Партизан 1941. Том 1 - Петр Алмазный

Затемно отправились. Рекс ускользнул из лагеря незаметно, и теперь шел параллельным курсом. Кентавр наш работал отлично, я ориентировался в темноте не хуже филина.

Зоя в городском пальтишке поеживалась от холода:

— Скорее бы! Не терпится. У тетушки отогреемся. Чаю целый самовар выпью.

Я вспомнил самовар, с помощью которого мы отправили на тот свет подонка-шантажиста:

— Если не протекает…

Встреча произошла совершенно четко: ЗИС с тентованным кузовом уже ожидал нас в условленном месте, пофыркивал, трясся на холостом ходу.

— Тетя Аня! — взвизгнула от радости Зоя, бросаясь к родственнице.

Женщины обнялись, чуть не прослезились. Меня Анна Петровна тоже приветствовала тепло:

— Здравствуй, Егор. Ну, вот и снова свиделись… Давайте, ребята, быстро в кузов, там ваш плацкарт, — она засмеялась.

Кузов был полон мешками с мукой и крупами, опять же уложенными так, что можно спрятаться.

«Рекс, — просигналил я, — ты готов?»

«Здесь, хозяин».

Я подождал, когда Анна Петровна сядет в кабину. Мотор взревел, водитель со скрежетом воткнул скорость, тронулся с места…

«Рекс!»

И через пару секунд пес влетел через задний борт в не успевший разогнаться грузовик.

Зоя так и ахнула:

— Егор! Это твой Рекс, что ли?

— Теперь наш, — улыбнулся я.

Вскоре Зою сморило. Ежась, стараясь согреться, она задремала. Рекс пристроился к ней, а нормальная температура у собак — порядка 38 градусов… Вот и живая грелка.

Я тоже постепенно задремал. Вынырнул из дремы, не столько чувствами, сколько инстинктом угадав, что подъезжаем к Пскову. Рекс тоже поднял голову. Зоя мирно спала.

Одна мысль на двоих посетила нас с Рексом:

«А что, если контрольный пост?..»

И не успели мы подумать так, как грузовик стал подворачивать вправо, прижимаясь к обочине. Затормозил. И раздался резкий голос:

— Halt! Legen Sie die Dokumente.

Глава 23

Зоя проснулась. Широко распахнула глаза, приоткрыла рот — и я тотчас же закрыл его ладонью, сделав глазами, всем лицом безмолвный знак: молчи!

Она кивнула: поняла. Я отнял руку. Рекс напрягся, как пружина, готовый в любой миг рвануть в бой.

«Тихо, Рекс. Тихо, — передал ему я. — Сейчас главное — тишина».

«Понял, хозяин».

Снаружи щелкнул замок дверцы, и мы услыхали, как Анна Петровна бойко затараторила по-немецки:

— О, Генрих!..

Дальше я не все понял, но суть ясна. Этот Генрих, небольшой чин фельджандармерии, марок за двадцать-тридцать был готов продать фюрера, партию НСДАП и всю Великую Германию. А за сотню вмиг бы снял штаны и позволил совершить с собой акт мужеложства.

Анна Петровна, как я понял, договорилась с ним за тридцатку. Туманно намекнула на то, что часть этих мешков с бакалеей — «неучтенка», которую она намерена реализовать на рынке через подставных лиц.

Генрих отнесся к этому с глубоким пониманием. Похоже, что по его мнению, коррупция, то бишь воровство у государства, будучи на государственной службе — безусловный признак ума. Кто так не делает, тот дурак. Вообще, ум — это умение набить карманы. Мировоззрение Генриха твердо покоилось на данном фундаменте.

Получив свои тридцать оккупационных рейхсмарок и уверение в том, что ему и дальше будет перепадать от спекуляций сотрудницы управы, жандарм отпустил нас. Грузовик, взревев, покатил дальше.

Мы с Рексом обменялись взглядами и мыслью:

«Пронесло!»

Зоя от пережитого нервно зевнула, прикрывая рот. Улыбнулась:

— Ну, скоро дома будем…

Но тут же омрачилась:

— Одно меня тревожит.

— Да?

Она пугливо и таинственно понизила голос:

— Мертвец. Ну, тот самый в подполе. Помнишь?

— Еще бы не помнить. Я же его мертвецом и сделал. Туда и дорога выродку.

— Так-то оно так. Но я-то про другое. Я как представлю, что он там, а подвале…

— Что за вздор! — сердито оборвал я. — Да его уж там нет давным-давно. Ты соображаешь, что говоришь?

Зоя поежилась:

— Нет-то нет. А дух его…

«Хозяин, — вмешался Рекс, — я ничего не понимаю. Какой подвал? Какой мертвец? Какой дух?»

«Не думай, Рекс. Не забивай голову. Это все бабья чушь».

«Бабы — дуры?»

«Нет, — я поспешил исправиться, решив, что могу неправильно сориентировать пса. — Но странные».

А Зоя горячо зашептала:

— Я боюсь, что дух его там остался. Понимаешь? Вдруг он…

— Зоя, — сердито перебил я. — Ты комсомолка?

— Ну да, — смущенно сказала она.

— Так что ты несешь? Ты вообще сама себя слышишь?

Девушке явно было стыдно. Но глубинные внутренние страхи были сильнее марксизма и его составляющих.

— Я стараюсь, — честно призналась она. — Изо всех сил стараюсь. С собой борюсь. Но… — она вздохнула.

— И дальше борись, — велел я. — А кроме того, с тобой мы. Я и Рекс. С нами ничего не бойся.

В самом деле странны изгибы женской души. От этих слов Зоя заметно приободрилась. Вот что ей мы с Рексом?.. А она ощутила нашу поддержку с моих слов. Ну, это и хорошо.

По разбитым мостовым, немилосердно трясясь на выбоинах и ухабах, доехали, наконец. Я почувствовал, что машина свернула в подворотню, осторожно проползла по узкому пространству, наполнив его гулким эхом, въехала во двор. Тут Анна Петровна выскочила из кабины, стала руководить действиями шофера:

— Коля, сейчас влево поверни, потом руль вправо, и сдавай назад. Очень аккуратно. Давай, давай… стоп!

Осторожно отодвинув брезент заднего борта, я увидел, что мы почти вплотную подъехали к деревянному сараю. Здесь и предстояло выгружаться.

Мотор ЗИСа умолк, а через несколько секунд водитель Коля загремел засовами заднего борта.

«Ну, Рекс, сейчас удивим хозяйку…»

«Нам надо стать ей полезными,» — рассудительно отыграл пес, и я вновь должен был похвалить его за работу над собой. Положительно, мышление Рекса набирало обороты.

«Надо стать, надо стать…» — успел подумать я, но тут борт опустился, Анна Петровна заглянула в кузов. И первое, что увидела — довольная физиономия Рекса. Он разумно решил, что начать знакомство надо с хорошего впечатления.

Зотова так и ахнула:

— О, Господи! Это что за чудо⁈

Услыхав такое, заглянул в кузов и Коля. От изумления высказался длинным матерным загибом.

Анна Петровна строго заявила:

— Николай, у нас от твоих слов уши вянут, — имея в виду себя и Зою.

— Так Анна Петровна! Это от неожиданности. Откуда эта песья морда взялась⁈

Рекс усердно замахал хвостом, продолжая формировать имидж:

«Хозяин,