Млечный Путь, 21 век, номер 3(56), 2026 - Наталья Бахтина

Космический корабль начал вгрызаться в атмосферу Венеры. Плавники-крылья были приведены в движение давлением газа снаружи.

Теперь, когда долгое ожидание закончилось, экипаж стал действовать рационально и активно. Это были критические моменты. Харрисон, старший пилот, взял управление на себя.

– Вот и всё, ребята, – прорычал он. – Для этого мы и пришли.

Они следили за указателем скорости – вниз, вниз, всё время вниз. Когда скорость уменьшилась до половины первоначального значения, они с торжеством поняли, что остальное легко. Теперь это был всего лишь вопрос нескольких минут.

Они снизили скорость до крейсерской – тысяча двести миль в час. Харрисон отрегулировал мощные двигатели – для поддержания постоянной скорости требовалось лишь немного больше, чем для холостого хода, поскольку корабль теперь поддерживался аэродинамической подъёмной силой газов, сквозь которые он двигался, как обычный самолёт.

Облака внизу казались фантастически яркими, гораздо ярче земных. Радиовысотомер показывал, что они находятся в пятнадцати милях над поверхностью планеты. Харрисон плавно перевёл корабль в режим снижения.

Тринадцать миль… Одиннадцать миль… Корабль вошел в облака. Теперь все взгляды были устремлены на высотомер. Дэйв точно знал, о чём думают остальные: «Моли Христа, чтобы всё было в порядке». Он заметил, что термометр показывает снаружи минус 75°C – корабль, должно быть, всё ещё высоко над поверхностью. Высотомер был в порядке.

Интенсивность света медленно уменьшалась. Высота девять миль. На высоте семи миль они внезапно вышли из ослепительно белой стены облаков и обнаружили, что всё вокруг фантастически похоже на Землю: голубое свечение внизу, вызванное молекулярным рассеянием, сплошные облака далеко внизу, вероятно, водяные облака, лежащие над океаном. Однако была одна странность. Свет был примерно таким же ярким, как ясный солнечный день на Земле. Но здесь солнца не было видно: оно было скрыто облаками углекислого газа над ними.

Команда ликовала. Они кричали и хлопали друг друга по спине. В этом не было ничего особенного, как не было ничего особенного в том, что им ещё предстояло сделать. Оставалось лишь несколько раз облететь этот маленький аквариум. А потом снова в космос, обратно на Землю, обратно к славе – да, обратно к СЛАВЕ в ярком свете, брат. Человек, с тех пор как он был Человеком, смотрел на небо, смотрел на Венеру – Утреннюю Звезду. Но они, Дэйв Джонсон и компания, были первыми, кто увидел Венеру вблизи – они пришли, чтобы забрать богиню себе. Восторженно они смотрели на облака внизу. Что они скрывали?

Два часа спустя они обнаружили первые просветы в облаках. Они увидели проблеск моря и закричали, хваля учёных. Эти мерзавцы всё-таки оказались правы. Но одно дело – излагать теорию в безопасной аудитории, и совсем другое – пересечь бездну космоса, сорок миллионов миль, ради всего святого.

Когда они достигли тёмной стороны планеты, нижние облака поредели и наконец исчезли. В вечернем свете они увидели внизу огромный, казалось, бескрайний океан.

Пересечение тёмной зоны заняло чуть больше пяти часов. Затем, спустя два часа после достижения освещённой рассветом части планеты, они снова оказались над открытым океаном. По мере приближения к подсолнечным областям последовали более низкие облака с редкими разрывами.

После первого витка полёт стал откровенно скучным. Им хотелось опустить корабль ниже, но строгие инструкции предписывали оставаться на высоте выше двадцати пяти тысяч футов. Ниже плотность атмосферы считалась слишком большой для успешного взлёта. И поскольку они не знали точно, когда наступит момент взлёта, никто не испытывал искушения рискнуть и спуститься в океан.

Когда после третьего витка наконец прозвучал сигнал к взлёту, никто из них не пожалел. Это означало, что у них было пятнадцать минут, чтобы пристегнуться, пятнадцать минут до того, как обжигающее ускорение ударит по их телам, пятнадцать минут до того, как они смогут продолжить путь.

Секунды тикали, незаметно растягиваясь в минуты. Дэйв Джонсон задумался, осмелится ли он взглянуть на часы. Но передумал. Он решил, что его чувство времени сошло с ума. С бьющимися сердцами они ждали. Ждали, прислушиваясь к мурлыканью моторов. Долгое время они напряжённо ждали, прежде чем кто-то из них заговорил. Иолантис сказал:

– Я посмотрю, ребята.

Они слышали, как он двигается. Если моторы запустятся сейчас, Криса буквально разнесёт вдребезги.

– Тридцать одна минута, – услышали они его бормотание. Затем Ио-лантис в ужасе закричал. Они нашли его у главного иллюминатора. Корабль летел над прозрачным океаном. Они видели, как разбиваются волны, возможно, в пяти тысячах футов внизу. Харрисон был смертельно бледным.

– Управление заблокировано, – прошептал он. – На Земле, должно быть, сошли с ума. Мы снижаемся.

Быстрая или медленная смерть? Если они отправятся туда вместе с кораблём, то мгновенно упадут на дно океана. Если они запустят спасательную капсулу, то, вероятно, какое-то время будут в порядке. Если океан – вода, капсула будет плавать. Возможно, они продержатся неделю или две. Но в конечном итоге всё будет точно так же. У них было около пяти минут, чтобы принять решение.

Может, у них ещё было время связаться с Землёй? Моли Бога, чтобы Земля успела переключить управление в самый последний момент…

***

Агент 38 наблюдал за падением НЛО. Он увидел, как от него отделился небольшой объект – капсула, прикрепленная к парашюту. Как только он нашел нужный диапазон волн и правильный код, сбить НЛО стало почти до абсурда легко. Ликуя, Агент 38 бороздил море своим огромным, похожим на кита, телом, а огромный передатчик в его голове посылал в воду электрические импульсы.

В воде было очень мало соли, и его сигналы распространялись на большие расстояния. Другие принимали их и быстро приходили ему на помощь. Из-за вечной высокой облачности Агент 38 никогда не видел ничего за пределами своей планеты. Методично и быстро исследуя воду, он с радостью размышлял о том, какие странные вещи найдет внутри капсулы.

Фред ХОЙЛ

МАГНИТОСФЕРА{7}

Фрэнсис Чарльз Леннокс Певенси, третий сын четырнадцатого графа Байфорда, с детства был могучим, как бык. В возрасте двенадцати лет, вернувшись домой на каникулы из подготовительной школы, он вызвал отца на дружеский борцовский поединок. В результате четырнадцатый граф попал в медвежьи объятия сына и сломал себе пару рёбер – рёбра, по сути, разлетелись, словно в них попала пуля. К счастью, юный Пев обладал уравновешенным характером, поэтому подобные инциденты случались довольно редко.

Успехи Пева в других