СССР: бригада - Степан Александрович Мазур

алтайские казахи выше своих степных братьев. Но никто не говорил, что на двадцать-тридцать сантиметров. Климат на них повлиял горный или вроде того. А на фоне Нюры наш новый собрат по несчастью выглядел настоящим гигантом.

— Ты кто? — я подошёл поздороваться. — Как зовут?

— Навзад, — ответил он.

— Казах? — зачем-то спросил я.

— Гуран, — ответил он, как будто национальности, расы или черты лица с цветом кожи ещё имели значения в мире прогрессирующего социализма.

«Банк» тут же подсказал, что гураны — это такая народность в Забайкалье, образовавшаяся в результате смешанных браков русских с бурятами, эвенками, монголами, даурами, маньчжурами.

Но я не думал, что среди них бывают двухметровые люди. С такими плечами, словно поперёк себя шире. Заросший как йети, Навзад наверняка вступил бы в «лесные братья» Сени без конкурса.

Даже внешним видом он походил на человека, которого лучше не раздражать и не бесить лишними вопросами. Радует, что не строить мы будем, а лишь разрушать. Обучать особенно не придётся. Такому и инструменты не нужны. Команду дай и школе кирдык. А если очень нужно, то и ближайшему бомбоубежищу достанется. Но бомбоубежищ у нас нет. А Навзад есть. Ломов не дали. Значит — этот пригодится.

— Меня зовут Сеня, — представился я, выжимая мокрую рубашку. — Это — Нюра. А внутри — Люба стирается. Рад приветствовать в нашей бригаде. Добро так сказать, пожаловать.

Рук не протягивал. Мокрые. А то не пожмёт ещё, а ты потом в драку лезть, первенство своё доказывай. А оно мне надо? Сеня вот всю зиму болел, ослаб совсем. Сначала надо подкачаться.

Я улыбнулся для верного и с тоской посмотрел на пару раскладушек.

Но нас-то четверо! Как быть?

— За что тебя замели? — обратилась к нему и Нюрка.

Навзад не отреагировал. Только сел на ближайшую лавочку возле дороги на подъезде к школе и заявил:

— Есть хочу.

— Давай так. Сейчас штаб соорудим и будем готовить, — предложил я, но Навзад снова не отреагировал.

Он смотрел прямо перед собой, как будто ждал выполнения предыдущего запроса. Если бы он был компьютером, то я бы точно сказал, что ему не хватает оперативной памяти для обработки новой информации.

Я порылся в свежем грузе. Может, булочка какая есть?

В оцинкованном ведре для неизвестных целей валялись два куска хозяйственного мыла и три туалетного.

— Вот это уже дело! — воскликнул я и протянул кусок мыла Нюре. — Сходи, отнеси Любе.

— Какой ещё Любе? Не знаю такую. Только вонючек американских видела, а Любок не видела! — воскликнула подручная, взбрыкнув. — А ты бы хоть рубашку обратно одел! Светишь тут торсом, людей честных смущаешь. И вообще от тебя воняет до сих пор. Вы обе вонючки американские!

Я скривил губы. Вот бунта ещё не хватало. Сейчас корень непослушания прорастёт и чего потом с ними всеми делать? Один я много не наработаю.

— Нюра… в этом как раз и дело. Мыло отдай своему товарищу. А пока будешь идти, оцени своим носиком, стоит нам располагаться в спортзале или ну его? Жду тебя с ответом. Нам лучше в поле? Или как?

— А, задание типа? — сразу смекнула она и подхватив все куски мыла, начала швыряться ими в меня. — Сейчас я покажу тебе задание! Получи, гад! Держи! Лови! Всё забирай!

— Нюра, угомонись!

— А что Нюра? Ты зачем мне телевизор дарил? Ты что говорил? «Приданное»! А теперь что? Вторую жену решил завести? Или это любовница? Ты чего мне голову морочил⁈

Нет, видимо Сеня ей что-то серьёзное обещал. Свадьбу к примеру, или коня ритуально съесть на брудершафт. Я толком не разбираюсь в степных обычаях.

Один снаряд из кусков прилетел в Навзада. Но гуран даже ухом не повёл, продолжая медитировать на скамейке с открытыми глазами.

— Нюра, разрази меня гром! Ты зачем людей посторонних обижаешь? Дуй с мылом в спортзал быстро! А я кухню поставлю и спально-жральное место нам организую!

Она стиснула руки в кулаки, но больше кидаться или кричать не стала.

— Чепушнёй после ужина будешь страдать… Поняла меня? Кто не слушается бригадира, тот голодный ходит!

Нюра так и застыла с последним куском мыла в руках. Хмыкнула только:

— Больно надо, — и всё же пошла в здание школы.

Сработало.

Я подцепил тенты, палатку, нагрузился раскладушками повернулся к Навзаду:

— А фамилия как?

— Навзад, — ответил Навзад, чем ввёл в лёгкий ступор.

— Так это же имя!

— Навзад — это прозвище, — тут же «объяснил всё» новый напарник и снова завис.

— Короче, расклад такой. Тащи всё оставшееся за мной, Навзад. Справишься — через час будет тебе ужин. Нет — сиди тут хоть до утра. Толку не будет. Только голуби с крыши пометят. А у нас сегодня по части компоста задача и так перевыполнена. Новой не ставим.

Видимо, часть посыла пробила мыслительные процессы напарника. Выйдя из персональной нирваны, он пошёл на меня. Решив не стоять на пути, я зашагал к полянке среди фруктовых деревьев. Оглянувшись, чтобы понять дать ли дёру или начинать звать на помощь? Но лишь обнаружил как Навзад тащит в огромных руках просто сразу всё остальное.

Одной охапкой он сгрёб мешки, ящики, сумки. И теперь пёр за мной бы без сомнений и по болоту, вздумай я изображать Ивана Сусанина. Особо грозно среди этого барахла в руках выглядел топор. Но мельком взглянув на острие, я пришёл к выводу, что ещё не время расспрашивать новичка о причинах попадания в ТЛУР.

Возможно, это было целенаправленное убийство, а может просто наступил на человека. В любом случае действовать нужно как в сказке.

Сначала накормить, а потом уже расспрашивать.

Глава 25

Покорми меня, если осмелишься

Люба, Навзад и Нюрка… Маргиналы красного мира со стажем. Ох, и намаюсь я ещё с ними! О чём вообще можно говорить с людьми, которые не знают, что такое дефолт, девальвация и импичмент? А вот придётся!

Положение моё в целом таково: выделили группу особых товарищей и делай что хочешь. Необразованные, аполитичные, распущенные и, видимо, ленивые. Не достигли ничего в мире огромных возможностей… И я среди них бригадир. А как так-то? Вроде только недавно сдавал нормы ГТО и грезил вступить в комсомол!

Есть одна весомая проблема. Хотя бы на часть из них повлиял мой носитель. А значит, именно