Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

был совершенно один. Он пытался забыть события двухнедельной давности, однако, как ни старался, постоянно всплывало осознание того, что он снова предал Сэма. Он не смог воскресить брата, и мысль о том, что придется провести остаток жизни без Сэма, все еще разрывала его внутренности на части. Дин подобрал телефон. Ему надо было, необходимо было позвонить – хоть кому-то. Но кому? Бобби был бы рад, но он – не замена. Дину нужен был брат. Он вздохнул: с другой стороны, он дал обещание и настроился его держать. Дин сгреб себя с дивана, забрал из гаража газонокосилку и принялся подстригать лужайку. Раз уж Сэм хотел для него такой жизни, Дин будет жить именно так – ради брата.

* * *

– Ну, не могу сказать, что работа сделана хорошо, но все же ты смог удержать Люцика в клетке, так что почет тебе и уважуха, – сказал Кроули, появившись в кабинете Сэмюэля.

Сэмюэль поднял на него глаза, сжимая стакан виски.

– Дина чуть не убили, – отозвался он. – И мальчика тоже.

– Но не убили ведь, старик. Ты сделал дело, а теперь время вернуться к нашей работе, ага? Не забывай, у нас есть к чему стремиться – твоя разлюбимая Мэри.

Сэмюэль сорвался с места с такой силой, что стул опрокинулся, а стакан волчком завертелся на столе, и подскочил вплотную к демону:

– Не смей даже произносить ее имя!

– Знаешь ли, так как я не любитель читать Библию каждый вечер, без проблем, – отозвался Кроули и резко добавил: – А теперь сядь и убери от моего лица свой вонючий рот, а не то я расстроюсь.

Сэмюэль посторонился.

– Есть несколько монстров на примете, – Кроули сверкнул улыбкой.

– Один раз тебе говорю, – ответил Сэмюэль. – Как только ко мне вернется Мэри, следи за своей британской задницей, потому что я отправлю ее обратно в Ад.

– Уже жду, – огрызнулся Кроули. – С нетерпением.

С этими словами демон исчез. Сэмюэль поднял стул и снова уселся. Когда в дверь постучали, он пробурчал что-то, с натяжкой сходившее за разрешение, и на пороге появился Сэм.

– Я тут подумал, тебе будет интересно знать, что в Оклахома-Сити гнездо кровососов. Поедешь?

Сэмюэль помотал головой:

– Ты сам можешь с ними справиться. Не мне тебя учить.

Сэм кивнул и помедлил:

– Все нормально?

– Да, – Сэмюэль даже головы не поднял.

– Вернусь завтра днем.

Выйдя на улицу, Сэм кивнул Марку и Гвен, и они вместе направились к машине. Сэм глубоко вдохнул свежий утренний воздух (в его понимании это расценивалось как «хорошо») и забрался в фургон. Когда они выезжали из лагеря, Сэм вспомнил грустное лицо деда и ощутил проблеск сочувствия – только на миг, – потом чувство исчезло, так же быстро, как и появилось.

Эпилог

Осень, 1705

Мы с Калебом въехали в Филадельфию под покровом ночи. Погода необычайно холодна для раннего сентября. С реки тянется туман и ползет по Торговой улице, отчего камни на мостовой влажные и скользкие. В город нас позвала некая миссис Вебстер Морелэнд. В ее письме, которое нам передал в гостинице мальчик-слуга, говорилось, чтобы мы приехали немедленно. Она только недавно прибыла в Филадельфию и оставила большое имение вверх по реке на попечении своего сына Артура. Кажется, она побаивается единственного сына, думает, что он сам не свой. Некогда общительный и добросердечный, он стал нечестным и угрюмым, подверженным частым припадкам ярости. Не зная, что за болезнь подкосила сына, миссис Морелэнд перебралась в свой городской дом.

Калеб думает, что она сошла с ума, и даже заключил со мной пари. Он сказал, что это пустая трата времени, что она – взбалмошная старая курица, сочиняющая истории. А я ответил, что мы поедем и убедимся сами. Выяснилось, что миссис Морелэнд никакая не взбалмошная, и вовсе не старая курица – она крепкая разумная женщина, очень обеспокоенная состоянием сына.

Мы прибыли в семь, как раз к ужину, и она пригласила нас к столу. Мы с Калебом смотрелись очень чужеродно в своих кожаных куртках и холщовых штанах за отполированным столом, уставленным жареным мясом и пирогами. После еды, которая могла поспорить с нашим рождественским угощением, мы заговорили о деле. После некоторых споров было решено, что мы с Калебом отправимся в ее усадьбу и понаблюдаем за поведением Артура. Однако оказалось, что у Артура имелись иные планы. Он приехал к матери – непрошеный – в одиннадцатом часу и, кажется, удивился, обнаружив у нее в гостях двоих назойливых джентльменов, но сразу же сделал весьма доброжелательное лицо, чтобы скрыть неприязнь. Мы заночевали в комнате с двумя самыми большими кроватями, которые нам приходилось видеть, а Артур спал на другой стороне коридора. Точнее, мы думали, что спал. Около двух ночи мы услышали, как он тайком выбрался из комнаты, спустился по лестнице, а затем раздался щелчок замка на входной двери. Мы с Калебом поспешно натянули сапоги и припустили следом.

Туман нисколько не рассеялся, пока мы шли за Артуром по мокрым улицам. Вдруг он свернул за угол в темную подворотню. Мы ни разу не были в Филадельфии и незнакомы с ее улицами, вероятно, где-то был обход, но мы просто свернули туда же, двигаясь как можно тише. Артур юркнул в какое-то полуподвальное помещение. Убедившись, что дверь заперта изнутри, мы приникли к окнам у самой земли: внутри было полным-полно веселых, танцующих и выпивающих людей. И мы подумали, ничего необычного, просто юноша выбрался поразвлечься.

Но потом сзади раздались шаги, и мы спрятались за кучами мусора. К той же двери подошел нарядный молодой человек, явно из богатых. Он бросил взгляд в нашем направлении, и, хотя я уверен, что видеть нас он не мог, зрелище было необычайное: у него были сплошь черные, словно вороново крыло, глаза.

Дорогая сестрица, отец как-то раз рассказывал нам о демонах, но сами мы ни одного не встречали. Нам очень нужны любые латинские ритуалы экзорцизма и твои знания. Мы опасаемся, что в Филадельфии обосновались демоны. Приезжай поскорее.

Твой любящий брат,

Томас.

Криста Фауст

Поцелуй Койота

Глава 1

Летти была почти уверена, что этой красивой женщины не было с ними, когда их группа выехала из городка Альтар в Соноре[102] и направилась к границе США. Хотя, учитывая жуткую усталость, обезвоживание и недостаток сна, трудно утверждать наверняка.