Тихий шаг - Надя Сова

– Люк открой с той стороны, – приказал Захар.

Вода поднялась уже до пояса.

– Ой, это надо домового просить, – жалобно затараторил бесенок. – Он же в доме хозяйничает, а я так, по воде только. Случайно сюда заплыл.

– Так попроси! – не выдержал Захар.

По его прикидкам, близка была та минута, когда вода Соне будет по грудь.

– Не нервничай так, хозяин, сейчас договоримся. – Снова послышался плеск, и анчутка куда-то пропал.

– Слушаются тебя, – отметил Старх.

Захар ничего не сказал, он ждал, когда сверху наконец откроется люк.

– Соня. – Захар посмотрел на нее в темноте. – Мы тебя подсадим, ты вытолкнешь люк, справишься?

Судя по движению воды, Соня подошла ближе, нащупала руку Захара.

– Долго он уламывает домового, – заметил Старх.

– Они дерутся, – буднично сообщил Захар. – Давайте уже быстрее!

Вода поднялась по грудь. Соня стояла рядом, тяжело дыша. Наконец-то послышалось шуршание, и маленькие ножки затопали где-то над головой. Задвижка покинула паз, и все стихло.

Подхватить Соню в воде было несложно. Она вцепилась в Старха, села им с Захаром на плечи и постаралась вытолкнуть тяжелый люк. С первого раза не получилось, на нем сверху будто бы что-то стояло.

– Давай еще раз! – сказал Захар.

Вода уже приближалась к горлу.

Он почувствовал, как Соня напряглась, чуть ли не вставая им на плечи, как постепенно приподнялся люк. Что-то тяжело упало рядом, и Соня вылетела вверх, еле удержав равновесие.

– Держу, – подхватил Старх.

Оказавшись наверху, Соня нашла лестницу и быстро спустила ее в погреб. Выбравшись, Захар посмотрел на то, что упало. Рядом лежало абсолютно иссушенное тело женщины.

– Это мама Алины, – сказал Старх и добавил: – Когда-то была.

– Бешеная бабка, – прокомментировал Захар.

– Вы такие шумные! – с упреком подметила Анна Христофоровна.

Она стояла в другом конце коридора, скрестив на груди руки.

– Бешеная бабка, – передразнила она, – тоже мне жених, никакого уважения к родне невесты.

– Что с Алиной? – Захар ринулся на бабку, но уперся в невидимую стену.

– Нечисти хода нет. – Анна Христофоровна показала на знаки на стене. – Я же сказала, что ты не человек, мальчик, а с нечистью мы общаться умеем.

Захар ударил по невидимой стене, дом содрогнулся.

– Ух, какой злой. – Анна Христофоровна кокетливо повела плечом. – Только это тебе не поможет. Себя не переделаешь.

Захар отступил, наткнулся спиной на вторую прозрачную стену. С другой стороны Андрей-с-приветом дорисовывал последний знак.

– Вот так легко поймать жучка в коробочку! – радостно проговорил Андрей и обернулся к Соне со Стархом.

– Этих можешь убить, – сказала бабка и ушла куда-то за угол.

– Нет! – крикнул Захар и снова ударил по стене. Дом опять содрогнулся.

– Ты смотри, – бросил ему через плечо Андрей-с-приветом, – рухнут перекрытия, сам не выберешься и никого не достанешь.

– Не смей их трогать! – заорал Захар.

– Так вот как они тебя слушаются. – Чудовище понимающе кивнуло и двинулось в сторону Сони.

Ему стоило раз махнуть рукой, чтобы Старх, разбивая головой окно, вылетел на улицу. Соня в ужасе вжалась в стену, дрожащей рукой снимая наушники.

Мир погрузился в вакуум. Сквозь него слышно было, как Андрей что-то вкрадчиво говорит, отвоевывая у Сони шаг за шагом.

Захар снова ударил в стену.

– Я человек! – Стена не поддавалась. – Пока ты в это веришь, ты человек.

Он видел, как Андрей приблизился к Соне вплотную. Он так же смотрел тогда на Лану, так же двигался. Он собирался сделать то же самое.

Захар заорал. На улице стало очень темно, дом заволокли тени, они смели и поглотили сухое безжизненное тело и вцепились в Андрея. Тот шарахнулся в ужасе, закричал, оступился и упал в погреб, наполненный водой. Соня кинулась к люку и быстро захлопнула его, вернув на место задвижку.

Крики прекратились быстро.

– Я рожден нечеловеком. – Захар смотрел на испуганную Соню. – Среди нормальных я чужой, среди отбитых тоже. Вечно не такой, вечно и там, и там. Дуален.

– Захар, ты хороший человек, не забывай это, пожалуйста.

Соня подошла ближе и нарушила рисунок. Стены пропали.

– И с каждым разом я все меньше человек, – горько заметил Захар.

Соня коснулась его плеча и покачала головой.

– Я проверю, как Старх, а ты разберись с бабкой, – сказала она. – Скорми ее своей нечисти.

Захар улыбнулся.

В доме было тихо. Где-то в погребе журчала вода, скребся обиженный домовой. Тишина нарушалась чужими звуками. Захар прислонился головой к стене, пытаясь унять тот хаос, что бушевал внутри.

Подменный. Рожденный нечистой силой, выращенный людьми. Он все равно не понимал, почему его считали чудовищем. Тот же Андрей оказался на деле куда более страшной тварью, даже нечисть от него шарахалась.

В глубине дома раздался кашель. Захар без труда узнал Алину. Чем ее опаивала бабка?

Он медленно двинулся в ту сторону, не переживая, что его услышат. Он всю жизнь ходил тихо и делал все тихо. Вот и ответ.

Так повелось, что человек живет со звуком, а нечисть ходит тихо. Он был нечистью с самого начала. Нечистью, которая так долго прожила среди людей, что влюбилась. Расскажешь кому, не поверят, скажут, что нечисть мертвая, она не может любить, у нее даже нет предрасположенности к любви. Это всё инстинкты. Любви учат люди. Люди, которые сами не умеют любить и хотят лишь поглощать чужое. Так кто тут истинная нечисть?

– Мертвяков притягиваешь, Захар, – ворчливо подметил домовой, хоть его самого парень и не увидел. – Липнет к тебе всё, кроме людей.

– Люди, оказывается, тоже. – Захар вспомнил взгляд Сони перед тем, как она вышла из дома за Стархом.

В том взгляде не было страха, скорее принятие Захара и его подлинной сути. Принятие и поддержка. Соня понимала его.

Дверь в комнату, откуда доносился кашель, была закрыта. Захар потянул ее на себя и бесшумно открыл.

На кровати сидела бабушка и держала внучку на руках. Когда Захар вошел, она удивленно подняла на него глаза. Обманчиво теплый взгляд резко стал холодным.

– Сажа на людском роде, – процедила она. – Как ни стирай, все след останется. И тянете за собой гниль, нечисть и мрак.

– Вы тоже сажа, – заметил Захар, опершись плечом на дверной косяк.

– Я больше чем сажа. – Бабка зло стиснула руки, сильнее сжимая Алину.

Девушка закашлялась, в уголке губ выступила капля крови.

– Бабушка, – прошептала она. – Их всех убили.

Бабушка ласково погладила ее по голове:

– Спи, милая.

Захар смотрел и думал, что он не хочет скармливать эту бабку никакой нечисти. Хочет просто забрать Алину и уйти. Сделал шаг вперед. Старуха сидела неподвижно и не реагировала.

Захар подошел ближе и опустился рядом на колени. От Алины пахло травами.

– Что вы хотели? – спросил