Волкодав 2 - Аристарх Риддер

За ту же неделю всплыли и те двое, которых чикагская полиция держала в неразысканных, и всплыли громко. Первым — Стефан Смальский, банкир, миллионер, первый человек в Национальном департаменте, тот самый, кто эти проводы задумал, оплатил и открывал речью. Хоронили его отдельно, в среду, и хоронили так, что все прочие похороны разом перед этим померкли: на два часа закрыли движение по Милуоки-авеню, служили три епископа, венков было столько, что их везли отдельной подводой. Вторым — мистер Дж. Р. Фэйрклот, чиновник продовольственной администрации, ведавший польским направлением помощи, оказавшийся на ужине по приглашению покойного Смальского и, судя по всему, ради того же, ради чего чиновники ходят на такие ужины во все времена. Его увезли в Огайо, к родне, и написали о нём три строки.

А седьмого числа полыхнуло.

Началось это, как я понял позже, в Нью-Йорке, а до нас докатилось по телеграфу и легло в Detroit Free Press на вторую полосу, откуда всякий желающий мог прочесть по-английски то, что неделей раньше было напечатано по-польски и, как надеялся пан редактор, по-польски и осталось.

«ОЧИЩЕНИЕ» ЛЬВОВА: ЧИКАГСКАЯ ГАЗЕТА ХВАЛИТСЯ ТЕМ, ЧТО ВАШИНГТОН НАЗВАЛ ВЫМЫСЛОМ

Еврейские организации требуют пересмотра выводов миссии Моргентау. В основание требования положены собственные слова польской печати. Представление направлено государственному секретарю и в сенатский комитет.

Американский еврейский конгресс совместно с Американским еврейским комитетом обратились вчера к государственному секретарю с представлением, копии которого разосланы в редакции газет и членам сенатского комитета по иностранным делам.

Существо представления сводится к следующему.

Третьего октября сего года опубликован доклад миссии Соединённых Штатов в Польше, в коем сказано, что сообщения об организованных погромах не подтвердились, что число погибших лиц иудейского исповедания составляет около трёхсот и что гибель эта должна быть отнесена на счёт беспорядка военного времени, а не на счёт польских властей и войск.

Двадцать шестого ноября чикагская газета, издающаяся на польском языке, поместила в память погибших при взрыве на Милуоки-авеню статью, из которой мы приводим выдержки в переводе, заверенном присяжным переводчиком:

«Три дня город был очищаем от врага. Очищаем — иного слова мы не подберём и подбирать не станем… враг стоял не только перед фронтом… но и за спиною у наших мальчиков: в подворотнях, на чердаках, в окнах верхних этажей, в лавках и складах тех кварталов, где нас никогда не любили… Пришлось быть суровыми. Мы этого не стыдимся и стыдиться не намерены. Тот, кто в такие дни и в таком городе сохраняет чистые руки, сохраняет их ценою чужих голов… когда в тебя бьют из окна, ты не спрашиваешь у дома, все ли жильцы его согласны с тем, кто засел на чердаке.»

'Мы обращаем внимание государственного департамента, — говорится далее в представлении, — на то обстоятельство, что здесь описаны не бои с регулярным неприятелем, а действия против невооружённых жителей в их собственных домах и лавках; что автор прямо признаёт неразборчивость этих действий и заранее её оправдывает; что описаны они не обвинителем, а панегиристом, с очевидной гордостью и без малейшей попытки скрыть существо дела; и что напечатано это не в Галиции год назад, а в городе Чикаго в ноябре тысяча девятьсот девятнадцатого года, по-польски, для польских читателей, то есть в обстоятельствах, когда автор не имел ни малейшей надобности лгать в нашу пользу.

Миссия, работавшая в Польше сорок дней, опрашивавшая свидетелей через переводчиков, предоставленных польскою стороною, и нередко в присутствии польских должностных лиц, пришла к заключению, что организованных действий не было. Приведённые строки написаны человеком, который считает описываемое заслугою и полагает, что за неё следует благодарить. Мы вынуждены заключить, что миссия услышала не всё.'

К представлению приложен отчёт британской миссии сэра Стюарта Сэмюэля, работавшей в Польше вслед за американскою и пришедшей к выводам существенно иным. Отчёт этот, до сего дня в Соединённых Штатах широко не печатавшийся, будет, как нам сообщают, опубликован полностью на правах объявления в газетах нескольких городов и разослан бюллетенем.

Польский национальный департамент выступил вчера же с опровержением. В нём перевод назван тенденциозным, вся кампания — делом рук германской пропаганды, а обращение к памяти убитых на американской земле людей — поруганием свежих могил. «Наших сыновей взорвали большевистской бомбой, и не успела осесть кирпичная пыль, как из них уже делают преступников, — заявил представитель департамента. — Мы спрашиваем: кому это выгодно и кто за это платит?»

На вопрос нашего сотрудника, отказывается ли департамент от процитированной статьи, представитель ответил, что за частные мнения редакторов департамент ответственности не несёт.

Дальше покатилось само, и остановить это было уже нельзя, потому что бумага была напечатана, а напечатанное не отзовёшь.

Кричали обе стороны, и кричали неделю. Одни требовали расследования, другие — извинений. Польские общества по всей стране принимали резолюции протеста и слали их в Вашингтон пачками; еврейские общества принимали резолюции противоположного содержания и слали их туда же. Отчёт англичанина Сэмюэла напечатали на правах объявления в шести или семи газетах, целиком, мелким шрифтом, на полторы полосы, и у нас в конторе его читали вслух — не из сочувствия, а из спортивного интереса, потому что там были подробности, каких в докладе Моргентау не было и в помине. Сенатор от Иллинойса высказался в том смысле, что Америке пора заняться своими делами, получил за два дня столько писем от польских избирателей своего штата, что высказался ровно наоборот. Какой-то священник из Милуоки объяснил в проповеди, что всё это устроили немцы, и проповедь перепечатали четыре газеты.

Я читал это за утренним кофе, аккуратно и подряд, и никаких особенных чувств не испытывал. Отмечал только, с каким изяществом пан редактор сам себя приложил, а заодно и всех, за кого хлопотал. Человек хотел сказать своим и сказал так, чтобы своим было приятно, а вышло на весь свет, потому что в этой стране, как выяснилось, есть люди, читающие по-польски и умеющие пользоваться словарём не хуже меня.

Впрочем, чему тут удивляться. Люди вообще редко понимают, где кончается своя кухня и начинается улица. А в двадцатом веке она начинается прямо за порогом.

А четырнадцатого декабря пришло вот это.

ПО ТЕЛЕГРАФУ ИЗ ВАШИНГТОНА

НОВАЯ МИССИЯ В ПОЛЬШУ. МАРШАЛЛ ВО ГЛАВЕ

Полномочия шире, чем у прежней. Осведомлённые лица полагают, что выводы её будут иметь последствия.

Государственный департамент объявил вчера о назначении миссии Соединённых Штатов в Польшу для проверки выводов доклада, представленного в октябре сего года.

Решение принято вслед за резолюцией, внесённой в