Инженер среди ходячих - Lex Nov

— Эм... Ну ладно... — кажется, она не поняла моего нежелания читать Библию.

Дело даже не в самой Библии, а в вере. В прошлом мире существовала церковь юнитологов. Эти безумцы верили, что обелиск сделает всех едиными, и люди попадут в рай, где увидят своих умерших родных и близких. Из-за этой веры многие решили «освободить» обелиски, что привело к распространению вируса некроморфизма. Он уничтожал всё живое, превращая людей в кровожадных тварей, убить которых было крайне сложно. В отличие от ходячих, некроморфы обладали зачатками разума, что позволяло им спокойно устраивать засады на вооружённых людей. Их арсенал для убийства был весьма обширным: острые отростки, способные располовинить человека даже в боевом скафандре, шипы, которыми они могли стрелять, и кислота, которая прожигала даже стенки космических кораблей. А о том, какое было их разнообразие, даже говорить не стоит. Если бы здесь случилась эпидемия некроморфизма, нынешнее человечество не выжило бы ни при каких обстоятельствах.

— Ли, не стоит беспокоиться из-за этого. Я думаю, тебе стоит рассказать своей группе о своём прошлом. Тогда у Ларри не будет возможности оказывать на тебя давление. Конечно, у некоторых могут возникнуть вопросы, но все и так видят, что ты хороший человек, и поймут это.

— Я... — он немного замялся. — Я подумаю над твоим предложением.

На это мне оставалось лишь пожать плечами.

— Это твоё решение, ты можешь рассказать, а можешь и промолчать. Я не могу решать за тебя. Спасибо за компанию.

Я поднялся с места.

— Да, Айзек, и тебе спасибо, спокойной ночи.

Я кивнул и направился в свой номер.

***

Прошло три дня. Пока что все идёт хорошо и по плану. Солнечные панели на крыше дают достаточно энергии для базовых нужд. Аккумуляторы и ИБП стабилизируют сеть — свет есть даже ночью в общем зале и коридорах первого этажа, а так же сейчас у нас заработали холодильники.

Эдвин, бывший сотрудник ЦКЗ, загорелся идеей «маскировки». После демонстрации принципа «кровь и потроха = невидимость» он почти не спит — экспериментирует с образцами тканей, пытаясь создать стабильный состав, может быть, спрей или гель. Устроил импровизированную лабораторию в подсобке за кухней. Пока без прорывов, но методика у его есть.

Морган всё ещё без сознания. Ранение в живот серьёзное, но Катя говорит, что стабилен. За ним ухаживают по очереди — Эдвин иногда все же выбирается и своей импровизированной лаборатория. Сын Моргана Дуэйн большую часть времени сидит рядом, молча, ну иногда Клементина с Даком все таки вытаскивают его наружу, что не может не радовать.

Марк ушёл в лес — охотится на мелкую дичь. Кролики, белки — что-то, что ещё не заражено. Возвращается с добычей, что радует всех, на днях он собирался обучить Кенни и Ли охоте.

Ларри (отец Лили) занялся укреплением баррикад вместе с Ти-Догом — таскают мебель, доски, обшивают окна первого этажа. Работает молча, но без остановки.

Я и Лили координируем общие задачи: распределение припасов, дежурства, разведку ближнего периметра.

Лиза помогает Карли с организацией быта — учёт еды, воды, медикаментов.

Неожиданно полезным оказался Ларри — не только руками, но и головой. Он где то откопал несколько уцелевших учебников и книг в отеле. Ли, как бывший преподаватель, начал заниматься с детьми — Клементиной, Дуэйном и Даком. Математика, основы грамоты, даже что-то вроде истории. Говорит: «Цивилизацию надо сохранять, даже если вокруг — её конец».

Ти-Дог иногда подключается к энергосистеме — помогает с проводкой, он разбирается в устройствах лучше, чем я ожидал, хотя как он мне позже рассказал, что когда он подрабатывал слесарем то иногда занимался и проводкой.

Система работает.

Люди — адаптируются.

Пока всё стабильно.

Остаётся ждать, когда Морган очнётся и следить, не подведёт ли «невидимость» Эдвина в тестовом режиме, а то что он её сделает я в этом не сомневаюсь, ведь для его экспериментов мы притащили живого... Ну точнее не совсем дохлого ходячего, прав для безопасности у него была полностью перемотана пасть скотчем и носком, а руки и ноги лежали отдельно от тела.

А теперь к главному, я решил начать сборку станка ССК с Тау Валантиса.

Большинство компонентов мы привезли с собой, хотя и в соседние гаражи тоже пришлось наведаться, да и съездить кое куда пришлось.

Основа — станина из старого промышленного шкафа, шаговые моторы от принтеров и сканеров, блок управления на базе уцелевшего ядра из цкз с перепрошивкой, благо в этом мне помог Эдвин.

Не хватает точной механики для экструдера, но можно временно заменить донорским узлом от 3D-принтера, который нашёл в заброшенном магазине в в пяти километрах от Атланты.

А теперь трудности, и заключаются они в следующем:

1. Питание. Станку нужно стабильное 220 вольт и до 15 ампер при пиковой нагрузке. Пришлось тянуть отдельную линию от аккумуляторной банки через инвертор, и все я это делал скрипя зубами, ведь эффективность слишком падает.

2. Калибровка. Без лазерного датчика позиционирование будет с погрешностью и довольно не маленькой. Пока выкручиваюсь механическими энкодерами с разобранного ЧПУ-станка — точность так себе, но для начала сойдёт.

3. Материал. Нет полимерной нити. Пробую плавить пластиковые отходы — бутылки, корпуса приборов. Состав неоднородный, забивает сопло. Нужен фильтр-экструдер. Делаю из металлической сетки и обрезка трубы, несмотря на все это мне хочется лить слезы.

Клементина с самого начала стоит в трёх шагах от меня, не шумит, просто смотрит, ей показалось очень интересно то что я мастерю, возможно тут был бы ещё и Дуэйн, но он пока не отходит от отца, через час наблюдение девочка начала помогать, а именно тем что подаёт ключи, когда я прошу «маленький жёлтый, номер три». Держит фонарик, когда я копошился в панели управления. Сортирует мелкие детали по баночкам — винтики, шайбы, контакты.

А главное она запоминает названия.

— Это как принтер, но для железа? — Спросила она.

— Для всего. Если дать ему правильный чертёж.

К вечеру собрал каркас, подключил моторы, запустил тестовое движение по осям. Работает, но рывками — нужно править драйверы, да и калибровку ещё делать и делать.

Клементина уже зовёт станок «Шушук» почему-то. Не спрашиваю, хотя иногда хочется.

Ли зашёл ко мне в комнату когда