Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13 - Сергей Алексеевич Евтушенко

и в моём замке, пару веков раздирая на части и без того пострадавшую библиотеку. Утихомирить их удалось лишь после повторного заключения, строгих клятв и воскресшего Бертрама фон Харгена в качестве общего врага. Сражение плечом к плечу под руководством набравшейся опыта Литы тоже способствовало примирению. Теперь оба своевольных джинна работали на Полночь, в качестве библиотекаря и стража библиотеки. Фактически это была одна роль, разделённая на двоих, хотя Фахар и вправду больше любил сооружать охранные заклятия и контрзаклятия. Иллюзии были его второй природой, как и постоянная необходимость подтверждать свой статус подходящими спецэффектами.

Но кроме ифрита, у нас проживал ещё один иллюзионист, пусть и совершенно из иной среды.

«ФАХАР ИЗРЕКАЕТ. ВЕЛИЧИЕ. МАСШТАБ»

— При всём уважении, позвольте с вами не согласиться. Формулы подобного рода требуют изящного подхода и исключительно тонкой настройки.

Это был забавный контраст. С одной стороны стоял Фахар — верзила ростом в два с половиной метра, с кожей цвета угля и огненными глазами, грозно скрестивший руки на могучей груди. С другой — Геннадий Белый, невысокий худой мужичок «профессорского» вида и тонким, слегка дребезжащим голосом. Ифрит возвышался над сомнологом как утёс — над чахлым деревцем, но тот и не думал отступать. Иллюзии были одной из ключевых областей Геннадия, а также — что немаловажно — перемещение между мирами.

«СВЕТИЛА», — не сдавался Фахар, творя свои пылающие письмена. — «ВЕЛИКОЕ РАССТОЯНИЕ. ВЕЛИКИЙ РАЗМЕР. ВЕЛИКИЙ ПОДХОД»

— Простите, но даже с учётом метафизической природы небесных тел в космическом пространстве вечных замков, для полного взаимодействия потребуется не великое, а совершенно несусветное количество энергии! Вы не забыли в своих расчётах о принципе интенсификации Скади?

«ФАХАР НЕ ЗАБЫЛ. ФОРМУЛЫ ПРОВЕРЕНЫ. УЗРИ ЖЕ».

Теперь вместо обычной речи Фахара в воздухе возникли строчки, больше всего напоминающие зубодробительные тригонометрические уравнения. Мне они были непонятны совершенно, а вот Геннадий, даром что самоучка, уставился на них с видом матёрого преподавателя, изучающего ответ нерадивого студента. Не прошло и полминуты, как он указал на один из участков огненных письмен и вкрадчиво поинтересовался:

— Если формулы проверены, то откуда здесь взялась эта переменная?

На разгорающийся диспут мы взирали втроём — Лита, Альжалид и я. Не смея вмешиваться, даже с лёгким восхищением — пока два лучших иллюзиониста Полуночи спорили, как именно нужно организовать ложное затмение. Спорили до хрипоты — в случае Фахара, до усталости пальцев, не отступая от своих позиций, но на удивление корректно. В прошлом для ифрита было обычным делом насаждать свой авторитет путём порабощения или убийства несогласных. Сегодня он лишь грозно сверкал глазами да воздевал ручищи к небу, но продолжал явно некомфортную дискуссию.

Впрочем, нельзя сказать, что правда была на чьей-то одной стороне.

Аргументы Геннадия звучали абсолютно логично. Иллюзии требовали сравнительно невысоких затрат энергии для сотворения, но при затее таких масштабов любые усилия умножались тысячекратно. Чтобы закрыть луну, а уж тем более солнце размеров, приближённых к реальным, потребуется напрямую подключиться к резервам Полуночи, которых всё равно может не хватить.

Фахар упирал на другое. Затмение — не явление, а седьмой замок — действовала по своду определённых правил. Мы уже нарушали часть правил, пробираясь в мир другого вечного замка через лазейку небесного купола, а обходя условия с помощью иллюзии продолжали хитрить. Чем тоньше и изящнее будет заклинание, чем меньше энергии оно сожрёт, тем менее убедительным оно выйдет для Затмения. В лучшем случае, нас попросту не пустят. В худшем — устроят смертельную западню по прибытию.

Спустя некоторое время Фахар очень нехотя признал, что допустил пару неточностей в первоначальных расчётах. Геннадий же согласился, что реакция седьмого замка — неизвестная переменная, способная привести к натуральной катастрофе. Правдоподобность происходящего не менее важна, чем экономия сил, даже если нет никакой уверенности, что Затмение в самом деле следит за такими вещами. Ритуал важнее законов природы, но ритуал должен быть убедителен. Иначе есть риск нарушить другие законы, получив по голове как от мироздания, так и седьмого вечного замка.

Когда аргументы постепенно пошли по второму кругу, Альжалид с Литой решили вмешаться, чтобы спор не затянулся на всю ночь.

Было решено устроить лунное затмение — задача всё равно нетривиальная, но по ряду причин проще, чем солнечное. Со стороны луна в небе над Полуночью сильно напоминала земную, но здесь тоже работала своего рода иллюзия. Мир Полуночи, как и любого другого вечного замка, по размеру заметно уступал Земле, хоть и сохранял идентичные физические свойства. Что из себя на самом деле представляла местная луна — загадка, равно как и принципы работы затмений. В нормальных мирах просто конус тени от планеты закрывал спутник, но что должно произойти, когда у семи искусственных магических миров спутник один на всех?

Так или иначе, Фахар с помощью Геннадия тщательно выстроил новую формулу, которую перепроверили и одобрили остальные маги. Полночь легко согласилась предоставить энергию напрямую — ифрит всё ещё был связан клятвой служения, так что не мог использовать новообретённую силу во вред, даже если бы пожелал. Ритуал назначили через две ночи — подготовка обещала стать совершенно изнурительной. Эргалис за это время обещала отыскать в небе лучшую точку для воздействия драконьим пламенем. В случае с остальными замками годился любой участок, но Затмение ставило уникальные задачи с неоднозначными ответами.

Мне же следовало подготовиться так, как если бы это был мой последний и самый важный в мире поход.

Припасы, оружие, лекарства, даже артефакты — привычная, хорошо отработанная схема. Все мои помощницы и помощники работали над своими задачами настолько хорошо, насколько это было возможно, и не нуждались в ценных указаниях. Тяжелее всего, пожалуй, пришлось Рудольфу — проанализировать и систематизировать всю имеющуюся в нашем распоряжении информацию о седьмом вечном замке. Всё, что можно использовать в нашу пользу и всё, что использовать нельзя.

За сутки до похода хранитель Безмолвного Приказа предоставил мне отчёт — поразительно подробный, учитывая обстоятельства.

В изначальной структуре вечных замков был заложен своеобразный дисбаланс. Так Заря и Рассвет делили один источник силы на двоих, но считались двумя разными замками. Закат тематически не попадал ни в тему «света», ни в тему «тьмы», в больших конфликтах регулярно занимал собственную сторону. Но Затмение, безусловно, оставалась ключевым фактором внутренней асимметрии. Сильнейшая среди своих братьев и сестёр, обладающая стальной волей и несгибаемыми принципами, она выступала сдерживающим фактором в любых ссорах, напоминала о великой миссии, а при необходимости — применяла силу. Сложно сказать, в чём конкретно это заключалось — речь шла о событиях многотысячелетней давности. Я подозревал, что