Искра Свободы 3 - Александр Нова

class="p1">— Тебя послушать, так выйдет, что и Владыка — артефакт. Только очень большой, — пробормотал охотник явную ересь. Услышавшая его, Селена нахмурилась, а Лира промолчала — девочка явно находилась под впечатлением от находки.

Меня же вопросы теологии занимали мало. А вот прикладная инженерия — очень даже. Учитывая размеры Чаши, вряд ли она питалась от аккумуляторов. Заряжать такое неудобно. Кроме того, храм открыт сутки напролёт, «регламентные работы» у церковников не предусмотрены. Значит, запитывали от хромокваркона. Осталось только выяснить, куда тут заливать топливо. И где это топливо взять.

— Лира, найди в рюкзаке «Нагреватель (F)», — попросил я.

Мне не хотелось обратно вылезать в коридор, где мы оставили свои вещи, да и ребёнка нужно чем-то занять, чтобы вывести из созерцательного состояния. Лира среагировала не сразу, мне пришлось повторить просьбу, но, наконец, артефакт оказался у меня в руках, и я повернулся к Лису.

— Как его заправляют, знаешь?

— Откуда? Дорогая штука, — ответил охотник.

— Я знаю, — Селена подошла и указала на едва заметное отверстие в торце артефакта. — Вот сюда нужно чем-то тонким и длинным нажать, и выскочит цилиндр. Внутри него хромокваркон. Такие цилиндры можно в Церкви купить или заправить.

Селена перехватила мой вопросительный взгляд и пояснила.

— У меня дома такой был, — при упоминании дома лицо де Сен-Валери помрачнело, но она всё же закончила. — Мясо на нём жарилось лучше любого огня. Но одного цилиндра хватало на год-полтора, поэтому дома у нас всегда держали про запас ещё один.

— Питающего цилиндра? — переспросил я, найдя подходящее слово в местном языке, добавил: — Может «картриджа»?

— Так только церковники говорят. Да и то не все, — отмахнулась Селена.

Я попросил Лиру передать мне рюкзак и достал из него швейную иглу, длинную и достаточно толстую, чтобы она не погнулась. Потом вставил иглу в углубление в торце «Нагревателя (F)» и надавил. Послышался тихий щелчок, и цилиндр медленно выехал наружу. Диаметром сантиметра в четыре, длиной около десяти. Тёплый на ощупь, несмотря на прохладу зала. Система определила его сразу:

Обнаружен артефакт «Средний топливный картридж». Подключение не поддерживается. Остаток хромокваркона: 100 %.

— Хм… — пробормотал я, вертя цилиндр в пальцах. — Раз есть средний, то должен быть и большой и малый. А где такое разделение, там и стандартизация и унификация.

Я подкинул топливный картридж в руке.

— Может мы и запустим Чашу. Если, конечно, там не используются большие картриджи.

Я забрался на гладкую поверхность Чаши, и после внимательного осмотра нашёл едва заметную прямоугольную панель: блок из шести одинаковых отверстий, расположенных в два ряда. Все отверстия такие же, как в «Нагревателе (F)». Я провёл пальцами по металлу, смахивая вековую пыль.

Первый цилиндр поддался не сразу. Пришлось вставить иглу глубже, покачать, надавить с усилием. Раздался сухой скрежет — будто что-то заржавело внутри паза. Я надавил сильнее. Цилиндр вышел с противным звуком. Система выдала:

Обнаружен артефакт «Средний топливный картридж». Подключение не поддерживается. Остаток хромокваркона: 0 %.

Название совпадало полностью. Визуальное сравнение также подтвердило, что мой цилиндр и тот, что я вытащил из Чаши, идентичны.

Я продолжил извлекать картриджи. Каждый последующий выходил всё тяжелее. Пятый потребовал уже двух рук и новой иглы — моя согнулась от нагрузки.

За спиной едва слышно под подошвой скрипнул камень. Я оглянулся. Лира всё-таки забралась в зал. Она перелазила через заклинившую дверь неуверенно, словно ждала разрешения у самой Чаши, и остановилась у стены. Девочка смотрела на цилиндры, которые я вытаскивал один за другим, так, будто я разбирал не артефакт, а чьи-то древние кости.

Шестой картридж и вовсе застрял намертво. Пришлось использовать кинжал как рычаг, аккуратно, чтобы не повредить паз.

Лира тихо втянула воздух сквозь зубы. Я замер на секунду.

— Они выглядят прочными, сломать не должен, — сказал я, не оборачиваясь.

Девочка ничего не ответила. Но я краем глаза видел, как она почти незаметно кивнула. То ли мне, то ли самой себе.

Когда цилиндр наконец выскочил, я вытер пот со лба. Вроде всё цело. Все шесть цилиндров оказались пустыми. Мёртвыми, как и всё здесь.

— Лис, посвети сюда.

Охотник подошёл ближе, поднял «Осветитель (F)». Я придирчиво осмотрел цилиндры и гнёзда для них. Ни следа коррозии или пыли внутри Чаши. Только налёт на ободке цилиндров. Тщательно протёр внутренности каждого гнезда сухой тряпкой.

После чего взял заряженный цилиндр и вставил в первое гнездо. Он вошёл легко, с тихим щелчком. Лира вздрогнула, но с места не сдвинулась. Только прижалась плечом к стене сильнее, будто боялась, что Чаша сейчас проснётся.

Не проснулась.

Я выждал минут пять и, не обнаружив никаких изменений, вставил в оставшиеся пять гнёзд пустые картриджи. Может, механизм требовал полной комплектации. А может, я не хотел оставлять зияющие отверстия в священном, по мнению Лиры, предмете. Не знаю, но мне показалось, что так правильно.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом на поверхности Чаши, чуть выше блока слотов, вспыхнула руна — красный мигающий круг, размером с ладонь. Он пульсировал медленно, неровно, натужно. Мы замерли. Даже Лис перестал дышать.

Прошла примерно минута. Красный круг погас. На его месте появилось зелёное кольцо. Он горел ровно и спокойно. И начал медленно заполняться, как круговая диаграмма. Эта пиктограмма явно отображала прогресс какого-то процесса. Может, загрузки, а может, внутренней диагностики. Я не знал.

Но вот что было очевидно — так это медленность процесса. Я прикинул на глаз: полная загрузка займёт часа два.

— Ну, что-то заработало, — произнёс я. Голос прозвучал хрипло. — Что именно, узнаем через пару часов. Надеюсь, что узнаем. Если оно не попросит что-нибудь ещё для своего запуска.

Селена смотрела на зелёную руну так, будто видела, как воскресает давно умерший бог. Или дьявол. Лис молчал, но я видел его напряжение: всё происходящее было ему непонятно, поэтому и беспокоило.

А Лира… Лира стояла, прижавшись к стене. Огромные ярко-бирюзовые глаза смотрели уже не на Чашу. Они смотрели на меня. И я совершенно не понимал, что в них за эмоции. Вера, страх, надежда, обида — всё сразу, как если бы внутри ребёнка поднялась буря, а наружу ей запретили выходить.

Лис подошёл и осторожно положил руку мне на плечо.

— Командир, давай покинем это место, — напряжённо попросил он. — Мне в этом зале не нравится. И Чаша эта не нравится.

Беспокойство охотника я не разделял, но тем не менее кивнул, не раздумывая.

— Согласен. В коридоре воздух свежее. Да и поесть было бы неплохо. Полдня тут уже возимся.

Охотник выбрался из зала первым, а Лира — последней. Девочка задержалась буквально на минуту, но всё