Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

Да, все было именно так, как я и говорил.

Закон и договор были полностью на моей стороне. Значит, нужно было действовать официально. Завтра же первым делом, как приду на работу, загляну в юридический отдел нашей больницы. У нас там работали очень толковые ребята, молодые, но уже довольно зубастые юристы.

Может, они помогут мне составить грамотную досудебную претензию этому Прохору Захаровичу. Или, на худой конец, просто подскажут, как лучше поступить в этой ситуации, чтобы и деньги вернуть, и нервы себе не слишком сильно потрепать.

А еще нужно было обязательно разобраться с этой парочкой «доброжелателей» — Волковым и Сычевым.

Раз уж Кристина меня так вовремя предупредила, и я теперь точно знал, что все эти мои недавние проблемы с Гильдией Целителей — это не случайность, а их хорошо спланированная интрига.

Значит, и заявление Марины Ветровой на очной ставке, как я и думал — тоже не ее собственная инициатива. Ее либо очень сильно запугали, либо чем-то подкупили, либо как-то еще хитро обработали, сыграв на ее материнских чувствах и страхе за сына.

Нужно было обязательно выяснить, что там произошло на самом деле. И как они смогли заставить ее пойти на такую откровенную подлость. Скорее всего, как я и предполагал, в этом деле были замешаны редкие лекарства для Сеньки, денег на которые у простой семьи Ветровых просто не могло быть.

Интересно, о чем именно они там договорились с Волковым? И какую цену Марина заплатила за эту его так называемую помощь? Вопросов было гораздо больше, чем ответов. И на них нужно было найти ответы. Как можно скорее. Потому что оставлять это просто так я не собирался.

С этими не слишком веселыми мыслями я и лег спать. Точнее, попытался уснуть. Но сон никак не шел. В голове одна за другой крутились различные схемы «воспитания» Прохора Захаровича, осмотр Сеньки Ветрова и планы по разоблачению коварных интриг Волкова и Сычева.

К счастью, Вероника, видимо, тоже очень устала за свой суматошный день на скорой. Она прислала мне только короткое сообщение с пожеланием спокойной ночи и свою сонную, немного растрепанную, но от этого не менее очаровательную фотографию в пижамке с котятами.

Я улыбнулся и отправил ей ответное «сладких снов». Можно было хоть немного выспаться, не отвлекаясь на ночные переписки и пикантные фотосессии, которые, чего уж греха таить, порядком выматывали.

Утро следующего дня началось для меня, как обычно, с зарядки и завтрака. Сегодня это были остатки вчерашнего борща от Вероники — снова вкусно, сытно и, главное, готовить ничего не надо!

После завтрака я собрался и отправился на работу. Настроение было решительное и боевое.

Сегодня я должен был не только выполнять свои обычные обязанности в хирургическом отделении, но и начать реализацию своих далеко идущих планов по восстановлению справедливости.

Поход на работу прошел без особых приключений — обычная тряска на захудалом автобусе. Девочки на стойке регистрации в главном холле больницы — Машенька и Леночка — снова одарили меня своими ослепительными улыбками и пожеланиями «продуктивного дня и поменьше тяжелых пациентов».

Я уже почти привык к их повышенному вниманию и даже начал находить в этом определенную прелесть. Народу, правда, в холле было непривычно много.

В лифте Фырка снова не оказалось. Но нет, долго скучать мне не пришлось. Едва я переступил порог хирургического отделения, как на моем плече тут же материализовался знакомый серебристый комок меха.

— Ну что, двуногий, не ожидал? — Фырк уселся поудобнее и с довольным видом огляделся по сторонам. — А я вот он, тут как тут! Свеженький, бодренький, готовый к новым подвигам и разоблачениям! А ты, я смотрю, опять всю ночь не спал? Мешки под глазами — как у панды, которую заставили всю ночь бамбук пересчитывать! Небось, опять о судьбах Империи думал?

— Ты где была, нечисть пушистая? — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно строже, хотя в душе был даже рад его появлению. — Почему опять исчез без предупреждения? Я уж думал, ты на меня окончательно обиделся и улетел на свою Альфа Центавру к бурундукам-предсказателям.

Фырк только отмахнулся своей крошечной лапкой.

— Да брось ты, двуногий! Какие обиды? Просто… дела были. Неотложные. А то, что ты меня не слышал… так это все эти твои дурацкие кандалы виноваты! Они же твою «Искру» блокируют, вот наша с тобой астральная сим-карта и барахлит! Помехи на линии, понимаешь?

— Ну-ну, — я скептически хмыкнул. — Очень удобное объяснение. Ладно, потом с тобой разберусь.

В ординаторской, к моему удивлению, никого не оказалось. Шаповалов, видимо, еще не соизволил явиться, а хомяки… без понятия где были хомяки!

Отлично. У меня было немного времени, чтобы спокойно поговорить с Фырком и, возможно, вытянуть из него хоть какую-то полезную информацию.

Я сел за один из свободных компьютеров, включил его и, пока система загружалась, повернулся к своему фамильяру. Специально сел так, чтобы видеть его мордочку и следить за его реакцией.

— Слушай, Фырк, — начал я издалека, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более невинно и доверительно. — А тебе случайно не знакомо имя… Эллиндар? Или, может, ты слышал что-нибудь о так называемых «Хранителях Жизни»?

Фырк на мгновение замер, потом как-то слишком уж спокойно пожал своими крошечными плечиками.

— Эллиндар? Хранители Жизни? — он задумчиво почесал за ухом. — Не-а, не слышал. Впервые от тебя такие странные слова слышу, двуногий. А что это за… э-э-э… персонажи такие? Из какой-нибудь твоей очередной книжки про эльфов и гномов?

Он говорил спокойно, даже слишком спокойно. Но я заметил, как его серебристая шерстка на загривке едва заметно встала дыбом. И это было очень даже заметно, если знать, куда смотреть.

Ага, значит, все-таки слышал. И это имя ему очень даже знакомо. Просто не хочет признаваться.

— Да так, Фырк, ничего особенного, — я сделал вид, что поверил ему. — Просто наткнулся на одно любопытное упоминание в старом фолианте. Думал, может, ты что-нибудь знаешь. Ну, раз не знаешь, так не знаешь. А вот что касается нашей с тобой связи… Пойми, Фырк, если мы с тобой разберемся, что именно ее блокирует или ослабляет, я, возможно, смогу что-то с этим сделать. И тогда ты, может быть, сможешь покидать пределы этой больницы на более длительное время. Разве тебе самому этого не хочется?

— А с чего ты взял, что мне этого хочется, двуногий? —