Цена весны. Книга 1 - Анна Рогачева

Торбранд промолчал, и Эйнар, к его облегчению, не стал развивать тему. Они спустились к причалу.

Закончив с осмотром лодки и раздав указания, они отправились обратно, к загонам, где содержался скот. Торбранд проверил каждую козу лично. Эйнар стоял рядом и давал комментарии, половина которых была нецензурной, а вторая оказалась невероятно полезной. Тут же они отобрали трёх молодых, с полным выменем коров, и спокойного быка чёрного цвета.

Вечером, после ужина, который прошёл гораздо спокойнее вчерашнего, ярл Эйнар подошёл к Эльзе и присел рядом с ней.

— Эльза, пойдём со мной, выпьем чаю.

Эльза поднялась и ярл Эйнар, взяв её по руку, повёл в личные покои.

Я проводила их взглядом, и посмотрела на Торбранда. Тот пожал плечами.

— Они знают друг друга сорок лет, Лиза. У них есть о чём поговорить.

— Ты не знаешь, о чём?

— Нет, но не волнуйся, он её не обидит, скорее она его, — тихо рассмеялся он.

Я кивнула, и мы продолжили ужин.

Эльза вернулась через два часа. Я уже лежала в кровати, борясь со сном, когда дверь тихо отворилась, и она проскользнула внутрь. В комнате было темно, только тусклый огонёк свечи мерцал на столе.

— Эльза? Как ты?

— Хорошо, — в её голосе я услышала то, чего раньше не слышала. Мягкость? Грусть? Нежность? Может всё вместе?

— О чём вы говорили?

Она долго молчала, раздеваясь и укладываясь на свою половину кровати. Потом повернулась ко мне, и в полумраке, я увидела, что она улыбается.

— Это, Лиза, мне позволь оставить при себе, — сказала она.

— Конечно, Эльза. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Следующее утро началось с такого красивого рассвета, — солнце поднималось из-за гор, окрашивая небо в смесь алого и золотого, что я замерла у окна, забыв, что нужно одеваться.

— Хватит любоваться, собирайся! — скомандовала Эльза, уже полностью одетая.

Сборы были стремительными. Торбранд уже отдавал распоряжения во дворе. Стейн и Гудмунд ушли на пристань ещё затемно, готовить «Быструю» к отплытию. Крестьяне погнали скот через долину под присмотром двоих дружинников Эйнара, которых тот выделил для охраны на первый отрезок пути, и двух наших дружинников.

Наша уже карета стояла у ворот и возле неё ожидали две женщины, — одна постарше, крепкая, с собранными в тугой узел тёмными волосами и натруженными руками, а другая совсем молоденькая. Гудрун и Ингрид.

— Госпожа Лиза, — Гудрун шагнула вперёд и поклонилась. — Госпожа Сигрид сказала, что вы заберёте нас с собой. Мы готовы. Если вы нас примете.

— Приму. Залезайте в карету. Вещи отдайте Олафу, он поможет закрепить.

Олаф, услышав своё имя, мгновенно подскочил и с грацией медведя водрузил узлы на крышу кареты, примотав их верёвкой.

С Эйнаром и Сигрид мы прощались у ворот. Эйнар обнял Торбранда и что-то сказал ему на ухо, чего я не расслышала. Потом подошёл ко мне и взял обе мои руки в свои.

— Лиза из дальних земель. Ты была лучшей гостьей в моём доме за последние двадцать лет. Возвращайся.

— Обещаю, ярл Эйнар.

Сигрид стояла рядом с мужем, и на её губах я заметила едва уловимый коралловый блеск.

— Возвращайся, Лиза. И привези мне розу.

— Привезу обязательно, Сигрид. Спасибо за тёплый приём.

Она чуть сжала мою руку.

К Эльзе Эйнар подошёл последней. Он наклонился, поцеловал её в лоб и сказал, — Живи долго, Эльза. Это приказ.

— Приказы отдавай своим дружинникам, — буркнула она, но голос предательски дрогнул. — Нечего мне указывать!

— Вот за это я тебя и люблю!

Эльза забралась в карету, и отвернулась к окну, а потом очень долго смотрела назад, пока дом Эйнара не скрылся за поворотом дороги.

Обратно мы ехали тем же путём, что и пришли. Карета тряслась, подпрыгивала на кочках. Гудрун и Ингрид, не привыкшие к такой езде, сначала бледнели, потом зеленели, а потом просто вцепились друг в друга и молились своим Богам. Эльза, бывалая путешественница двухдневной давности, снисходительно протянула им мешочек с сухарями.

— Жуйте. Помогает от тошноты.

Перевал мы прошли без происшествий. Обратный путь занял столько же времени, и к вечеру мы увидели родные, красные скалы нашего фьорда.

Когда наш отряд въехал в ворота замка, нас встречали. Свейн выбежал первым, и не успела я вылезти из кареты, как повис у меня на шее и заорал так, что у меня заложило уши.

— Госпожа Лиза! Ты вернулась! А я так скучал!!

— Я тоже очень соскучилась! Всё-всё-всё, — я обняла его и немного покрутилась с ним.

Торкель стоял чуть в стороне, но не выдержал, шагнул вперёд и доложил.

— Госпожа, рассада полита, парники открывались и закрывались каждый день. Всё как вы сказали. Там появились росточки, представляете?!

— Торкель, ты золото!

Торбранд, спешившись и окинув замок взглядом, повернулся ко мне и сказал, — ну, вот мы и дома, Лиза!

Глава 28

По возвращении, наобщавшись и наобнимавшись с встречающими, я поднялась к себе. После каретной трясучки до сих пор подташнивало, а попа, по ощущениям, была похожа на большой такой блин. Но прежде чем рухнуть на кровать и провалиться в сон, мне нужно сделать кучу дел, а ещё, проверить самое важное — рассаду.

Затаив дыхание, я подошла к окну и увидела тоненькие, бледно-зелёные ростки. Они выглядели такими хрупкими и беззащитными, что я побоялась дышать на них, чтобы не повредить.

По щекам потекли слёзы, а в груди разливалось тепло. Вот эти вот маленькие росточки были подтверждением тому, что всё не зря.

— Умницы вы мои, — прошептала я, осторожно касаясь пальцем земли рядом с ростком. — Вы даже не представляете, какие вы молодцы.

Дар откликнулся мгновенно. Тепло в груди перетекло в лёгкое покалывание в кончиках пальцев, тёплая волна перешла от ладоней к ростку, и я почувствовала крошечный корешок, который уже вцепился в землю из Рощи. Он был абсолютно здоров и хотел жить.

— Расти, маленький, — сказала я, вытирая слёзы тыльной стороной ладони.

Свейн ворвался в комнату, размахивая деревянным клинком.

— Госпожа Лиза, а что ты делаешь?

— Плачу от счастья, Свейн.

— А-а-а, — протянул он таким тоном, словно плакать от счастья было самым обычным делом. — А хочешь, я расскажу тебе, как мы с друзьями ходили к ручью за червями?

— Очень хочу, но сначала дай мне ещё минутку побыть с моими ростками.

Он деловито кивнул, присел на стул и стал ждать, пока я доплачу от счастья, покачивая ногами и негромко постукивая клинком по колену.

Я вытерла лицо от слёз и выдохнула. Потом осмотрела все ящики, что стояли в комнате. Два на подоконнике и два у стены, где