Совиное гнездо - Камилла Лысенко

минутка. Он нарочито аккуратно взял вилку и очень медленно вонзил ее в кусок цыпленка. Мысли, в отличии от действий, крутились в голове с бешеной скоростью, но к какому-то логичному итогу приходить не собирались. Вероятность найти Истинного партнера была примерно такой же, как встретить живого Санта-Клауса – да еще и в России. Но вера в это также была подобна детской вере в Санта-Клауса: будто есть где-то нечто волшебное, что может раз и навсегда изменить твою жизнь к лучшему.

Если Ластик встретит своего Истинного партнера… Возможно, тогда они вместе смогут восстановить то, что Матвей так необдуманно стер. Например, себя в памяти родителей.

Это была слишком заманчивая перспектива. И рассчитывать на то, что ему так просто отдадут ключ от великой тайны, было бы глупо.

– Чего ты хочешь? – больше не утруждая себя соблюдением вежливого нейтралитета, спросил Матвей.

– Хочу?.. – Амадео выглядел задумчивым.

Если бы Ластик знал, какую ошибку он допустил только что! Если бы только мог догадаться о настоящем положении дел! Он никогда бы не задал такого вопроса. Он бы мог сам выдвинуть свои условия.

Если бы только Матвей знал, что идя на встречу с ним, Амадео не хотелничего, кроме как предложить Истинное партнерство. Но сейчас, когда с губ Ластика слетел этот, безусловно, логичный вопрос, Амадео задумался о том, что едва не пропустил огромную выгоду. Его закаленный интригами мозг мгновенно просчитал варианты и выдал решение, потрясающе гармоничное в своей расчетливости. Идеальный баланс между правдой и выгодой.

Ему необходимо было сокрушить «Совиное гнездо». И информации от Сониных мух для этого было недостаточно. Но никто из «совиной банды» не предал бы Кару и Анну. По крайней мере, в чем-то глобальном.

Но вот в маленьком… Это ведь даже не предательство.

Все дело в том, как представить ситуацию. Даже убийство можно оправдать.

– Хочу твоей помощи, – пожал плечами Амадео. Он импровизировал на ходу: – С висяками. Стараниями твоих начальниц у меня в архиве черт ногу сломит. Непонятно, кому помогли, кого пропустили. Я не хочу лишиться работы.

– Они мне не начальницы!

Амадео усмехнулся. Люди всегда слышат самое больное для себя. Что ж, это можно использовать.

– Технически – начальницы. И благодетельницы. Ты живешь, ешь и существуешь за их счет. Я понимаю, в твоем сегодняшнем положении только и остается, что зависеть от женщин. Так что термин пока верен, – блондин деланно вздохнул. – Но это может измениться. Так вот. Если поможешь мне разобраться с несколькими делами, где есть вопросы, я сообщу тебе имя твоего Истинного партнера. И даже отблагодарю материально по тарифу консультанта. Своих экспертов мы не обижаем, поверь. На туфли хватит. Даже на несколько.

– Я не буду раскрывать тебе дела «Совиного гнезда»! Ты меня за стукача держишь? – окончательно взвился Ластик.

– Стукача? Нет. Я держу тебя за человека, который хочет добиться большего, чем первый приз на конкурсе по протиранию барной стойки. Я делаю тебе предложение, за которое многие альтлюди вполне могли бы убить. А от тебя требуется только помочь мне состыковать факты в делах, которые и так известны Регистратуре. Заметь, я не спрашиваю ни про ваши амбициозные планы, ни про собрания по субботам – мне это по боку. Играйтесь, как хотите. Мне всего лишь нужно закрыть отчеты. Не факт, что их вообще кто-то когда-нибудь прочтет. Но потерять работу из-за несостыковок в них я не хочу.

Мужчина замолчал. Его ход был сделан. Если предложение, завуалированное легким, логичным враньем про отчеты, будет принято, он сможет получить информацию, с помощью которой по камешку разобьет доверие людей к Анне и Каре.

Ластик выглядел жалко: молочная кожа пошла некрасивыми пятнами от волнения, руки дрожали, крылья носа раздувались, обнажая черные провалы ноздрей. Амадео с презрением подумал, что они похожи на две огромные черные дыры, и в очередной раз передернулся: его Истинный партнер казался ему невероятно отталкивающим. Недостойным.

Но если это неказистое существо в заношенных джинсах и нелепых лабутенах с шипами может избавить его от отката, что же, Амадео легко пойдет на это. Он готов дать маленькому гаденышу все, что тот захочет, лишь бы терся рядом и не лез не в свои дела.

А сложная работа мысли в голове Матвея тем временем, видимо, продолжалась.

– Ты врешь мне, – уверенно выдал он, разжимая кулаки. – Нет у тебя никакой информации про моего Истинного партнера. Ты меня просто разводишь для каких-то своих целей. А деньги… Я и сам заработаю. Не собираюсь ради фуфла сливать тебе инфу.

Амадео побарабанил пальцами по столу. Ему начинала надоедать эта комедия; но, к сожалению, нужно было довести ее до конца. Пора доставать последний козырь. Хорошо, что он подготовился заранее и успел нанести визит в одну задрипанную пятиэтажку в спальном районе.

– Хорошо, – сказал он. – Я понимаю. Это нормально – хотеть доказательств. И я могу тебе их дать. Я в курсе того, что ты мальчишкой стер себя из памяти родителей. Так вот… Истинное партнерство может вернуть им память. Ты знаешь? Я организую тебе звонок.

– В смысле?

– В смысле тебе сегодня часов в восемь вечера позвонит мать. По голосу-то узнаешь?

Красные пятна на щеках Матвея за секунду сменились на мраморно-серый цвет лица. Пугающе громадные ноздри стали еще больше, судорожно втягивая воздух. Но самым главным свидетельством его шока, удовлетворившим Амадео сполна, было молчание. Ластик пораженно молчал. Шевелил губами, но не мог сказать ни слова.

Его собеседник мягко улыбнулся и положил на стол визитку, вставая.

– В общем, как примешь решение, позвони по этому номеру. Предупреждаю: мать сегодня вспомнит тебя, но если ты откажешься сотрудничать со мной, то снова уйдет в блаженное забытье. Выбор твой, Матвей. Приятного аппетита. Не волнуйся, счет я оплачу.

Амадео вышел из ресторана, оставляя Матвея в компании с едва открытой бутылкой вина и огромной, почти болезненной надеждой.

* * *

В девять двадцать вечера того же дня Матвей позвонил по указанному на визитке номеру. Визитка немного намокла после разговора с матерью, но цифры было видно достаточно хорошо.

Максимально сдержанным голосом Ластик сообщил, что готов к сотрудничеству.

Вирус

– Тебе тут оставили салфетку, – говорит Ластик, когда Кара в понедельник вваливается в бар, зевая и размышляя о том, что вставать в восемь утра человеку, работающему в баре «Совиное гнездо», – это как минимум моветон.

– Замечательно.