рюкзак с собой.

– Ну и что ты на это скажешь? – проворчал Рыбак.

Виктор вздохнул, потом ответил старику:

– Главное, что выход открыт. Остальное – дело наживное.

– Так-то оно так, – согласился дед. – Просто не перевариваю я всю эту падаль.

Майор собрал выброшенные вещи и сложил, что вместилось, в предоставленный стариком рюкзачок. Потом подошел к девушке:

– Ну что, Юль. Путь свободен. Надо убираться с этой электростанции.

Брюнетка покорно кивнула и попыталась подняться, но Виктор ловко подхватил и взял ее на руки. Девушка охнула от неожиданности.

– Буду нести тебя на руках, – улыбнулся он.

– Я же тяжелая, – смутилась Юля.

– Не тяжелее моего прежнего рюкзака, – с теплой усмешкой сказал Виктор. – Так что не переживай, пойду почти