Системный звиздец. Том 1 — Теория Выживания - ДВК

Сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухими ударами в ушах. Я сжал руки в кулаки — никаких когтей. Только влажная от холодного пота кожа.

Сон. Это был сон. Кошмар. Невероятно… реальный, подробный, прожитый до каждой детали кошмар.

Я помнил всё. Каждый удар. Вкус крови Громилы. Холод в глазах Мишки. Звук ломающихся костей. Чувство всепоглощающей, хищной ярости. Ощущение, как навык «Вампир» просыпается и пожирает всё на своём пути.

Меня затрясло. От ужаса. От осознания того, на что я был способен. На что мы оба были способны. И это было не просто фантазией мозга. Это было… предсказание? Прогноз? Возможный путь?

Я попытался встать — ноги подкосились. Свалился обратно на мешки, прислонился спиной к холодной стене и просто сидел, пытаясь отдышаться. Воздух не шёл. В груди всё сжималось паническим спазмом.

И тут, как будто в ответ на этот всплеск эмоций, в глубине сознания вспыхнуло.

Целая пластина информации, холодной и неумолимой, как гранитная плита, вставшая в моём внутреннем взоре.

| Навык «Информатор» (Срединный ранг, ур. 3) достиг порога качественной трансформации. |

| Активирована скрытая ветвь развития, соответствующая уникальной природе энергии Ци и повышенному «Коэффициенту Синхронизации» (1.0). | (и когда только?)

| Навык эволюционировал. |

| Новый навык: «ЗАРОЖДЕНИЕ ВСЕВЕДУЩЕГО» (Высший ранг, Уровень 1) |

| ОПИСАНИЕ: Потенциальная вершина информационных способностей. Навык позволяет владельцу не просто запрашивать данные у Системы, но интуитивно ощущать и просчитывать вероятности, цепочки причинно-следственных связей, возможные варианты развития событий на основе имеющихся данных. В пассивном режиме повышает интуицию и способность к анализу. В активном — может генерировать кратковременные, яркие «видения» наиболее вероятных сценариев (как личных, так и глобальных) на короткий промежуток времени вперёд. |

| ВНИМАНИЕ: Полный потенциал навыка НЕ МОЖЕТ БЫТЬ РАСКРЫТ до достижения владельцем ступени «КОРОЛЕВСКИХ КРОВЕЙ» (3). Текущие проявления ограничены и могут быть нестабильны. Использование в активном режиме требует колоссальных затрат Ци и может вызывать временную потерю связи с реальностью, головные боли, провалы в памяти. |

| Первое проявление: Получено спонтанное «видение» вероятного будущего (вероятность реализации в текущих условиях: ~37 %). |

37 %. У нас был почти каждый третий шанс скатиться в тот кровавый ад. Стать теми монстрами. Убить сотни. Снести пол-крепости. Проснуться навыком вампира и упиться силой.

Меня вырвало. Судорожно, болезненно, в пустой угол. Желудок был пуст, выходила только желчь, но тело тряслось в конвульсиях, будто пытаясь изгнать из себя сам образ того, кем я мог стать.

Когда спазмы прошли, я лежал на боку, слабый, разбитый, плача беззвучными, сухими рыданиями. Страх был уже не рациональным. Он был животным. Первобытным. Как если бы ты посмотрел в зеркало и увидел там не себя, а хищного зверя с твоими глазами.

Мишка. Где Мишка?

Паника, ещё более острая, вонзилась в мозг. А если он… а если он уже пошёл? А если сон был не просто видением, а… подсказкой? Толчком?

Я заставил себя подняться. На четвереньках, потом, держась за стеллаж, на ноги. Побежал, спотыкаясь, падая, снова поднимаясь, к его углу склада.

Он был там. Спал. Сидя, прислонившись к стене, с ножом на коленях, как обычно. Его лицо в тусклом свете, пробивавшемся сквозь щели, было бледным, но спокойным. Никакой крови. Никакого безумного блеска в глазах. Он просто спал.

Словно что-то лопнуло внутри. Вся сдержанность, весь контроль, всё, что держало меня последние недели, испарилось. Я рухнул рядом с ним на колени, схватил его за плечо и начал трясти.

— Миш… Миш, проснись! — мой голос был сдавленным, хриплым, полным слёз. — Проснись, бл*ть, сейчас же!

Он дёрнулся, глаза мгновенно открылись. В них не было сна — только привычная, мгновенная готовность. Его рука с ножом взметнулась, но замерла, увидев меня.

— Колян? Что? Нападение? — Он огляделся, но склад был тих.

Я не мог говорить. Я просто трясся и смотрел на него, на его обычное, пусть и бледное, но человеческое лицо. И рыдал. Громко, безудержно, как ребёнок, который только что увидел самое страшное в своей жизни и не может с этим справиться.

Мишка отложил нож, его настороженность сменилась полной растерянностью. Он видел меня разным — испуганным, злым, решительным. Но никогда — в такой истерической, абсолютной панике.

— Эй, эй, что случилось? — он перехватил мои трясущиеся руки, его пальцы были прохладными, но живыми. — Колян, дыши! Говори! Ты ранен? Тебя что, нашёл кто?

— Всё… это… было… не… — я пытался выговорить сквозь спазмы рыданий и удушья. — Мы… мы убили… всех… Громилу… ты… я… с клыками… кровь…

Слова вылетали обрывочно, бессвязно. Но Мишка, кажется, начал понимать. Не факты. Но суть. Панику перед чем-то внутренним, перед тем, что мы несём в себе.

— Кошмар, — тихо сказал он, и это не был вопрос. — Сильный кошмар. Опять про того… с трона?

Я замотал головой, слёзы летели во все стороны.

— Нет… хуже… мы… мы сами… — я вцепился в его куртку, впиваясь пальцами в ткань. — Миш, поклянись… поклянись, что не пойдёшь… к Касьяну. Один. Никогда. Поклянись!

Он замер. Его чёрные глаза вглядывались в моё лицо, читая не просто страх, а знание. Предвидение. Ту самую информацию, которой теперь обладал мой навык.

— Ты что-то увидел, — прошептал он. — Не кошмар. Что-то… от твоего скилла, да? «Информатор»?

Я кивнул, не в силах выговорить ещё что-то.

Он глубоко вздохнул, выпустил мои руки и откинулся назад, на стену. Его лицо стало сосредоточенным, серьёзным.

— И в этом… видении… я пошёл на Касьяна. Один.

— Да, — выдавил я.

— И мы оба… там… — он искал слово, — …сошли с катушек.

— Да. Мы… мы стали монстрами, Миш. Я пил кровь. У меня выросли клыки, когти. Ты… ты поднимал мертвецов, как игрушки. Мы всех убили. Громилу. Десятки. Сотни, может. И… и нам это понравилось.

Последние слова я прошептал с таким отвращением к себе, что меня снова затрясло.

Мишка долго молчал. Он смотрел куда-то в темноту, его лицо было каменным. Потом он медленно провёл рукой по своим бледным щекам, по волосам.

— Клыки и когти, — повторил он без эмоций. — А я? Я какой был?

— Холодный. Мёртвый внутри. Ты смотрел на убийства, как на… на процесс. Как на погоду. И ты не слышал меня. Совсем.

Он кивнул, как будто что-то подтвердил для себя.

— Значит, мой путь… если зайти слишком далеко… ведёт туда. В безразличие. В машину. — Он посмотрел на меня. — А твой…