Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский

— Хватит! — резко бросила княжна. — Отец осознал свою ошибку! Ты же сам прекрасно видишь, как он хочет помочь Грише! Даже меня не пожалел, отдал в аманаты! Между прочим, я завтра тоже могу умереть… и никакая рекуперация не поможет!

Она с сердитым видом дошла до одной из двери, остановилась перед ней. Я сразу понял, что здесь её комната.

— Всё будет в порядке, — примирительно сказал я. — Хочу, чтобы ты знала: Григорий может слегка измениться: в словах, поступках, каких-то мелочах. Симбионт всё равно повлияет на жизнь твоего брата, но не причинит ему зла. Поэтому не удивляйся тому, с чем столкнёшься.

— Надеюсь, голос у него останется прежним, — вздрогнула девушка.

— Останется, — я кивнул. — Спокойной ночи, Наталья Александровна.

— Спокойной ночи, Михаил, — княжна посмотрела на меня. — Завтра я буду молиться за вас обоих.

И скрылась за дверью.

— Спасибо, — пробормотал я и побрёл к своей комнате. Хорошо, что Наталье запретили быть в Алтарном зале во время ритуала. Ей там делать нечего. Чародеи сегодня весь день подготавливали помещение, не допуская к мероприятию никого из менее опытных коллег. У Шуйских этих магов чуть ли не с десяток, но Карп самолично взялся за дело, доверяя лишь Кузничу. Но только как коллеге-профессионалу, не более.

Хотелось стряхнуть с души липкую паутину сомнений и страха. Я ведь тоже боялся. Одно дело лежать на каталке и не чувствовать, как твою душу извлекают из мёртвого тела и посредством ритуала переносят в клон. А как это будет выглядеть, когда ты жив, слышишь каждое слово и подспудно ждёшь какую-нибудь неприятность? Надо взять с собой нож и спрятать его под одеждой. Надеюсь, раздеваться догола не придётся.

Вздохнув, позвонил Луизе и спросил, могу ли прийти. Рыжая ответила согласием, и я сразу же изменил маршрут движения. Спустился в гостиную и по служебному коридору дошёл до лестницы, ведущей на верхний этаж. Луиза в шортиках и футболке ждала меня возле своей комнаты.

— У тебя лицо какое-то кислое, — заметила она, когда я вошёл в её скромную комнатку с минимальным набором мебели. — Ходил к Григорию?

— Да, вместе с княжной, — я прижал к себе девушку и поцеловал в полуоткрытые губы. Ирмер ответила пылко, но быстро оттолкнула меня с виноватой улыбкой. Присев на единственный стул, продолжил: — Зрелище, скажу тебе, не для слабонервных.

— Он так плох? — Луиза устроилась на краю кровати, сложила руки на голых коленках.

— Физически выглядит очень хорошо, даже не подумаешь, что человек болеет. Разговаривает тяжело, полностью погружён в себя, — я поёжился. — У меня сложилось впечатление, что княжича болезнь пожирает изнутри. Наталья высказала мысль, что ему подсадили ген с магической модификацией. Какая-то хрень, в общем.

— Ничего не хрень, Миша, — Луиза сверкнула изумрудными зрачками. — Я уже сталкивалась с подобной информацией. Сначала в качестве слухов, а потом, заинтересовавшись, начала целенаправленно искать. Есть несколько лабораторий, занимающихся магическими модификациями. Вот их базы я и пыталась взломать. Но в одиночку трудновато. Тут нужна спланированная атака с нескольких направлений. Не буду тебя обременять подробностями, как я пыталась найти сведения о подобных изысканиях. Порой они проскакивают даже в публичном пространстве. Действительно, идея по созданию некоего модифицирующего гена на основе магических конструктов уже давно будоражит лучшие техномагические умы зарубежных государств, в том числе и у нас, в России. Опыты начались почти одновременно несколько лет назад. Ими занимаются лаборатории Франции, Германии, Англии, что неудивительно. У этих трёх стран стабильная экономика, промышленность, но больше всего — фантомных болей о могуществе, которое они потеряли полтора века назад в результате Великой Войны. А тот факт, что княжич Григорий вернулся больным из Парижа, наталкивает на определённые размышления.

— Но зачем им это? У нас с французами неплохие отношения на всех уровнях.

— Им мешает канцлер, я думаю, — спокойно ответила Луиза. — Не знаю причин такой неприязни к Шуйскому, но что-то определённо затевается в европейских кабинетах.

— Значит, канцлер у нас пушистый и мягкий? — я покачал головой, не в силах разгадать ребус.

— Если отбросить историю его охоты за твоей головой, то — да. Понятно же, что Шуйскому демоническая сущность нужна была для какой-то игры, — Луиза усмехнулась. — Боюсь, его ждёт разочарование. Твой внутренний друг хоть и хороший боец, но жутким демоном ему не стать.

— И не надо, — я даже перекрестился. — Только тварей из чужих миров нам не хватало.

— Да шучу, — Луиза отмахнулась, но веселья в глазах я что-то не заметил. — Боюсь, Миша, что Шуйский втягивается в какое-то дерьмо, и не только семью, но и нас за собой потянет.

— Или его втягивают.

— И такой вариант возможен, — согласилась девушка.

— Делать что будем? — мне не понравилось настроение рыжей.

— А что делать? — пожала она плечами. — Сначала пройди ритуал, а потом видно будет. Возможно, мои страхи надуманны, и канцлеру до тебя совсем дела не будет, когда его сын выздоровеет.

После разговора с Луизой я вернулся к себе в комнату и ощутил потребность поговорить с Субботиным. Было бы некрасиво избавиться от него, не сказав элементарное «спасибо» за всё, что он для меня сделал. Как ни крути — без помощи майора моя душа давно бы витала в горних высях и беседовала с душой пропавшего дяди Коли.

— Мне было интересно с тобой, Мишка, — тут же откликнулся Субботин, стоило чуть-чуть подумать о тёзке, прячущемся в глубинах моего сознания. — На удивление ты оказался вполне адекватным парнем, образованным и приятным в общении. Ну и самое главное: не ссыкуном. Помнишь тот случай в ресторане?

— В «Европе»? — я усмехнулся. Разве такое забудешь?

— Ага, в ней. Больше всего я боялся, что ты расколешься, выложишь всё перед отцом и следователем о некой сущности, завладевшей твоим телом. Но ты пересилил себя, никому не дал копаться в душе, извлечь меня оттуда, — Субботин говорил тихо, но я его прекрасно слышал, сидя на кровати со скрещёнными ногами. Медитация помогала настроиться на завтрашний ритуал.

— Я боялся, что меня сумасшедшим посчитают, — признался в ответ. — О случаях подселения чужой сущности давненько никто не слышал. Так что вероятность попасть в скорбный дом была очень высокой. Поэтому и молчал. А потом понял, какую выгоду