Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

– Живой, – отозвался студент.

– Ну, тогда вы можете заняться делом, а я просто тихонько посижу тут, чтобы вы ни о чем не сговаривались, – сказал Крей и забрался с ногами на роскошный диван.

Линт опасливо на него покосился, и Скай ободряюще улыбнулся студенту, предложив стакан взвара. На голодный желудок волшебникам думалось плохо. Скай, впрочем, не был уверен, что ему действительно нужно думать. Сейчас просто надо протянуть время, чтобы Ник привел подмогу. До восстановления Змея дело дойти наверняка не успеет. Но Линта нужно было успокоить, да и Крею нельзя давать ни малейшего повода для подозрений. Ская и Линта он вряд ли тронет, а вот Питу и тем более Мансу может не поздоровиться.

Внизу открылась и захлопнулась тяжелая дверь. Ник поморщился. Из подвала тянуло нежитью. К счастью, не призраками, которых травник по старой памяти терпеть не мог, а самыми что ни есть обычными ходячими мертвецами. Смердели они не только на тонком, ощутимом лишь для волшебников уровне, но и вполне обычным разложением. Зачем держать такую гадость в подвале, Ник понять не мог. Если для обычного покойника в бочке у лавочника имелось вполне разумное объяснение, то для неупокоенных в подвале роскошного особняка очевидных причин не нашлось. Уж склеп-то тут должен быть. Почему не запереть беспокойных покойников хотя бы там?

Ник успел уже подумать, что причина может быть из числа тех, что даже и представлять не хочется, чтобы не испортить сон и аппетит. Но именно аппетит и подсказал догадку. Доставшаяся от Лешего сверхъестественная тяга к чужому страху и страданиям. Он чувствовал их даже сквозь толщу пола. Мертвецы не боятся. Нечисть тоже. Одного жреца для такой силы чувств недостаточно, да и зашел он туда только что. Внезапный испуг от долгого выматывающего страха Леший отличал. Этот страх был долгим и безнадежным. А значит, в подвале находятся другие живые люди. Пленники, которых сторожат или запугивают ходячие покойники. Ник подумал о Пите. Бравый кучер мало чего боялся в этой жизни, но вот оживших мертвецов заметно опасался. Если его заперли с ними в подвале…

«Прячься!» – рявкнул Голос.

Ник прильнул к стене, становясь незаметным, и тут только вообще понял, что стал видимым. И когда он успел достать нож, травник тоже никак не мог припомнить.

По коридору протопали уже надоевшие бородачи. Миновали лестницу в подвал и скрылись в дальней комнате. Ник проводил их взглядом и направился туда, откуда они пришли. Раз Линта с ними нет, значит, стоит его отыскать. Соваться в подвал, пока там шаам со своей нечистью, было слишком рискованно. Да и от нежити стоит вооружиться чем-нибудь потяжелее ножа. Живого мертвеца можно уложить обратно, оттяпав ему голову. Или хотя бы перебить хребет, чтобы не мог двигаться. Для такого дела неплохо бы где-нибудь раздобыть топор. Вот только где его возьмешь в таком домище? Тут, наверное, проще отыскать какую-нибудь оружейную залу с древними алебардами, чем обычный колун. Впрочем, алебарда тоже сгодится, хоть с ней может оказаться не так легко управиться в тесном подвале. Но от лишнего внимания нежити Ника защитит выданный когда-то Скаем амулет, а уж со спины попасть неповоротливому покойнику по шее он как-нибудь да сумеет.

Как и на втором этаже, в большинстве комнат на первом оказалось безлюдно. Оружейная пока не попадалась, но нашлась столовая с роскошным столом примерно с речную баржу размерами. Буфетная с резной дубовой мебелью и сверкающими позолотой тарелками. Несколько запертых дверей, трогать которые Ник не рискнул. Умением Ская совладать с любыми замками травник пока не овладел. Мог бы одолеть простенький замочек, но не быстро и не бесшумно. К тому же комнаты за дверями уже даже следов человеческих чувств не хранили, а значит, пустовали давненько. Наконец травник замер в нерешительности перед огромной двустворчатой дверью. За ней, кажется, сейчас тоже никого не было. Но страх, боль и волшебство словно бы пропитали двери и комнату за ними. Ник поежился, присел и заглянул в замочную скважину.

Состояние Линта Скаю совсем не нравилось. Обычно жизнерадостный студент был бледен и на Крея косился с откровенным ужасом. Ничего удивительного в этом, конечно же, не было. Наверняка ему уже тоже наглядно продемонстрировали опасных питомцев шаамского жреца. Может быть, даже более наглядно, чем Скаю. В каком-то смысле Пита сейчас защищала репутация, которую Скай заработал в совсем юные годы: спокойный, даже ленивый, волшебник становился крайне упрямым, а порой и злобным, если на него давить. А уж когда обижали друзей, вовсе уподоблялся аргассийскому лесному зверю росомахе, зверюге настырной, кровожадной и мстительной. На деле характер у Ская уже давно стал много мягче, но Крей-то помнил его именно таким. И, если синяя змеюка ему действительно нужна, до окончания работы он старого приятеля злить не станет. На Линта же эта защита не распространялась. Похоже, об их со Скаем знакомстве Крей действительно узнал лишь сегодня. Глядя на нервного студента, Скай вспомнил, как, говоря о сообщнике, смотритель Ганн поморщился: «Ну и мучить людей ему нравилось, не без того». Тогда он не поверил старому злодею, но вот теперь верил безоговорочно. Не только он изменился за прошедшие годы.

Замочная скважина оказалась узкой, и разглядеть сквозь нее хоть что-то Нику не удалось. Только огромное окно с шикарной розовой портьерой на противоположной стороне комнаты. Слух и чутье тоже ничего нового не подсказали. Что ж, придется двигаться дальше. А в эту комнату, или, скорее всего, залу, можно будет заглянуть и с улицы. Волшебство за дверью казалось смутно знакомым, но понять, что это, все никак не удавалось. Ник понимал только, что воспоминание тревожит и злит. Он неслышно поднялся и направился по коридору.

За поворотом нашлась еще одна двустворчатая дверь, почти не уступавшая по роскоши дверям залы. И за ней Ник наконец-то почувствовал тех, кого искал. Страх и отчаяние Линта он уже попросту узнал. Теперь к нему подмешивалась надежда, но совсем-совсем слабенькая, почти незаметная. Лешему чувства студента были по вкусу, травника же расстраивали. Впрочем, страх с нотками надежды – гораздо лучше, чем смертный ужас. Прямо сейчас Линта, очевидно, никто не обижал. Уже неплохо, учитывая все обстоятельства. Второй человек, находящийся ближе всех к двери, испытывал нетерпение, раздражение, смутные опасения и вполне внятное самодовольство. Похититель? Третьим человеком был Скай. Как он это понял, Ник ни за что не смог бы объяснить, но ни малейших сомнений у него не возникло. Волшебник был почти не испуган. Обеспокоен, разозлен,