Материя. Том 2 - Константин Сергеевич Соловьев

– Великолепно! – Герр Вайцзеккер сверкнул зубами, будучи, вероятно, уверен в том, что сразил скуповатого лавочника наповал своей щедростью. – Вы будете отправлять свои донесения раз в неделю, по четвергам, на адрес табачной лавки в Айронглоу, вот здесь, на листке, я записал адрес. Знаете почтовые открытки, на которых изображена девушка в болленхуте[69] с кувшином молока?.. Пишите только на них. Я буду проверять ваши отчеты и, если нужно, запрашивать уточнения. Излагайте все. Всю подноготную этих жалких чудес! Все, что сочтете нужным. По рукам?

Лэйд усмехнулся, не проявляя желания протягивать руку, но герр Вайцзеккер, кажется, ее и не ждал. Пребывая в прекрасном настроении, даже немного насвистывая, он поднялся, оправляя на себе костюм, пребывая в полной уверенности, что только что произвел легчайшую в жизни вербовку. Пожалуй, лучше не разочаровывать его на этот счет до поры до времени, подумал Лэйд, радушно провожая его до порога кабинета. Иначе в самом деле начнет палить из пистолета, а Сэнди это сейчас совсем ни к чему…

– До свидания, господин Лайвстоун! Lebewohl!

Когда он наконец вышел, Лэйд ощутил себя так, словно провел последние полчаса на фабрике Коппертауна, таская на спине неподъемные стальные слитки.

– Самоуверенный гунн! – пробормотал он с досадой, откидываясь в кресле. – Знаю я эту породу… Железные лбы! Они так решительно вторгаются в неизведанные края наперевес с пулеметом, походной чернильницей и патентованным зонтом, что даже не понимают всей дерзости задуманного, а потом…

– …расшибают свои железные лбы о стену, – саркастично заметил кто-то из-за спины. – Мы видели уже сотню таких, не правда ли, старина?

Лэйд ощутил острые ледяные коготки, впивающиеся в позвоночник, – словно по его спине ползла вверх огромная ящерица. Он медленно, очень медленно повернул голову в сторону кушетки. И отчего-то почти не удивился, обнаружив человека, невозмутимо восседающего на ней.

Это был тот самый полный джентльмен, призрак которого уже заявлялся в гостиную раньше. Только сейчас он не выглядел растерянным, скорее – смущенно улыбающимся. Как улыбается всякий воспитанный джентльмен, обнаруживший себя в непривычной и стесненной обстановке, но верный своим манерам.

Лэйд сам не заметил, как распахнул верхний ящик письменного стола.

– Кто вы такой? – рявкнул он. – Как вы сюда попали?

Полный джентльмен вздохнул, оправляя жилет, так, словно стряхивал с него крошки. Знакомая манера, машинально отметил Лэйд, он где-то видел такую. Да и лицо, как ни крути, было смутно знакомым. Немного одутловатое, утратившее тот здоровый цвет, что дарит нам молодость, но все еще вполне энергичное. Волосы на макушке опасно поредели, однако бакенбарды все еще были густы, как кусты ежевики в Кенте, они придавали джентльмену немного насупленный вид. Пожалуй, он выглядел бы даже представительно, если бы только сменил старый пиджак, порядком засаленный на локтях, и сбросил фунтов шестьдесят[70]. Да и взгляд у него был располагающий – спокойный, уверенный, однако с хитринкой.

Джентльмен немного пожевал губами.

– Ох, старина, – пробормотал он, – хотел бы я сам знать ответ на второй вопрос. Что до первого, здесь-то как раз все просто.

Он поднял правую руку перед собой, как это делают полинезийцы, обмениваясь приветствиями, и сделалось видно, что у него нет мизинца.

Лэйд внезапно ощутил, как заныл его собственный обрубок пальца.

– Чтоб тебя! – только и смог выдавить он.

Глава 2

Пришелец, невозмутимо сидящий на кушетке, понимающе кивнул. Он выглядел немного сконфуженным, словно совершил какой-то предосудительный поступок, и явно не ощущал себя на своем месте.

