Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

– Нет, покорно позвольте им схватить вас. Не нужно сопротивляться, не нужно пытаться сбежать.

– Разве герои так поступают? – Юйвэнь Кай не мог примириться с этим.

– Необязательно трагически гибнуть в смертельной схватке, чтобы стать героем. Зачастую героями становятся те, кто просто удачливее остальных, вот и все. Этот титул не такой непостижимый и не настолько чудесный. Каких-то героев создает время, других создает судьба, – улыбнулся Цяньмин, говоря недоступные для понимания Юйвэнь Кая вещи.

– Как ты считаешь, каков шанс на успех? – Юйвэнь Кай все еще не мог успокоиться, он впервые рисковал в одиночку – прежде у него всегда была поддержка отца, помощь старшего брата.

– Ни к чему тут прикидывать. С таким неуверенным подходом, как у тебя, дело точно не выгорит.

– Чушь! Если бы дело касалось жизни и смерти твоей семьи, ты бы рискнул? – Юйвэнь Кай не мог примириться – перед лицом опасности он дрожит и малодушничает, славное имя мужчин рода Юйвэнь не может быть им опозорено! – Говоря по правде, я действительно не хочу умирать и не хочу, чтобы матушка, старший брат и старшая матушка умирали…

Юйвэнь Кай открыл Цяньмину душу, признался, что он трус.

– Будет тебе, братец Кай. Ты не ребенок, ты взрослый, а взрослые должны принимать ответственность и испытания на себя. Нельзя действовать и рисковать, только когда за спиной раздаются одобрительные крики и рукоплескания! Нет. Взрослые действуют, даже если их никто не поддерживает, никто не одобряет и у них ничего нет – они готовы справиться со всем в одиночку! – Цяньмин не отличался терпеливостью.

– Я впервые в такой ситуации, неужели ты не можешь войти в мое положение, понять мою слабость, поддержать меня? – раздраженно заспорил Юйвэнь Кай, мускулы на его лице задрожали.

– Только впервые преодолев себя, ты сможешь стать настоящим благородным мужем, это будет истинный героизм! Новый день – новая жизнь!

Настойчивость Цяньмина подбодрила Юйвэнь Кая, слова друга укрепили его уверенность, неведомым образом придали ему сил. С наступлением ночи он переоделся в заключенного и в сопровождении подкупленного тюремщика пробрался в тюрьму. Сердце Юйвэнь Кая трепетало, когда он, как по тонкому льду, аккуратно шел по тюремным коридорам, похожим на адские подземелья, пока наконец не добрался до камеры, где был заключен Юйвэнь Сюн.

Здесь было темно, лишь у потолка располагалось небольшое отверстие, через которое с трудом пробивался тусклый свет. Тут он увидел и своего старшего брата. Надменный, горделивый Бог войны сейчас был похож на живой труп, отданный врагам на поругание. Совершенно ослабленный, он лежал в зловонном и испачканном помоями углу. От этой картины сердце Юйвэнь Кая словно пронзили миллионы стрел. Он ползком подобрался поближе, похлопал брата по плечу и тихим голосом позвал его:

– Брат, это я.

Юйвэнь Сюн вдруг резко перевернулся, обратившись к нему перемазанным грязью лицом, вскочил на ноги и яростно забранился:

– Прочь! Мне нужен мой драгоценный меч. Я Бог войны! Куда вы дели мой драгоценный меч?

Неужели брат сломался под пытками и сошел с ума? Юйвэнь Кай сдержал слезы, отер глаза. Все-таки его брат – Бог войны, прошедший через множество жестоких сражений, не может быть, чтобы он не вынес этого испытания.

– Какой еще Бог войны? Пройдет пара недель, и тебя зарежут, как свинью на скотобойне! Драгоценный меч теперь у меня – я так погляжу, за него несколько десятков лянов серебра отсыпать могут! – грубо гоготнул охранник за дверью камеры и постучал по ножнам, заносчиво скаля зубы.

– Верни его мне! Тьфу, да ты не человек даже, ты пес, свинья последняя, а думаешь, что имеешь право носить драгоценный меч Бога войны? – Юйвэнь Сюн неожиданно вскочил на ноги, но из-за оков на руках и ногах потерял равновесие и плюхнулся у самой решетки камеры, разразившись проклятиями.

Тюремщик уставился на Юйвэнь Сюна. Он смотрел на него, точно на дикого тигра в клетке – на вид грозный, но на деле бояться нечего.

– Раз смелый такой – так поди отними! Ты же Бог войны, не имеющий себе равных во всей Поднебесной? Ха-ха-ха, да посмотри на себя сейчас – вареная курица, и ничего больше. Это ты не имеешь права называться Богом войны!

От унижений тюремщика Юйвэнь Сюн пришел в бешенство и завопил во все горло. Тут Юйвэнь Каю неожиданно пришла мысль, он тоже плюхнулся перед решеткой и бросил тюремщику вызов:

– А я погляжу, ты мужик сильный, отваги хоть отбавляй! Так открой-ка дверь, слабо один на один с ним выйти?

– Один на один? Как мы тут поединок устроим? – тюремщик смутился и медленно попятился. Юйвэнь Кай понял, что перед ним типичный колосс на глиняных ногах.

– Ох, да мы же в тюрьме, в конце-то концов! Нам не сбежать в любом случае, не вырастут же у нас крылья. Неужели ты признаешь поражение? Ну раз так – тогда отдавай меч законному владельцу!

– Хорошо, хотите бой – будет вам. Но с условием – ему нельзя снимать кандалы, он будет в оковах сражаться! – поспешно ответил тюремщик. Крики и насмешки других любопытных заключенных раззадорили его.

– Негодяй! И ты туда же, с Богом войны решил силами помериться? Да даже я ему не ровня, а у тебя, видимо, совсем мозгов нет?

Вдруг как из ниоткуда появился гигант, похожий на железную башню, в его руке полыхал факел. Это был тюремщик по прозвищу Слон. Он был хорош в боевых искусствах, но из-за низкого происхождения смог получить лишь должность простого тюремщика, следящего за смертниками. Когда Юйвэнь Сюн только попал в тюрьму, Слон захотел сразиться с Богом войны один на один. Он думал, что легко сможет побороть его и таким образом прославиться, но только орешек оказался крепче его зубов. Бой длился целую ночь, итогом изнуряющего сражения стала победа Юйвэнь Сюна, орудовавшего своим драгоценным мечом. После этого Слон стал намного почтительнее относиться к нему.

– Братец, возвращаю твой меч. Только даже не мечтай сбежать из тюрьмы! – Слон обнажил по-волчьи острые зубы и оглушительно расхохотался, словно в него нечисть вселилась.

Вся тюрьма вновь погрузилась в гробовую тишину.

Глава 52

Чжэн Ми: Пир летнего солнцестояния

Теплое солнце четвертого лунного месяца отбрасывало тени платанов на кирпично-красные стены Дворца Долгой Осени. Опытные служанки сообщили Чжэн Ми, что это самый роскошный дворец императорского двора, только самая любимая супруга его величества получала право жить здесь.

В изначальные планы Чжэн Ми вовсе не входило такое