Упал намоченный 2 - taramans

что было? Забота о подруге? Да я вас умоляю! Ага, поверил. Тогда — что? Да хрен ее знает, Аську эту… Ладно, сам искать встречи не буду, это точно. А Ольга? Ну, с той — тем более. Все-таки Пашка прав: узнает про такие фокусы ее папаша и сделает мне «бо-бо». А оно мне надо? А с этими пеньками, с «Богдашей» и его приятелем — надо решать. Вот сегодня и займусь профилактикой преступлений в половой сфере, а то — вишь — выдумали девчонок «на хор» ставить. Да еще кого? Дочь заместителя начальника милиции. Обалдеть! Они бессмертными себя почуяли, что ли? Ведь одно ее слово и им — кирдык! Но… А вот могло ли быть оно, это самое ее слово? Немного зная Шмакова, могу предположить, что ничего бы она папаше не сказала: сама виноватой осталась бы. Нет, он бы, без сомнения, шпане карачун навел, но вот что было бы с самой девчонкой? В монастырь бы сослал? Не, он же партийный, да и нет сейчас монастырей. Но репрессии в отношении девки, позорящей отца, несомненно, последовали бы. И как она вообще докатилась до жизни такой? Натура блудливая? Да что-то не показалась она вчера законченной шлюхой: девчонка как девчонка. Симпатичная. Какой у нее попец, а? М-да… Ну, это можно было бы у Аськи поинтересоваться, но… Нет, искать встречи не буду — пусть идет как идет. Придет сама — пообщаемся. Нет? Ну и ладно!'.

Прием дежурства сегодня проводил майор Чупраков. Выслушав рапорт за сутки — а ничего особенного не произошло — суббота же вчера была, люди отдыхали от рабочей недели, «зам» прицепился к Васильеву: дескать, ты когда собираешься зачет на оружие сдавать?

— Так, как только — так сразу! Я же как тот пионер — всегда готов! — браво доложил Серега и был оставлен пред начальственными очами сдавать тот самый зачет.

Впрочем, Чупраков гонял его по теории и праву не сильно: как показалось Сергею, больше — дежурно. Хороший проверяющий уже по первым словам ответа экзаменуемого, понимает: знает тот тему или нет. Васильев — знал. Видимо, торопясь домой в этот воскресный день, майор буркнул:

— Завтра с утра ко мне с рапортом. Завизирую и в дежурку к Воронину, пистолет закрепить. На ближайших стрельбах примем зачет по огневой подготовке. А то дежуришь в опергруппе, а оружия — нет. Как дружинник, прости господи.

Как помнил Васильев, сам институт «Добровольной народной дружины» в Кировске как-то не приживался. Сколько раз пробовали навести здесь порядок, но — никак. То ли это была особенность всех маленьких городов, то ли народ здесь проживал с таким менталитетом, доподлинно было неизвестно. Периодически по большим государственным праздникам, после накачки в райкоме партии, руководители организаций и предприятий выводили какое-то число народа с красными повязками, но что это была за дружина? Смех один! Дружинники после развода либо почти сразу «растворялись» в улицах и переулках города, что было полбеды; либо сами норовили принять на грудь горячительного, что совсем уж дискредитировало само участие народа в охране общественного порядка. Еще одним, не самым плохим результатом этой работы, было наличие в вечернее время в райотделе понятых, которых, при необходимости, не нужно было искать по окрестным домам: они под рукой. Как правило, такой ответственностью отличались молодые бездетные женщины: и лясы поточить можно, и полюбопытствовать над работой милиции, а то и пофлиртовать с сотрудниками. Нет, по бумагам-то все было чин-чинарем, комар носа не подточит. Но по факту… Потому поименование Васильева «дружинником» было сродни дефиниции — «пленный румын».

Дождавшись убытия начальства к месту проживания, Васильев выложил Сергиенко отредактированную версию вчерашнего рассказа Аськи. Он не стал углубляться в подробности грехопадения «комиссарской дочки», просто сказал, что эти двое: «Богдаша» и тот самый Тимурка, рандомно выбрав жертву среди девчонок духом послабее и имеющих «грешки» в автобиографии, «прессуют» ее психологически, заставляя ту вступить с ними в половую связь, в том числе — в извращенной форме. Вот и вчера они с какого-то перепуга выбрали в таковые жертвы Аську. Пашка почесал затылок и усомнился:

— Чё-т сомневаюсь я… Как-то это все… А чего же девки тогда с жалобами не идут?

— Ну, девчонки так и сказали, что, дескать, они же не насилуют выбранных толпой, просто преследуют, покоя не дают, разные слухи распускают. Вот так и тюкают бедолагам по нервам, пока вконец запуганная жертва не сдастся. Вроде изнасилования как такового нет, она ж сама дала, а что уж они ее довели до такого, так попробуй докажи потом.

— Х-м-м… Нет, я понимаю, что «Богдаша» этот — та еще сволочь. Он все одно рано или поздно сядет. Но как-то схема больно сложная для этого дегенерата. И чего они — до Аськи вчера доебались? Так это не та девка, что будет, как овечка на случку идти.

— Она и сказала, что они вчера изрядно пьяные были, вот, видимо, и ошиблись в объекте. Кстати! Пока я девок провожал, за нами и правда кто-то плелся. Только далековато было, не разглядел я, кто это был. Да я и не знаю этих сволочей в лицо.

— Ну и что ты предлагаешь? — сморщился недовольно Сергиенко.

«А чего ему быть довольным, если можно было домой уйти, а дежурка, случись, что — приедет, поднимет. Здесь же — непонятная работа с неизвестным результатом!».

— Да ты мне просто подскажи, где живут эти ушлепки, а дальше я сам: и съезжу, и профилактику проведу, — постарался успокоить коллегу Васильев.

— Ну-ну, профилактику он проведет… Морды им расхлещешь, а они назавтра в прокуратуру побегут жаловаться. Разборки начнутся, а кто крайним будет? Ты-то еще стажер, а старший у тебя на сегодня — кто? Правильно, я. Нет, вдвоем съездим.

— А у тебя «вязки» есть? — на всякий случай уточнил Сергей.

— Найдутся, — буркнул Пашка, — А на будущее — свои иметь надо!

Это была одна из проблем этого времени: обеспечение милиции спецсредствами хромало на обе ноги. Ситуации, когда задержанного нужно было «зафиксировать», возникали нередко, а вот чем? Наручников в райотделе было ровно две пары: в КПЗ, где постоянно возникала необходимость конвоировать жуликов — то в суд, то в СИЗО, и еще одна