– Весьма затруднительная ситуация, – согласился он. – Только будьте добры, не спрашивайте у меня совета, старина, я сам оказался в такой ситуации впервые.

Он не пытался напасть, даже выставил перед собой пухлые ладони в нарочито миролюбивом жесте, подчеркивая, что не вооружен. Лэйд обвел его пристальным взглядом – от поредевшей макушки до носков стоптанных сапог. И, по правде сказать, не испытал от этого ровным счетом никакого удовольствия. Даже напротив. Разглядывая себя без помощи зеркал и прочих сложных оптических устройств, он вынужден был признать, что мистер Флэнаган, парикмахер с Хейвуд-стрит, который раз в месяц брал с него шесть пенни за стрижку и бритье, утверждая, что мистер Лайвстоун выглядит самое большее на сорок пять и очень походит на Хайдена Коффина[71], особенно в профиль, по меньшей мере пенни берет не за свои услуги, а за грубую лесть. Предательски пополневшие щеки, налившийся тяжестью подбородок… Что ж, шестьдесят лет – почтенный возраст, и тысячу раз глуп тот, кто пытается замаскировать его при помощи пудры, накладных волос и прочих ухищрений. Но черт подери, он никогда бы в жизни не подумал, что у него такой покатый лоб! А уж эта глупая манера играть бровями… Где он ее подсмотрел?

– Какой-то фокус Левиафана, без сомнения, – пробормотал двойник удрученным тоном. – Забавно, я считал себя специалистом по всем Его делишкам, но этот номер мне внове…

Лэйд вперил в двойника тяжелый взгляд.

– Кто ты такой? – резко спросил он.

Двойник кашлянул в ладонь. На его полных губах застыла невеселая усмешка.

– Вопрос с подвохом, а? Последние двадцать пять лет я представлялся Лэйдом Лайвстоуном и, пожалуй, это сделалось привычкой. Однако… Что ж, я достаточно рассудителен, чтобы понимать – два Лэйда Лайвстоуна никак не могут существовать в одном пространстве, более того, в одной комнате. Настоящим может быть только один из них. Я бы хотел утешиться тем, что настоящий – именно я, однако… Боюсь, я лишен возможности побороться с вами за право первородства, учитывая мою… кхм… нематериальную природу.

Последнее было совершенно справедливо. Несмотря на то, что вторгшийся в его кабинет двойник имел несомненное и пугающее сходство с Лэйдом Лайвстоуном, он все еще оставался полупрозрачным существом, чья плоть напоминала не то свежевыстиранную кисею, не то табачный дым. Казалось, стоит в кабинет ворваться сквозняку, несчастный призрак растает без следа.

Чтобы проверить это, двойник попытался взять лежавший на кушетке блокнот и почти тотчас издал разочарованный вздох, когда его рука провалилась сквозь него.

– Да, я определенно призрак, – сконфуженно пробормотал он, – вот так дела, а?

Кажется, он не опасен, подумал Лэйд. По крайней мере, не норовит наброситься и даже связно изъясняется. Но это еще ни о чем не говорит, конечно. Существо, имеющее добрые намерения, не станет заявляться без приглашения, мало того, без спросу перенимать чужой облик. Самозванцы никогда не сулят ничего хорошего.

– Ты – дубликат? – настороженно спросил Лэйд. – Моя копия?

Двойник беспомощно развел полупрозрачными руками.

– В некотором смысле. Самому неприятно об этом думать в таком ключе, но объективная реальность – жестокая штука. Судя по всему, я создан островом на пустом месте, при этом за образец для слепка он по какой-то причине взял вас. Ваш характер, ваши воспоминания, ваши помыслы…

– И у тебя нет злых намерений?

– При всем желании, сэр. Я бы не смог раздавить и сверчка.

– У тебя нет цели претендовать на мое имя и личность?

Двойник ответил ему невеселой усмешкой.

– Я скроен по образу и подобию Лэйда Лайвстоуна, а уж его, смею заверить, никто в Хукахука