СССР: бригада - Степан Александрович Мазур

— Это на стол, — вдруг ответил мощный парень и принялся оглядываться в поисках четырёх подпорок. — Должны же мы на чём-то есть. Мы же не звери какие-нибудь. Питаться надо хорошо… Есть пеньки?

А что, соображает!

Пеньков не было, но не удивлюсь, если вырвет пару деревьев с корнями и пересадит под свои нужды.

— Тогда сам напилю. Заодно и под стулья что-нибудь приспособлю, — пообещал трудяга, разглядев среди инструментов пилу.

Я кивнул и удалился. Пусть сами разбираются.

Задача бригадира — делегировать полномочия. Парень-то неплохо соображает. Может с голодухи нашло, а может всегда такой был. Нюра — молодец. Но я бы ему перечить не стал. Пару тройку дверей на дрова пустим — кто заметит?

Заметил ли сам Навзад, что Нюрка его провоцирует? Мне тут в бригаде расчленёнка не нужна. А шутки в стиле «не в зад, так полбу» или «назад в эсэсэсэров» это явная провокация. Но над прозвищами вроде можно издеваться. В такой-то компании.

Ладно, это всё суета. Но хотя бы с дешёвой рабочей силой участковый не подвёл. Будет им уха на завтрак. Рисовая каша на ужин с картошкой и рыбой жареной. А на обед рожки пойдут… Но с чем?

И тогда я решил нагрянуть домой. Может у матери есть одна-две консервы на нужды голодающих соцработников?

Верну ящик! Как только узнаю где его взять…

Матери дома не оказалось. На входной двери замок висел. Большой, амбарный. Первый раз, сколько себя помню, такой увидел.

Уже и забыл, что петли у нас на двери существуют. Куда же делась мать носителя?

Вокруг ни души. Но на меня с недоумением посмотрела курица.

Я оглянулся по территории. Соседи забор снесённый поставили. Радует. На двух гвоздях висит, чисто символический. Но куры сбежать не могут. И передохнуть от голода не могут. Летом всегда есть что поклевать.

Можно курицу поймать. Вот и обед будет. Но это рубить голову нужно. А кто на такое пойдёт? Меня только людей убивать учили. Про куриц как-то не подумали… Но есть же и побочный продукт — яйца!

Как опытный следопыт, я отправился шарить по территории. Курицы не только снесли, но и высиживали яйца на пеньке у старого сарая.

Раньше там дрова рубил, теперь курицы обитают. Среди запустения я и обнаружил кладку из трёх яиц. С рожками на сковороде перемешать — самое то.

Когда забирал яйца, курица на меня с укоризненной посмотрела. Мол, я тебя запомнила.

— Это тебе за мои собственные! — ответил я на тот взгляд с вызовом.

Курица отвернулась. Ладно, мол. В расчёте.

С чувством добытчика, пошёл к речке ставить закидушку.

Был бы доступ домой, пошарил бы среди рыболовецких снастей. Спиннинг-то Сеня сломал, но может хоть удочка уцелела? Не до последнего крючка же можно на рыбалке все извести!

Но не через трубу же лезть! Окна на ставни закрыты. Надолго уехала мать. Не забраться внутрь.

Даже пробовать не буду. Взлома с проникновением ещё не хватало для полной характеристики.

Жарко. Пыльно. До реки идти далеко. Вода там чище, но нужно блеснить на что-то достойное или на «муху» пробовать. Поэтому спустился к озеру. Оно ближе. Вода там потеплее. Ребятня купается на мелкоте.

Отошёл к лесу, где поглубже и берег без песка, каменистый. Нашёл палку под колышек, вбил в землю, закинул снасти, привязал за колышек. Мгновенной поклёвки ждать не стоит. Но лягушка для сома — лакомый кусочек. Ночью зацепится.

Солнце уже на закат клонится. Играет блесна. Нельзя не заметить.

Раз кинул — ничего. Два кинул — ничего. А не третий щуку достал. Вот и уха!

Смысл ухи ведь не в том, чтобы рыбой наесться. Рыба скорее для вкуса нужна, ощущения навара. Так что и одной щучки с локоть на котелок хватит. Порежем только.

Обратно пока шёл, поднимаясь в горочку, запыхался. Дыхалка ни к чёрту. А рядом Борисыч показался с маленькими гантельками в руках. Физрук наш бывший. Зимой на лыжах ходил, летом бегает.

Активный человек. У нас таких фитнес-активистами называют. А тут это просто каждый второй. А как вместе собираются, так на Красной площади парад физкультурников устраивают.

— Сеня, ты на себя посмотри, — сказал он сразу. — Был подающий надежды спортсмен, а теперь ходишь с трудом… Ну как так можно?

— Борисыч, я уже взялся за голову, — улыбнулся я, чтобы не нагнетать конфликт. — Встал на путь исправления в ТЛУРе, так сказать. И здоровьем занялся на производстве. Но твоя правда, подкачаться и прийти в форму не помешает.

— В ТЛУРе? О, не думал, что до этого дойдёт, — протянул физрук и тут же добавил. — Так, а чего тянуть? Приходи к нам в ДСО на Листовой улице. Кому спортклуб на деревне построили? Приходи, да занимайся чем хочешь.

— Приду, Борисыч, — кивнул я. — Дело хорошее. Пару дней дела разгребу и обязательно зайду.

Он кивнул и побежал дальше, ни на миг не оставляя движение даже при разговоре со мной.

Тогда я попытался вспомнить что такое ДСО?

«Банк» тут же подсказал — добровольные спортивные общества. Они начали формироваться ещё в 1930-ых годах. И, видимо, дошли до каждой деревни.

«В здоровом теле — здоровый дух». Так говорят.

Культ спортивного образа жизни объединил воедино коллективы физической культуры на предприятиях, в учреждениях, колхозах, совхозах, учебных заведениях и спортивных клубах.

По всей стране массово формировались ДСО при профсоюзах и это был действительно доступный спорт для всех. Они — оплот местных и городских и районных соревнований. А если нужно перенести любительский уровень на профессиональный, то скауты отберут лучших из лучших в своих дисциплинах уже для всесоюзных выступлений. Или международных лиг для Комомира, по всей видимости.

ДСО также формирует трудовые и военные резервы. Полезная штука, как не посмотри. И в деревне, наверняка, построили спортклуб для нужд местных спортсменов с прилегающим стадионом. Или хотя бы полем обзавелись, чтобы летом в футбол гонять, зимой — в хоккей.

Но мне пока труда и в ТЛУРе хватает. Трудно представить, что весь день кирпичи колотишь, бревна таскаешь и доски пилишь, а потом ещё идёшь тягать штангу или в ринге с противником стоять.

Пока накормлю всех под вечер, и так семь потов сойдёт. А бывшее спортивное поле при школе мы и так под полевой лагерь приспособили.

Найдём мяч — погоняем при случае.

Одно только не покидает меня. Цифры. Ощущение