Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

class="p1">Вошел Том. Он выглядел измотанным. На его лице застыла смесь надежды и мучительной тревоги. Он молча сел на стул напротив стола, его руки нервно сжимали колени.

— Говори, – Ева отодвинула фото, ее взгляд стал острым, профессиональным. Но в нем не было привычной стали – лишь усталое понимание.

Том начал тихо, с трудом подбирая слова. Он снова говорил о Габриэле. Как она ушла тихо, без предупреждения, во время их поездки.

— Она… она боялась, что они не доехали бы сами… Она должна была уже добраться… Я… я боюсь за нее, Ева. — его голос сорвался.

Ева вздохнула. Она знала эту историю. И знала ответ.

— Том, – ее голос был твердым, но без обычной резкости. – Ты сам не справишься. Не выживешь там. Если пойдешь за ней – это самоубийство.

Он кивнул, опустив глаза.

— Я знаю.

В этом признании была вся его беспомощность.

— Я сейчас поехать с тобой не могу, – продолжила Ева жестко.

Она указала на карты, на списки.

— Тут всё развалится. И Алекс… Мы его бросим здесь? Или будем с собой таскать по аду? А что, пусть тоже берет нож и идет искать свою блудную мать?

Ее слова били точно в цель, обнажая абсурд и опасность затеи.

— Или ты прикажешь отправить Сета? Джину?

В этот момент дверь приоткрылась, вошел Ник, услышав последние слова.

— Или Ника?

Ева бросила на мужа быстрый взгляд.

– Они не станут рисковать своей шкурой из-за того, что твоя жена… – она запнулась, смягчая формулировку, – …приняла решение без нас.

Том сжался, его плечи опустились. Он смотрел в пол, словно ища там ответа.

Ева встала. Она обошла стол и подошла к Тому. Неожиданно мягко положила руку на его напряженное плечо. Он вздрогнул.

— Слушай, – ее голос стал тише, почти шепотом, но в нем зазвучала сталь иного рода – не приказа, а обещания. – Как только мы тут всё устроим… как только город будет чист, а люди в безопасности… Я пойду с тобой. Сама. Она сжала его плечо. Если она жива… мы ее найдем. Обещаю.

Том поднял на нее глаза. В них были слезы, смешанные с недоверием и внезапной, жгучей надеждой.

— Спасибо, Ева, – прошептал он хрипло. – Спасибо…

В этот момент в дверь резко постучали, не дожидаясь ответа. Вошли Джина, Сет и Балт.

— Вызывала. Босс, – бросила Джина, оглядывая кабинет и замечая руку Евы на плече Тома и его заплаканные глаза. Ее бровь чуть приподнялась, но вопросов не последовало.

Ева мгновенно убрала руку. Ее лицо снова стало маской прагматичного командира. Никаких следов уязвимости. Она вернулась за стол, ее движения были резкими, точными.

— Садитесь, – скомандовала она, указывая на свободные стулья.

Ее голос снова был лезвием, а взгляд сканировал их лица, оценивая состояние.

— Отчет. И планы на завтра. У нас мало времени, а работы – как неразгруженный вагон.

Она взяла ручку, готовясь записывать. Личное обещание Тому осталось в углу кабинета, заваленном тенями и картами выживания. Сейчас главным было удержать хрупкий порядок в своем куске ада.

Ник тихо подошел и положил руку Еве на плечо.

— Ева, сегодня пришли трое, – сказал он, голос теплее обычного. – Сказали, что услышали тебя по громкоговорителю. Мать с сыном и мужчина, их сосед. Добрались до госпиталя, Альберт их разместил.

Ева не подняла головы, но уголок ее губ чуть дрогнул.

— Хорошая новость. Значит, сирена не только на мертвых действует.

Она сделала пометку в блокноте.

— Завтра делаем то же самое. Потом – на шахту за известью. Начинаем сбор 'мусора' по городу. В яму.

Балт мрачно потер переносицу:

— Что-то надо придумать насчет воды, Ева. Она уходит больше, чем патроны или еда. С новыми ртами… да и драим мы теперь коридоры…

Сет хмыкнул, разглядывая потолок:

— Рыть колодец. Глубокий. Если бы у нас были чертовы солнечные панели, могли бы хотя бы насос запустить на станции…

Слова Сета как искра ударили по памяти Евы. Перед глазами всплыла поездка год назад – та самая военная лаборатория в Вантауне. Бетонный монстр с кучей спутниковых тарелок и… солнечных панелей, покрывавших крышу как броня. И не только панелей… Она резко подняла голову, глаза загорелись холодным, расчетливым огнем.

— Завтра, – объявила она, отодвигая блокнот, – мы съездим в Вантаун.

Все замолчали, уставившись на нее.

— Там их куча. Солнечных панелей. На крыше той лаборатории. Военной, – пояснила Ева, ее пальцы быстро забегали по карте, находя нужную точку. — Кроме панелей… может, еще что полезное осталось. Оборудование, генераторы, топливо в резервуарах… Медикаменты. Там была серьезная лаборатория, не детский сад.

Она посмотрела на Балта:

— Балт, Джина завтра берёте седан.

Ее взгляд скользнул к Джине.

— Повторите наше сегодняшнее 'путешествие'. Выманивайте остатки стад на трассу. Чем дальше уведете – тем лучше.

Джина кивнула, но в ее глазах читалось беспокойство:

— А если… наткнемся мы или вы на 'наших знакомых'? На дороге? Ту толпу, что сегодня гнали?

Балт хрипло рассмеялся, постучав костяшками по столу:

— Объедем, Джин. Или аккуратно проедем. У них ведь расписания нет, куда идти. Разбрелись, наверное.

Ева мотнула головой, подтверждая:

— Объедем. Главное – не вляпаться в затор. Ваша задача – чистить наш сектор, а не спасать Вантаун от гостей.

Она перевела взгляд на Сета.

— Мы с Сетом… возьмем еще пару крепких ребят. Лору, Хэнка. Прокатимся до Вантауна на грузовике. Загрузим панели – и назад.

Она встала, ее фигура в полумраке казалась монолитной.

— Всё. Отбой. Завтра рано вставать. Балт, Джина – проверьте машины и оружие с вечера. Сет – найди Лору и Хэнка, предупреди. Я составлю список того, что критично ищем в лаборатории, кроме панелей. Аптечки, приборы… всё.

Она погасила одну из свечей, погружая часть кабинета в еще большую темноту.

— Спокойной ночи. И да… не проспите.

Ее последние слова прозвучали почти как шутка, но без улыбки. В них была лишь усталая решимость. Лаборатория в Вантауне была костью в горле ее памяти. Теперь пришло время вытащить ее – или погибнуть, пытаясь добыть шанс на свет и воду. Команда молча разошлась, унося с собой тяжесть нового плана. Завтра снова в ад, но на этот раз – за надеждой.

Полночь. Убежище погрузилось в гнетущую тишину, нарушаемую лишь скрипом кроватей за тонкими стенами и далеким завыванием ветра