Инструкция по применению - Илья Соломенный

Мортаз замер. Его рука с кристаллом остановилась в пальце от лба Астрид. Глаза ящера сузились, хвост дёрнулся и замер в напряжённой неподвижности. Взгляд метнулся к потолку, к лестнице, ведущей наверх.

— Кто-то… Кто-то ворвался в дом!

Глава 23

Слабоумие и отвага

«В старые времена, когда Орден был не так силён, а ваятели могли делать почти всё, что хотели, существовало неписаное правило: не создавай голема, который умнее тебя. Ибо умное творение рано или поздно поймёт, что оно превосходит своего хозяина. И тогда либо хозяин начнёт учиться, либо творение начнёт искать нового. Говорят, что самые мудрые ваятели специально создавали големов умнее себя, чтобы те учили их. Говорят, что эти ваятели стали величайшими мастерами в истории. Говорят также, что ни один из них не умер своей смертью. Потому что, когда ученик превосходит учителя, учитель становится либо легендой, либо жертвой. И никто не знает, что лучше».

— Из запрещённого сборника «Старые инструкции», книга вторая, глава «О мудрости».

Дождь всё лил и лил, пока я добрался до подвала, где оставил Астрид. Холодные струи хлестали по металлическому корпусу, сбегая по броневым пластинам, но я не обращал на них внимания.

А когда добрался до нужного места, это и вовсе стало неважно — я лишь мысленно выругался, заставив Склиз собраться в небольшой комок на плече.

Решётка подвального окна была выломана!

Не просто отогнута — вырвана с мясом, вместе с кусками каменной кладки, которые так и валялись на мокрой брусчатке.

А рядом с проломом лежали двое.

Вороноголовые — я уже видел таких в городе. Их клювы были раскрыты в беззвучном крике, остекленевшие птичьи глаза смотрели в серое небо, а перья на груди пропитались кровью. Одному вырвали горло — глубокая рваная рана, будто от огромных когтей. У второго и вовсе была оторвана когтистая рука, а голова была размозжена… Я видел, как чёрные перья перемешались с осколками черепа и чем-то ещё, что лучше было не рассматривать.

— Склиз, — позвал я своего студенистого друга, — Ты чувствуешь Астрид? Она в подвале?

Ответ я уже знал, но не спросить не мог…

— Там никого нет, Вик, — мысленно прошептал он, — Нету, как в пустоте, когда голодный, знаешь?

Я знал, что это бессмысленно, но всё же шагнул вперёд, переступая через тело вороноголового, и опустился в тёмный проём. Ноги коснулись каменного пола, чавкнув в грязи, и я замер, оглядывая помещение. И радость от того, что в темноте я теперь видел как кошка, исчезла быстро и окончательно.

Здесь никого не было.

Значит, он всё-таки нашёл её… Несмотря на мои уловки, на петляния по трущобам — он нашёл её. И скорее всего, утащил обратно в свою мастерскую.

Я выпрямился, чувствуя, как внутри меня разливается холод. Не физический, конечно, а тот, который захлёстывает когда ощущаешь страх или ярость.

— Вик, — голос Склиза снова прорезался сквозь мои мысли, — Ты злой! Не надо злиться, я боюсь злых! Один раз я нарвался на злую крысу, она меня покусала! У тебя рта нет, но кусаться всё равно не надо!

— Не бойся, Склиз, — ответил я, — Я злюсь не на тебя.

— А кусаться будешь?

— Так нечем, ты сам сказал.

— А почему ты злишься? На кого?

— На Мортаза.

— Я его не знаю.

— Ты называешь его «хозяин».

— Уууу! Склиз на него тоже зол! Хоть и боится, но всё равно зол! А где Астрид?

— У «хозяина»… И…

— И ты хочешь туда вернуться⁈

В голосе студня был неподдельный ужас — как-то подозрительно быстро он просёк мысль, мелькнувшую у меня в сознании.

— Сейчас решим…

Я выбрался из подвала, и дождь снова обрушился на меня. Стоя под открытым небом, я попытался собрать мысли в кучу, отбросив панику и страх. Они были — я чувствовал их, но не мог позволить им взять верх.

Не сейчас.

Итак, что я имел?

Первое: Мортаз смог меня найти. Несмотря на то что я спрятал его браслет, — он меня нашёл. Значит, у ваятеля есть какой-то другой способ отслеживания. И я не знал, как он работает, и как его обойти. Хотя… Он мог найти не меня, а Астрид, и это бы многое объяснило, но…

Зачем ему девчонка? Это как-то связано с тем, что она пробралась к нему в мастерскую той ночью, когда я сбежал? Возможно, возможно… Вот только это сейчас не слишком важно — как ни крути, а после всех фраз и слов Мортаза я точно знал, что тоже нужен ему.

До фанатичного, сука, блеска в глазах нужен…

Это означало, что оставаться в Хайнцбурге — смертельно опасно. С каждой минутой хвостатый мог вычислить моё новое местоположение. Я успел помешать ему сделать что-то со мной с помощью нового браслета, но… В следующий раз он может напасть неожиданно. Или подготовить новую ловушку. А у меня осталось чуть больше половины заряда кристалла… И новых взять неоткуда.

Так, ладно, это сейчас неважно.

Второе: у меня был план побега — и не один. Астрид говорила о каком-то человеке, который возит товары из порта на юг. Он должен был помочь мне покинуть Хайнцбург, но я не знал его имени, не знал, как его найти, не знал, как с ним договориться — а ведь мы ему так и не заплатили. Астрид была моим единственным каналом связи с этим «извозчиком», и без неё план просто не работал.

Имелся, конечно, и запасной план — лодка в порту, но он был куда как опаснее, и являлся, скорее, шагом отчаяния. Настолько ли я отчаялся, чтобы рвануть сейчас туда и попробовать удрать на лодке?

Ладно, это оставим про запас, как и раньше…

Третье: Астрид была нужна мне — как человек, который мог выдать себя за моего хозяина. Самостоятельный голем без документов — это приглашение для проблем. Стражники, Орден, любой ваятель, который решит, что я представляю ценность — меня бы явно остановили, обыскали, обездвижили, и разобрали на запчасти.

А вот голем с хозяином — это совсем другое дело. Никто не смотрит на голема, который идёт рядом с человеком. Он как тень — она есть, но никто не обращает внимания. И я мог стать такой тенью, но только