Отражение - Ирек Гильмутдинов

Мы по дну озера рыскали бы, наверное, до скончания веков, если бы не Ева со своей магией света. Она осветила пространство вокруг нас на добрых двести метров, выхватывая из темноты причудливые скальные образования и песчаные гряды. Даже с таким мощным источником света нам потребовался почти час, чтобы отыскать нужное место.

Отмечу также: никакой живности здесь не было. Я подсознательно опасался встречи с русалками или иными морскими тварями, но здесь царила мёртвая, безмолвная пустота.

До входа в пещеру мы добрались без происшествий и вошли внутрь, точнее, заплыли. С этим, к счастью, проблем не возникло — всё было точь-в-точь как в том вещем сне. Почти. И вот это почти чуть не стоило жизни Лирель. Стоило нам оказаться в проходе, как тут же некое создание, помесь краба с птицей, спикировало с потолка и попыталось пробить клювом ей голову, а когда ему это не удалось, он постарался клешнями пробить грудь. Благо на ней был защитный артефакт, а подоспевший орк сбил тварь, что была размерами с собаку, секирой, а после сломал ей ногой хребет.

— Простите, друзья, но в моём сне этих тварей здесь не было, — произнёс я, ошеломлённо разглядывая странное существо, всё ещё дёргающееся в воде.

— Странно уже одно то, что это место вообще существует, — усмехнулся Вул’дан, поднимая тварь за мощную клешню и поднося к светящемуся шару. — Если бы ещё и монстры совпали — я бы точно решил, что ты пророк, а не маг.

Мы все столпились вокруг орка, уставившись на странное создание, напоминающее не то краба, не то птицу, с хитиновым панцирем и несколькими парами лишних конечностей. Хотя почему лишних? В природе вообще ничего не бывает лишнего.

— И он что, тут один висел? — задала совершенно резонный вопрос Ева, и наши взоры дружно устремились вверх.

Свод пещеры, который мы приняли за обычный камень, оказался живым. Нас сверху оценивали как минимум семь пар холодных, блестящих глаз, принадлежащих таким же гибридам краба и птицы.

Я среагировал быстрее всех. Едва первая тварь сорвалась в атаку, я выбросил вперёд руку, и пространство перед нами вспыхнуло ослепительной паутиной молний, сложившейся в сферический барьер. Искры змеились по его поверхности, с треском отбрасывая удары клешней.

— Во-первых, я уже не адепт, а мастер, — спокойно пояснил я ошарашенным товарищам, — а во-вторых… впрочем это неважно.

Хотел похвастаться, что мой источник сейчас сравним с мощью как минимум трёх архимагов, но подумал и отказался от этой идеи. Вместо этого только пробурчал:

— Удержать это часок другой, — обвёл рукой барьер — для меня не проблема.

Барьер и вправду был впечатляющим — добрых три метра в диаметре, и он даже не дрогнул под яростными ударами обрушившейся на нас стаи. Это было вам не детское заклинание, а мощнейшая защита, на поддержание которой у обычного мага ушла бы уйма сил. Но они поразились не этому, а моей контролю, что равен ста процентам. Поскольку мы стояли в воде, но ни одна молния не причиняла нам вреда. А вот тем тварям что падали в воду было худо, и вокруг нас сейчас плавало пять прожаренных тушек.

Вообще скрывать свою силу я более не намерен. Слишком многие уже в курсе, кто я. Да и скоро вся верхушка Керона будет знать, что в мир явился маг не двух, а трёх стихий. Но суть не в этом. Важно не дать им ни малейшего повода думать, что я жажду мирового господства.

— А ты разве не жаждешь? — на моём плече Аэридан склонил голову набок, его яркие глазки-бусинки смотрели на меня со смешливым любопытством.

— Нет.

— Точно? — ехидно переспросил он.

Я на мгновение прислушался к себе, к самым потаённым уголкам своей души, а затем с лёгкой усмешкой тряхнул головой.

— Перестань мутить воду. Не нужно мне никакое господство. Моя мечта — стать самым богатым. И точка.

— Ну да, сущие пустяки, — пробормотал пегарог с сарказмом. — Будто у богатых нет своих проблем.

— Есть, — парировал я, — но полагаю, что у меня их будет куда меньше. А теперь хватит отвлекать меня — нас тут, на минуточку, сожрать хотят!

Я усилил натиск энергии, и барьер вспыхнул ещё ярче, отбрасывая тварей в кромешную тьму за пределами нашего кокона из света и молний.

— Кай, на счёт три — опускай барьер, и приступим к очищению этого места от этой мерзости, — прогремел голос орка, в котором явственно читалось злорадное предвкушение предстоящей схватки.

— Все готовы? — уточнил я, и в ответ руки Евы окутало ослепительным, почти что слепящим белым сиянием. Лирель и Вул’дан синхронно начали плести сложное, но знакомое мне заклинание водной плети, и вокруг их ладоней закрутилась вода, готовая поспорить со стихией света, желая обрушить всю мощь на врага.

Едва я развеял сферу из молний, как на нас обрушился настоящий водопад из клешней и хитиновых панцирей. Пока мы отсиживались под защитой, твари успели собрать внушительное подкрепление. Казалось, вся пещера ожила и двинулась на нас.

Однако, стать их ужином было не суждено. Честно говоря, я даже не успел как следует поучаствовать — с такой сокрушительной скоростью и слаженностью мои спутники принялись за работу. Точность, с которой эльфийка и орк поражали цели, была пугающей. Они действовали как единый механизм, ни разу не дублируя удары, отсекая клешни и пробивая панцири водяными бичами и ледяными осколками.

Приятным сюрпризом стало то, что почти каждая третья тварь при смерти испускала тот самый мерцающий шарик с концентрированной энергией — «опытом». Поняв это, мои друзья словно сошли с ума, превратив бойню в настоящее соревнование. Ева не отставала, её иглы из сгущённого света пронзали хитин с лёгкостью раскалённого клинка, оставляя после себя дымящиеся отверстия.

Спустя пять минут непрерывного, яростного побоища мы наконец смогли сдвинуться с мёртвой точки. Дальше, по словам Аэридана, вернувшегося с разведки, нас, к всеобщему разочарованию, уже никто не поджидал. Энтузиазм команды заметно поугас. Я им тогда намекнул мол надо было не со мной идти, а в Ничейные земли отправляться и охотиться. Ответом мне был дружное — не нуди.

На всякий случай я аккуратно расчленил туши тварей и