Удар скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

— Чист, но обременён семьёй, и ради её благополучия может пойти на многое.

Будимир вздохнул про себя. Его собственная супруга отличалась покладистым характером, а потомство ограничивалось годовалой дочкой, но получать хотелось всё равно побольше.

На пятый день после преступления грустные мысли о семейном бюджете усугубила тоскливая рутина заходящего в тупик расследования. Биографии убитых офицеров, их семьи, связи и направления работы были просмотрены под лупой и просеяны в сите — ничего! Самым подходящим кандидатом казался старший лейтенант Антал Грабар. Во-первых, незадолго до смерти вернулся из командировки на Невриду. Во-вторых, сам родился там, являясь на три четверти хонорцем, на четверть джалнутом и, по джалнутской линии, троюродным племянником начальника своего отдела полковника Шефката Чарчани. Собственно, дядя его в генштаб и пристроил.

Заметь нечто неположенное кто-то другой из пяти, написал бы докладную, но таковых не обнаружено. Значит, можно предположить, что юный Антал пошёл к дяде, тот успокоил родственника, обещал во всём разобраться, а сам сообщил, что племянничек слишком много знает… Логично и вполне возможно. Только что именно он узнал?

Вернувшись с Невриды, убитый две ладони составлял сводную ведомость имущества, передаваемого с армейских складов в хранилища народного ополчения. Подписав соглашение с Лигой о взаимном сокращении армии и флота, товарищ Грдамич надул партнёров. Часть сокращённых пошла в структуры, формально к вооружённым силам не относящиеся. Самые отборные громилы, прежде всего из десантников — в республиканские милицейские спецназы: вендский «Медведь», хонорскую «Рысь», тогтарейский «Волкодав» и невридскую «Кобру». Большинство прочих — в ополчение, которое в мирное время подчиняется властям республик, и лишь в военное — министерству обороны. Задачи ополченцев известны: защищать города и другие важные объекты от вражеского вторжения до подхода регулярных частей. В случае оккупации территории — переходить к партизанской войне.

Сокол в очередной раз уставился на фотокопию командировочного отчёта. Грабар летал разбираться с передачей ополченцам сапог, котелков, ремней, гимнастёрок и прочего армейского снаряжения. Разобрался и пожаловался в записке на недостачу имущества на складах, нарушения его хранения и прочий традиционный бардак. В воровстве никого не обвинял, да и, похоже, если интенданты и крали, то по мелочам — не потому, что совесть проснулась, а просто спрос на военное шмотьё невелик. Помимо прочего, вскользь упомянул о перемене границ территориальных округов ополчения. Раньше они совпадали с армейскими, а теперь нарезаны по-новому, и непонятно: какой склад минобороны в какое хранилище ополчения должен свои излишки отправлять?

Так и есть: вот новый план территориальных округов, который использовал Грабар. На нём плавающий в океане огромный калач единственного материка Невриды. Округов теперь стало двенадцать. Один охватывает половину побережья внутреннего Пелсанского моря и перемычку между ним и океаном. Второй отделяет остальное побережье от соседних районов, три сдвинуты к крайнему северу, один к югу, остальные шесть занимают центр толстой стороны «калача» вместе с Самватаром…

— Знакомая картинка, — заметил глянувший через плечо Ивчев. — Я видел такую у своего среднего.

— В школах теперь изучают документы генштаба? — удивился Сокол.

— Нет… Но очень похоже… — Капитан задумался и внезапно хлопнул себя по лбу: — Вспомнил! Мы с пацаном историю зубрили, и у него в учебнике карта расселения народов Невриды. Новые территориальные округа повторяют её один в один: вот эти два вокруг моря — хонорские, и в одном ещё альрамейский район. Четыре северных и южных — вендские, остальные джалнутские. Не понимаю, для чего их нарезали именно так, зато наш старлей тут явно увидел что-то нехорошее.

Липкая влажная духота, подобно огромной перине, придавила майора Сокола к плетёной циновке на палубе старенького катера. Пока судёнышко шло посередине широкой Вальбоны, было ещё терпимо, но когда свернули в её узкий приток, а громадные деревья над речушкой сомкнулись, подобно стенам тоннеля — разверзлась настоящая преисподняя! Только вместо чертей и прочих прислужников Тарантоса в ней обитали неисчислимые полчища летучих кровососов. Одни тоненько и противно пищали, другие басовито и победно гудели, и все вместе неутомимо пикировали на свежее столичное мясо.

Небесный корабль в Химару, крошечный городишко в джунглях центральной Невриды, летал из центра провинции Саранда раз в девять дней. Пришлось плыть катером, который, стартовав на рассвете, должен был дойти за день. Сокол попытался скрыться в каюте и тут же выскочил обратно — металлические стены раскалились так, что дышать внутри было невозможно. То ли дело Самватар, где моросит осенний дождичек, а в недавно покинутой приёмной завода «Новое измерение» бывшего капитана III ранга Велемира Доневича всегда в меру тепло и прохладно!

Доневича предложил привлечь к расследованию партнёр Велемира, ранее завербованный гэбистом капитан III ранга Воислав Гверо. Кроме изготовления шкал для манометров и спидометров, два капитана успешно торговали армейскими излишками. Кому, как не им, понять: что такое смертельно опасное обнаружил в интендантских документах расстрелянный штабной лейтенант?

— Уже совсем скоро, товарищ майор! — на чёрной физиономии старшего лейтенанта Нестера Керенджи ободряюще блеснули белоснежные зубы. — Ещё часик, и мы дома!

Про «часик» начальник отдела госбезопасности Химары бодро рапортовал уже третий раз, и столичному визитёру казалось, что над ним издеваются. Хотя все законы гостеприимства младший коллега соблюдал безупречно. Соколу вручили большую бутылку тепловатой водицы, намазали вонючей жидкостью от насекомых и заботливо накрыли от них же марлевой простынёй. Более того: сообщив, что крылатые кровопийцы джунглей — ничто по сравнению с грозными клопами единственной химарской гостиницы, Керенджи настоял, чтобы Будимир остановился у него. Благо семейный дом большой — места хватит.

В командировки на Невриду майор ездил много раз, но у самого экватора оказался впервые и проклял день, когда боги творили это жуткое место. В здешнем воздухе, кажется, можно плавать, а потом и свариться, словно яйцо в кипятке! Теперь понятно, почему Дракан Могучий не вырезал чёрных подчистую и не изгнал их на Джалну, а его преемники поощряли переселенцев оттуда: венды в зелёном кошмаре не выживут. Зато джалнуты прекрасно прижились, выращивают и овощи с фруктами, и рис, а при Кордиче и каучуковые плантации появились. Правда, в последние годы фрукты всё чаще с червячьей отравой везут, да и плодятся джалнуты, как кролики, постепенно переселяясь в города. За последнее столетие население Невриды выросло вдвое, а этих стало вчетверо больше!

— Приехали! Отдохнёте с дороги или сразу идём к Байрами?

Лейтенанту и жара нипочём, и крылатая нечисть не берёт. Сейчас бы искупаться, хлебнуть холодненького и вздремнуть до вечера, но не выставлять же себя перед местными раскисшим от духоты слабаком!

— Сразу! Только переоденусь. У вас тут поплавать можно?

Керенджи бодро доложил, что речные пиявки ещё