Тринадцать - Андрей Готлибович Шопперт

Коська не стал. Успеет, да и не могло на них особо чего быть. Они же дома. Ни оружия какого дорого, ни уж тем более кошелей. Зачем тебе дома кошель на поясе. У кого чего покупать будешь? Кресты и перстни — жуковины могли быть, но никуда не денутся. А вот землянку или полуземлянку нужно осмотреть. И воды найти, пить хотелось ужасно. Есть тоже хотелось, и Касьян даже бросил взгляд на лежащего рядом с костром и рядом с убитым поросёнка.

— Не, сначала обследуем фатеру. Вдруг там раненые или вообще живые притаились.

Парень вернулся к брошенному под елью огромной арбалету и поднял его. Осмотрел, тетива цела. Вставил ногу в стремя и потянул. Пшик. Руки подрагивали после боя и отходняк адреналиновый законсервировал силушку богатырскую.

Пришлось сосредоточиться, до десяти досчитать, подышать, кровь кислородом насыщая и повторить попытку. Почти. Мулиметра не хватило. Третья попытка была хуже второй. Коська уже хотел плюнуть на осторожность и с мечом одним только идти в землянку, но сам себя остановил, ну какой из него мечник. Хилый пацан не умеющий орудовать мечом. Арбалет нужен. Бережённого бог бережёт. Снова зажмурившись, проверив знание арифметики, а именно счёт до десяти и подышав, пацан сделал четвёртую попытку, рыча на арбалет. Рык помог. Тетива зацепилась за прорезь. Только после этого пришлось минуту посидеть, дать рукам отдых, а то они не хотели поднимать не сильно и тяжёлый арбалет.

В землянке не воняло. Запах потной одежды был, ещё чего-то кислого, но вонью это назвать было бы перебором. Ступени привели Коську в студию однокомнатную. Большая квартирка, метров семь на семь. В дальнем углы был очаг из камней сложенный и даже труба имелась для вытяжки дыма. Конструкция поразительная для человека двадцать первого века. Это было трухлявое бревно. Сердцевина видимо сгнила и была каким-то способом удалена. Осталось пару сантиметров целой древесины и кора. Не ботаник, но что-то лиственное, кора ровная не как у сосен. Липа возможно.

Вдоль стен стояло три больших скамьи и три сундука. И всё. А нет. Еще пару пеньков, изображающих стулья. Рядом с печью — очагом была конструкция, можно назвать вешалкой. По крайней мере, на жердях, прикреплённых к стойкам — кольям с помощью верёвок, висели шмотки разные, от совсем зимних, типа тулупа овчинного, до летних рубах и портов.

Никаких других мебелей в огромной комнате на было. Чего-то не хватало? Было довольно темно, задняя стена скрывалась в полумраке.

— Стола. Нет стола. Да нет, не в столе дело, — сообщил вешалке Коська, — здесь не могут разместиться тринадцать татей. Где они спят? Не на улице же. Ещё один дом есть?

Касьян уже было совсем решил выйти и поискать вторую землянку, когда ему почудилось, что от дальней стены, скрывающейся в полумраке, какой-то звук раздался. Покашливание, не покашливание, кхеканье. Идти в темень было сыкотно, но идти надо. Тем более, глаза начали привыкать к полутьме помещения. Солнце прямо в дверь, распахнутую, светило, на юг дверь расположили бандюганы. Ещё свет падал через дымоход и совсем немного попадало через дощатый потолок в небольшие щели. Там у дальней стены всё же было темновато, но на фоне этом темноты был квадрат ещё более тёмный.

Пол засыпан соломой… м… сеном, наверное, где бандиты солому возьмут, уж точно рядом нет пару несжатых полосок ржи.

Надо было идти к тому чёрному квадрату.

Держа арбалет впереди на вытянутых руках, парень сделал пару шагов. Показалось или там снова кхекнули. Ну, не иллюминация, но человеческую фигуру Коська бы заметил. Не было там человеков. Просто не за что спрятаться. Ещё шаг.

— Вона чё⁈

Глава 27

Событие семьдесят второе

Следующий шаг догадку подтвердил. Там, в дальней стене, есть дверь. Нет, не дверь, оказалось, что там проём без всякой двери. Лаз? Уж больно он маленький. И что там за ним, а если толпа разбойников. Но стоять и ждать ещё хуже, чем вперёд, в темень и неизвестность, двигаться. Коська ещё пару шажков небольших сделал и, наконец, понял, что это такое. Это ход вниз, там, за этим проёмом, ступеньки ведущие вниз. Точно такие же вырезанные в глине и обшитые досками сверху, как и те, что ведут вниз в землянку с поверхности. Проход только кажется низким, спускаешься по ступенькам, и он становится нормального размера.

Парень остановился перед первой ступенькой, раздумывал, идти или не идти. И в это время там снова кхекнули, на этот раз более похоже на кашель. Так примерно: «Кхе, кхе». Как кашель туберкулёзника.

Страшно. Света там нет вообще. Нужно найти свечу или хоть головню из костра взять. Но глаза всё больше привыкали к полумраку и Коське показалось, да нет, точно, там есть немного света, не в полную темноту спускаться. Пессимист в голове всё же советовал вернуться и ветку от ёлки отломить, в костре запалить, и потом уже туда, в неизвестность и темноту, соваться, но оптимист решил, что херня всё это, быстрее начнём, быстрее кончим. Или это пофигист был, но Касьян его послушал и шагнул, по-прежнему сжимая в раках арбалет, на первую ступеньку и на вторую, и на третью.

Есть ГОСТ, который описывает размер ступеней и их высоту, эти придурки, что вырезали тут в земле ступени, а потом их досками обшивали, нифига этот ГОСТ не читали. То ли не больно грамотные, то ли, как и Касьян — пофигисты⁈ Ступени они сделали широкие и низкие, из-за этого, не видя их почти, Коська (Константин Иванович) привыкший к ГОСТовским у себя в доме, споткнулся, и чудом не упав, разрядил куда-то туда арбалет, и почти бегом, снова не попав на ступеньку ожидаемую, влетел в помещение, куда неправильные ступени вели.

Тут было темней, чей в покинутом им помещении. Но свет был. И светил он из точно таких же дымоходов двух, что и над очагом в предыдущем помещении. Кусок ствола диаметром сантиметров тридцать был выдолблен внутри и вставлен в потолок этой комнаты. Один дымоход точно так же был над очагом, точной копией предыдущего. Полукруглое строение из подобранных, но необработанных, камней, посаженых на глину. Была бы у товарищей чугунная плита, чтобы это перекрыть сверху и можно печью назвать. Второй дымоход бы по центру комнаты. Просто торчала такая же деревянная труба и из неё свет снаружи пробивался. В люксах тут не просто определить, но предметы интерьера различить можно было. Помещение было даже чуть больше, чем верхнее, метров