Великий Кузнец - 8 - Анри Олл

ремнями. В другой руке он сжимал деревянный щит: круглый, сколоченный из нескольких досок и обтянутый шкурой какого-то животного, с намалёванным на нём примитивным символом в виде спирали, обведённой кругом. Его тело было чуть более мускулистым, чем у сородичей, а на голове красовался кожаный шлем с нашитыми на него костяными пластинами, защищавшими макушку и затылок.

Второй воин, стоявший рядом с ним, был вооружён длинным копьём. Наконечник его был сделан не из камня, как у большинства кобольдов, а из бронзы: видимо, трофей, снятый с какого-то незадачливого авантюриста или путешественника. Древко копья было украшено несколькими кольцами из перьев и одной засушенной лапкой летучей мыши, висевшей на кожаном шнурке. Сам кобольд был чуть выше первого, более поджарый и жилистый, и его движения выдавали в нём опытного охотника. На его левом предплечье висел наруч из костяных пластин, а грудь прикрывала накидка из шкуры гигантской многоножки: её хитиновые сегменты блестели в свете грибов, создавая иллюзию, будто она всё ещё живая и шевелится.

Третий и четвёртый воины держались чуть позади, и в их лапах я увидел пращи: простые, сделанные из полосок кожи, с расширением посередине для камня. У каждого на поясе висело по небольшому мешочку, набитому округлыми камнями. Их экипировка была самой лёгкой: только набедренные повязки и несколько амулетов на шее. Но именно они представляли для нас наибольшую угрозу на расстоянии, и я знал, что опытный пращник может метнуть камень с такой силой и точностью, что пробьёт незащищённую голову или сломает ребро даже под кольчугой.

Остальных, видимо, не стоило ждать. Я быстро пересчитал вышедших и понял, что больше кобольдов, скорее всего, не будет. Те, что пытались сбежать после моего огненного смерча, либо погибли в пламени, либо были слишком травмированы и прижаты обрушившимися камнями, либо просто дезертировали, решив, что связываться с нами себе дороже. Второй «крысы»-переростка, тоже не было: это сильно утешало, учитывая недавний наш опыт. Но даже впятером они представляли серьёзную угрозу, особенно с учётом того, что их шаман явно был сильным магом и мы не знали, как «Кровь Богов» повлияла на их способности.

Тем временем, я исчерпал почти всю свою ману. Магический импульс, которым я обрушил сталактит на «крысу», выжал меня практически досуха, пускай я и успел изрядно потратиться ещё до этого. Я чувствовал это по тому, как болели виски, как перед глазами плавали тёмные пятна, а дыхание было тяжёлым и прерывистым. Кольчуга на моей груди, которая обычно служила для меня резервуаром маны, была пуста. Я понимал, что в таком состоянии я не смогу колдовать, не смогу использовать свои магические перстни и уж тем более не смогу биться в ближнем бою. Мне нужно было время, чтобы восстановиться. Время, которого у меня не было.

Но, к счастью, у меня были мои товарищи.

— Прикройте меня! — крикнул я, отступая на пару шагов назад и укрываясь за крупным сталагмитом.

И пока дело было за моими товарищами впереди меня: полуорком с топором и башенным щитом, ящером с копьём и щитом и Сергеем с полуржавым ножом и небольшим деревянным щитом кобольдов. Они тут же выдвинулись вперёд, перекрывая проход между сталагмитами и заслоняя меня от вражеских атак. Ург Варг встал в центре, выставив перед собой свой огромный прямоугольный стальной щит. Его топор покоился на правом плече, готовый в любой момент обрушиться на голову врага. Гракх занял позицию слева от него, держа своё копьё наготове и прикрывая фланг своим круглым щитом. А Сергей, припав на полусогнутые ноги и нервно помахивая хвостом, встал справа, выставив вперёд трофейный кобольдский щит и сжимая в другой руке их ржавый нож.

Я же, укрывшись за сталагмитом, быстро сбросил с плеча свою сумку и, порывшись в ней, достал все два из оставшихся у меня зелий, что я взял с собой для проведения раскопок. Я не планировал участвовать в затяжном бою, и эти зелья были скорее на случай непредвиденных обстоятельств, но теперь они и мои товарищи впереди были моей единственной надеждой.

Первое зелье было сильным зельем восстановления маны. Его легко можно было распознать по характерному мутному, болотистому цвету с синими прожилками, которые, казалось, медленно перетекали внутри стеклянного флакона, словно живые. Жидкость была густой и вязкой, и на дне флакона осел небольшой слой осадка из каких-то трав. Второе было слабым зельем восстановления маны: прозрачное, голубое, с лёгким запахом мяты и чего-то цветочного. Все их сварила для меня Аня с учащейся у неё всему Скарлетт.

Я тут же откупорил первый флакон, поднёс его к губам и одним глотком осушил содержимое. Вкус был отвратительным: горьким, землистым, с каким-то металлическим привкусом, от которого сводило челюсти. Но я заставил себя проглотить эту гадость, чувствуя, как холодная жидкость растекается по горлу и падает в желудок. Вскоре я ощутил небольшой прилив сил. Магия начала возвращаться: сначала медленно, тонким ручейком, а затем всё быстрее и быстрее. Боль в висках начала отступать, тёмные пятна перед глазами исчезли, а дыхание стало более ровным и спокойным. Я почувствовал, как моя кольчуга снова начала наполняться маной, пусть и катастрофически медленно, черпая из меня же любые лишние крохи от зелья. Не теряя ни секунды, я откупорил второе зелье и так же быстро выпил его. Оно было гораздо приятнее на вкус: прохладное, чуть сладковатое, с мятным послевкусием, и его эффект, хоть и более слабый, дополнил действие первого, а также размазывал себя на крайне большой промежуток времени. Теперь мана постепенно наполняла меня, и я чувствовал, как мои магические каналы, истощённые и перенапряжённые, снова наполняются энергией.

Естественно, враги не стали ждать, пока я восстановлюсь.

Сам шаман, взойдя на ближайший камень, поднял посох и начал тарахтеть над каким-то своим заклинанием. Двое кобольдов-пращников, стоявшие позади, тут же начали действовать. Они достали из своих мешочков по увесистому округлому камню, вложили их в кожаные ложа своих пращей и начали раскручивать их над головой. Их движения были быстрыми и сноровистыми, выдававшими годы тренировок. Пращи рассекали воздух с характерным свистом: низким, вибрирующим, постепенно переходящим в высокий, почти комариный писк, когда скорость вращения достигала своего пика. И затем, практически одновременно, они метнули свои снаряды.

Камни, сорвавшиеся с пращей, полетели в нашу сторону с огромной скоростью. Два тёмных пятна, стремительно приближающихся к Ург Варгу, который стоял впереди, прикрывая нас всех. Их свист перешёл в короткий, резкий визг, и в следующую секунду раздались два глухих удара: БУМ! БУМ!

Ург Варг принял эти бесполезные камешки