Пару грамм — душа - Сим Симович

синтетики, не шуршащей при движении, высокие штурмовые ботинки с мягкой каучуковой подошвой и черные балаклавы, оставляющие открытыми лишь узкие прорези глазниц. На предплечьях нападающих тускло поблескивали наручные блоки пси-стимуляторов, а на бедрах висели короткие пистолеты-пулеметы с толстыми цилиндрами интегральных глушителей.

Но это были не простые наемники, какими Красовский набивал свои фургоны на трассе.

Сквозь духовное зрение Нико видел ауры гостей: плотные, тренированные ментальные ядра, оплетенные рунами школы Разума. Вадим прислал личную группу захвата — профессиональных ликвидаторов, способных ломать волю жертвы на расстоянии, стирать воспоминания и заставлять людей выходить из окон с улыбкой на лице.

Троица двигалась по лестнице идеально синхронно, прижимаясь к краям ступеней, где бетон не издавал предательского скрипа. Их мысли текли в закрытом телепатическом канале, который Нико перехватил краем восприятия:

«Объект в сорок седьмой. С ним двое гражданских: девчонка и режиссер. Режиссера упаковать живым для давления на родню, девку использовать как щит. Осеева брать только с повреждением опорно-двигательного аппарата, колени прострелить сразу. Работаем чисто, без шума».

Первый этаж. Второй. Третий.

Ликвидаторы поднимались наверх с пугающей скоростью тренированных хищников. До выхода на четвертый этаж оставалось меньше двадцати секунд.

Нико открыл глаза. Серебро в его зрачках горело ровным, безжалостным огнем.

— Сидите здесь, — голос юноши прозвучал негромко, но с такой тяжелой, металлической силой, что Марина мгновенно застыла с поднятой рукой, а Костя на кровати замер, боясь пошевелиться. — Дверь за мной закрыть на засов. Что бы вы ни услышали, нос в коридор не высовывать.

— Нико, что там?.. — Марина побледнела, вскакивая с табурета.

— Гости из столицы, — бросил он через плечо, шагнув к выходу. — Приехали забирать долги.

Дверь сорок седьмой комнаты приоткрылась ровно настолько, чтобы юноша успел выскользнуть наружу, и тут же мягко захлопнулась. Изнутри сухо щелкнул стальной засов.

Нико остался один в длинном, полутемном коридоре четвертого этажа.

Люминесцентная лампа под потолком продолжала дергано мигать, роняя сизые блики на потертый линолеум и ряды одинаковых фанерных дверей, за которыми спали ничего не подозревающие студенты. Из дальнего конца лестничной клетки донесся первый, едва слышный щелчок: пружина противопожарной двери натянулась, впуская гостей на этаж.

Маг медленно расставил ноги на ширину плеч, поправляя полы кейпа.

Устраивать перестрелку или шумную резню посреди жилого общежития было нельзя. Шальная пуля калибра девять миллиметров прошьет фанерную дверь любой комнаты насквозь, убив спящего второкурсника на матрасе. Крик боли или звук взрыва поднимет на ноги все четыре этажа за полминуты, превратив узкий коридор в давку перепуганной толпы.

Пришло время пустить в дело главное оружие Магистра Бури.

Нико глубоко вздохнул и плавно, без единого лишнего жеста раскрыл обе ладони в стороны, опустив пальцы к полу.

В солнечном сплетении ровно, с утробным гулом провернулось обновленное ядро Третьего круга.

Абсолютный домен «Вакуумное поле» развернулся во всю длину коридора за сотую долю секунды.

Невидимая граница купола охватила пространство от лестничной площадки до запасного выхода, намертво запечатав объем между полом и потолком.

Эффект наступил мгновенно: коридор словно вырезали из ткани реальности. Воздух внутри поля потерял способность проводить акустические вибрации — в замкнутом пространстве воцарилась абсолютная, противоестественная глухота, в которой исчез даже шум дыхания самого мага. Любой звук, рожденный внутри купола, гасился на молекулярном уровне, не имея ни единого шанса пробиться сквозь фанерные двери соседних комнат наружу.

В этот миг из-за угла лестничного пролета показался головной боевик группы захвата.

Наемник двигался в низком приседе, ведя стволом пистолета-пулемета сектор перед собой. Увидев стоящую прямо посреди коридора одинокую фигуру в черном длинном пальто, оперативник среагировал с безупречным профессионализмом: никаких окликов, никаких предупреждений.

Оружие в его руках мгновенно вскинулось к плечу, целясь ровно в правое колено Нико. Палец плавно выбрал свободный ход спускового крючка.

Щелк.

Боек ударил по капсюлю, но ожидаемой очереди не последовало.

Внутри вакуумного поля пороховой заряд в патроне не нашел кислорода для полноценного расширения газов, а воздух внутри канала ствола просто отсутствовал, сорвав компрессию. Из глушителя вырвался лишь жалкий сноп бледных искр, пуля выплюнулась из нареза с глухим хлопком и, потеряв всю кинетическую энергию в плотном фронте сопротивления, бессильно стукнулась о носок ботинка Нико, упав на линолеум.

Глаза наемника за прорезями балаклавы расширились от шока.

Двое идущих следом боевиков уже выскочили на этаж, мгновенно оценив ситуацию. Поняв, что огнестрел выведен из строя неизвестной аномалией, командир тройки отбросил оружие на ремне за спину и выбросил вперед обе руки, активируя наручные пси-контуры.

Воздух перед нападающими вспыхнул ядовитым, сиреневым свечением.

Трое менталистов объединили свои ядра в единую ударную цепь, выстреливая по коридору скоординированным ментальным тараном. Волна концентрированной психической боли, способная расплющить рассудок слона и вызвать мгновенное кровоизлияние в мозг, метнулась к стоящему юноше.

Нико даже не шелохнулся.

На уровне Третьего круга его сознание, закаленное веком войны в цитадели Кель и сплавленное с ледяной энтропией Бездны, напоминало гранитный волнорез. Психический удар наемников с сухим звоном разбился о ментальный щит мага, словно горсть мелких брызг о броню линкора, не оставив на нем даже царапины.

— Моя очередь, — одними губами произнес Нико.

Слов не было слышно — вакуум поглотил звук начисто.

Из широких пространственных складок кейпа в правую руку юноши скользнула тяжелая, матовая рукоять фальшиона Бориса. Гравитационный узел в металле отозвался мягким толчком, и трехкилограммовая закаленная рессора сорвалась в смертоносный танец.

Нико сократил дистанцию в десять метров за один неуловимый скользящий шаг.

«Зефирная поступь» под подошвами кед не оставила на линолеуме ни единого следа. Головной ликвидатор только начал выхватывать из набедренной кобуры тактический нож, когда черное лезвие фальшиона вошло ему под подбородок.

Удар был нанесен с хирургической, беспощадной точностью: клинок рассек гортань и основание черепа без единого звука. Наемник даже не успел осознать смерть — тело бойца обмякло, и Нико встречным потоком сжатого воздуха мягко уложил труп на пол, не позволив костям стукнуть о бетон.

Второй номер попытался отпрянуть назад к лестнице, выставляя перед собой защитный пси-купол.

Нико не стал рубить барьер сталью. Маг просто