Мастер драгоценных артефактов 2 - Александр Майерс

Думал, сделаю ей приятное, но она вдруг расстроилась.

— Я что, опять бесполезной стану? — ведьма надула губы.

— С чего ты взяла? — удивился я.

— Ну… Если машина сама будет работать…

— Не переживай, — успокоил её я. — Твой дар ещё много где пригодится. Это же только начало.

Она кивнула, но в глазах всё ещё стояла тревога.

Странная девушка. Боится стать ненужной. Как будто я её выгоню, если она перестанет заряжать камневарку и другие артефакты.

Я уже собирался садиться на Громилу, когда в деревню вдруг вбежал человек.

— Беда! Беда! О, господин! Хорошо, что вы здесь. Беда! — снова выкрикнул он во всё горло, как будто я до этого не услышал.

— Что случилось? — спросил я.

— Чужаки! Вооружённые! Много! Идут сюда! — тыча пальцем в сторону леса, вопил парень.

Оказалось, люди ходили за грибами. И увидели в лесу отряд — человек пятнадцать, все при оружии. Шли в сторону деревни.

А ещё они схватили одного из грибников.

Вот это плохо. Может, появились друзья тех, кто хотел угнать деревенских женщин в рабство?

Как бы там ни было — надо разобраться.

Я проверил оружие. Меч, наручи, камни в карманах. Всё на месте.

— Гвардейцы, за мной!

Со мной было четверо бойцов. Негусто, но справимся. Подумаешь, пятнадцать каких-то отморозков.

Не успел я отправить коня вперёд, как передо мной встала Катарина.

— Я с вами, — уперев руки в боки, заявила она.

— Уверена?

— Конечно. Вдруг с тобой что-нибудь случится — хоть прикрою.

Я усмехнулся и кивнул.

— Полезной хочешь быть? Ну, пошли. Поможешь.

* * *

Мы нашли их быстро.

Пятнадцать человек в разномастных доспехах и с таким же разным оружием. Дубины, пращи, металла немного. Бандиты, судя по виду. Один тащил за собой связанного селянина.

Я решил, что выслушивать их угрозы или, наоборот, оправдания мне не хочется. Поэтому решил сразу напасть.

— Залп!

Мы с гвардейцами выстрелили по бандитам из наручей. Три бандита упали сразу — штыри в горло, в глаз, в грудь. Ещё один заверещал, словив два снаряда в пах.

Ох, бедняга. Отцом ему теперь не быть, тут без вариантов.

Остальные заорали и бросились на нас. Белогор, который был со мной, быстро метнул два дротика, и оба нашли своё место в лбах бандитов.

Ну каков молодец этот Белогор, прям не нарадуюсь.

Бандиты приблизились, и мы встретили их клинками.

Место для схватки неудобное, конечно. Густой лес, под ногами какие-то коряги, спутанный валежник, да и деревья плотно растут. Но и врагам тоже было неудобно.

Я принял первого на меч. Отвёл удар зачарованием, рубанул в ответ. Клинок распорол противнику живот.

Второй налетел сбоку. Я ушёл за дерево, выстрелил из наруча. Попал в плечо, и бандит с воплем выронил меч.

Рядом дрались гвардейцы. Хитиновые доспехи держали удары, клинки находили цели.

Катарина била из жезла, который я ей одолжил. Молнии летели во врагов, парализуя и поджигая. Она быстро училась.

Бандиты отступали. Нас меньше, но мы сильнее.

И тут я краем глаза увидел что-то.

Движение воздуха. Магия.

Воздушное лезвие летело прямо в Катарину, срезая на ходу и небольшие деревца. И летело оно прямо в голову моей ведьме.

Твою-то мать.

Я не успевал ничего сделать, кроме самой отчаянной вещи.

Клинком оттолкнулся от земли, выдав резкий выброс маны. Кончик меча обломился от перенапряжения, но плевать.

Я закрыл Катарину собой.

Защитные артефакты приняли удар на себя. Вспыхнуло, треснуло, а в спине вспыхнула боль.

Мы упали.

Заклинание прошло сквозь защиту — не полностью, но дошло до кости. Больно, блин.

Но камни уже работали. Целительская магия принялась за дело, останавливая кровь и заглушая боль.

Я поднялся. Гвардейцы сразу прикрыли меня щитами.

— Ваша милость! Вы ранены⁈

— Жить буду, — отмахнулся я.

Катарина смотрела на меня огромными глазами.

— Ты… ты…

— Потом, — оборвал я, ища глазами того, кто выпустил заклятие.

Это оказался какой-то низкорослый придурок. Он держался в тылу, а в руке сжимал артефакт в виде серпа — и по ауре я видел, что через пару минут артефакт будет готов ударить снова.

И тут мы услышали шум. Треск веток, топот ног, крики.

Я повернулся.

Из леса на нас мчались люди. Много людей. Не меньше сотни, а может, и больше.

Вот дерьмо, засада…

Один из бандитов, что ещё стоял на ногах, захохотал.

— Ну что, граф, не ожидал такого? Мы просто время тянули! Не думали, что ты сам сюда явишься. Думали, сначала гвардейцев твоих пощипать, а тут — сразу ты!

Я не ответил. Смотрел на приближающуюся толпу.

— Уходите, господин, — сказал один из гвардейцев. — Мы их задержим.

— А как же вы? Вам жить не хочется? — я посмотрел на него.

— Нам-то хочется, — он криво усмехнулся. — Но если вы умрёте — нам и нашим семьям точно конец. Некому будет оборону устроить. Поэтому берите госпожу ведьму и отступайте.

Я посмотрел на приближающихся врагов. Потом на своих гвардейцев. Четверо против сотни. Это даже не смешно.

Их подвиг, конечно, будут восхвалять долгие годы, но лучше бы мне оставить живых бойцов, а не красивые песни о них.

Потом повернулся к Катарине.

— Слушай, а тебе вообще нравится у меня в имении?

Она уставилась на меня.

— Думаешь, сейчас удачный момент для такого вопроса?

— Почему нет? Ты ведь хочешь купель, в которой вода сама подогревается? Помнишь, я обещал сделать такую специально для тебя?

Катарина закатила глаза.

— И ты именно сейчас решил про неё напомнить? Когда на нас бежит целая орава? Спасибо, Леонид. Теперь я умру, зная, что даже не смогу попробовать это чудо артефактной мысли.

— Если всех их убьёшь — сможешь попробовать, — улыбнулся я.

— Очень смешно. Каким образом я это сделаю?

— Знаешь, мои ребята правы, — серьёзно произнёс я. — Мы с тобой, скорее всего, ещё сможем убежать. Но есть один момент: я не привык бросать своих людей. Поэтому отступать мы не будем. Но и умирать я не собираюсь.

— И?

— Есть один способ победить. Правда, тебе он вряд ли понравится.

На самом деле способов было много. Но этот — самый простой.

Я быстро объяснил Катарина суть. Она слушала, хмурилась, кивала.

— Точно сработает? — спросила она, когда я закончил.

— Сработает. Но тебе не понравится.

— Ничего, потерплю.

— Ну ладно. Мне нужно, чтобы ты меня поцеловала.

Пауза.

— Ты издеваешься? — спросила она, отступая на шаг.

— Может, издеваюсь. А может, и нет. Вдруг я просто перед смертью хочу, чтобы меня поцеловала красивая девушка. Чтобы запомнить поцелуй, а не этих утырков, которые на нас бегут.

Катарина покраснела.