Тень - Мо Ленкор

Я легонько хлопаю эту громадину по корпусу, отчего она ускоряется и уползает в другом направлении.

— Эй, ты кое-что забыл!

Но роботу до моего пакета, как жителям островов до песчаных бурь в республиках. Я вздыхаю:

— Опять всё самой… — Я поднимаю пакет и швыряю в ближайшую мусорку.

Сколько мы будем оттягивать неизбежное?

Иди домой. Этот мешок с терронго всё равно ещё спит.

Мит, что необычно, пока не особо много нарыл на моего нового соседа. Его зовут Дэовур, и он приехал в Ангрэм вместе с женой, чтобы поучаствовать в новом проекте «Виттала». Жена погибла в той аварии, а сам он какой-то известный учёный… Точнее, был учёным. Сейчас-то единственное, что он изучает, — мой потолок да этикетки от прауэра.

И кто же, интересно, таскает ему этот прауэр?

Я достаю из кармана жвачку и закидываю в рот парочку пластинок. Если бы я не таскала ему прауэр, он бы уже ушёл.

Именно это нам и нужно!

Он уже уходил… Я слишком хорошо помню то утро. Сначала я просто разревелась до размазанных соплей, а потом металась по квартире, представляя его изуродованное тело, которое найдут в какой-нибудь подворотне Серны и обязательно покажут в следующем выпуске новостей.

Я не выдержала и побежала искать. Пятно светлых волос заметила спустя час в соседнем переулке. Еле дотащила до квартиры его, пьяного, но на удивление целого. Мы несколько раз падали по пути, отчего на моём любимом костюме появился уродливый шов, а на коленке до сих пор краснеет ссадина. Хорошо, ткань чулок от униформы в баре тёмная и непрозрачная, а то меня бы уже выперли с работы. Теперь каждое утро из бара я возвращаюсь с бутылкой прауэра.

Ничего не напоминает?

Я надуваю пузырь, пока он не поднимается выше кончика носа. Он с треском лопается. Лучше уж прауэр принесу я, всё равно ведь достанет…

Услышав неподалёку мужские вопли и грохот, я ускоряю шаг и сворачиваю в первый же проулок. Похоже, опять драка. Скоро там будут кирсаны, а я не хочу весь свет провести на допросах.

Мои мысли прерывает слабенький электрический разряд. До сих пор не могу привыкнуть к тому, как после вживления чипа и перехода на мысленные команды, ощущаются вызовы. Будто кто-то врывается в мои мысли и скребёт мозг изнутри черепной коробки. Зуд усиливается.

И кого принесло в такую рань?

Сразу после этой мысли всплывает образ брата Пауля. Седые волосы и щетина, серьёзные тёмные глаза.

У меня на пояснице выступает пот. Отклонить вызов или вообще поставить блок до наступления света?

Ещё скажи ему, что он не туда попал.

Летучую мышь тебе на плечи, отвечай, пока он не прислал кого-нибудь к нам домой!

Я принимаю вызов, как обычно переводя звук в наушник.

— Брат Пауль, а чего это вам не спится? Как ваши дела? Давненько не виделись…

Ну началось… Вы и сейчас не видитесь! Успокойся и послушай.

— Сестра Аннэт, мне бы тоже хотелось узнать, как у тебя дела. Что-то давно не видел тебя в Доме.

Вообще-то я намеренно избегаю встреч, но не могу сказать ему об этом. Может, кому-то встречи со своим спасителем напоминают о чём-то хорошем, но точно не мне. Я будто смотрю не на него, а на собственное прошлое. А если от кого-то и можно скрыть чувства, то точно нет от брата Пауля.

— Да что-то закрутилась, в баре полно работы, то тут, то там… Сейчас так завалило, что ещё и задерживаться приходится! — Я облизываю пересохшие губы.

Доболтаешься сейчас. Он у Крепыша или Дэна узнает всё о «твоей работе».

— Но я забегу! — поспешно добавляю я.

Главное, не уточняй когда.

— Ты же помнишь, что твоя настоящая работа вовсе не разносить заказы в баре? — Я прекрасно помню, зачем он меня туда отправил. Киваю и только потом понимаю, что он меня не видит. — Так почему тогда говорят, что уже вторую декаду ты никого не приводишь в братство?

Кто ему сказал?

Я напрягаюсь всем телом. Гипергидроз усиливается, и я вытираю о костюм влажные ладони.

— Ну-у, я как раз прорабатываю очередного кандидата…

Прорабатывает она, ага. Да, каракрот его раздери, единственное, что волнует твоего «кандидата», — это прауэр! Он даже имени твоего не знает, какое братство?

— Надеюсь, он того стоит?

Я чувствую, что стоит. Может, потому что слишком хорошо знаю, что он сейчас проживает, а может, меня ведёт Владыка, но я даю тот ответ, что лучше других убедит Пауля:

— Да, он какой-то известный учёный.

Ещё расскажи, какие «исследования» он проводит у нас дома.

— Из Бэлта? Что ж, хорошо. Значит, может иметь влияние и нужные связи. Приводи его сразу ко мне. Посмотрим, чем он может быть полезен.

— Да-да, я приведу. Я тут только со смены… Сильно устала, спать хочу просто ужас!

— Наша плоть слаба, наш разум полон сомнений, но сила наша в нашем бесстрашии, — прощается Пауль. Я тараторю, повторяя за ним, и быстро отключаюсь.

— Фу-у-ух. Пронесло… — Сдуваю волосы со лба и сгибаюсь, как старушенция, от прострела в пояснице. — О, подземные глубины! Опять…

Избавься уже от него, я хочу обратно в нашу мягкую кроватку.

Не хватало ещё заработать люмбалгию.

Первые несколько светов, когда я возвращалась домой по утрам, ещё удавалось растолкать Дэовура и заставить перебраться на стул. Правда порой было такое чувство, что я просто шевелю губами, а он не понимает ни слова из того, что я говорю. Ни про стул, ни про братство…

Теперь бо́льшую часть времени он даже не приходит в себя, а сдвинуть этот кожаный мешок с терронго мне не под силу. Как я только не спала в последнее время: и скрючившись на стуле, и устроившись на комке одежды прямо на полу… Я уже успела отвыкнуть ото сна на жёсткой поверхности, и заново привыкать мне совсем не хочется. Как и моей многострадальной пояснице. В знак протеста она ноет все двадцать часов из двадцати, а иногда, вот как сейчас, кричит о помощи.

Я медленно разгибаюсь и захожу в подъезд.

Нельзя помочь человеку, который не хочет, чтобы ему помогали.

В братство можно вступить только добровольно. Иногда нужно опуститься на самое дно и только там осознать, что тебе нужна помощь. Либо бесследно сгинуть.

Захожу в квартиру и тут же прикрываю рот рукой, потому что небогатое содержимое моего желудка просится наружу от окружающего зловония.

Может, он уже сдох?

Родж из-под кровати смотрит на меня осуждающим взглядом, повесив