Костер и Саламандра. Книга 3 - Максим Андреевич Далин

– Потому что они… уже в мире целиком… – еле выговорил он. – Защита… не нужна… потому что их ведь держит договор.

– То есть обращается только тот, кто заключал договор? Ты, значит, сейчас пытался их на меня навести, да?

Он изменился в лице:

– Нет! Нет! Просто… я не подумал! Весь ближний круг – с личными договорами, а те, кто попроще, заклинают именем старших!

– И как тебя зовут?

– Индар из дома Сирени, только это вам не надо, леди: я уже мёртвый, хуже того – я нарушил договор. Лучше вы сами…

– Договор с ними заключить? Ха! Ладно, я поняла.

– Вы отпустите меня, леди Карла? – спросил Индар, заглядывая мне в лицо.

Ну да, гончие уже теряли терпение. Намекали мне: тени сгущались в углах, тёмные теневые щупальца змеились уже на ладонь от стен. Индар взглянул на них – и снова грохнулся на колени, взмолился:

– Скорее, леди Карла, пожалуйста, скорее! Я чувствую, Хаэла уже послала сюда… – И голос у него сорвался от дикого ужаса.

– А почему у тебя следов порезов на запястьях нет?

– Я резал ладони! – выкрикнул он. Всё, уже паника. – Вот так!

И показал, как резал, клал ладонь на звезду – руки тряслись, губы тряслись.

– Что мне ещё сказать, леди Карла?

– Если сделаю – все придут? – спросила я.

Индар замотал головой:

– Нет! Только те, что на хуторе! Остальным надо приказывать через зеркало, свечу и козью кровь!

А щупальца уже тянулись к его ногам – и, похоже, он чувствовал их приближение. Может, как боль, потому что просто не знал, куда деваться.

– Леди Карла, я вас умоляю! Заклинаю всем, что для вас свято! Может, вам нужно золото? Деньги? Вот, смотрите, вот – отправите серого, вот заговор, серый вам доставит из моего…

– Да заткнись ты! – рявкнула я. – Лучше покажи карту мест, где оставил стражей.

Индар всхлипывал, рыдал, грыз пальцы, кусал губы – но недолго:

– Вот, в планшете. Открывается тройной звездой Серого Ключа… вы не знаете? Ах, леди милая, ну обычный ключ знаете? Вот её, тройную скобку, значок Луны здесь и значок звезды Хэлдан – внизу. Нет, алхимический значок, леди. О, бездна! Кружочек с точкой и маленький крест. Да, вот такой! Тридцатый круг, леди Карла, я вас прошу, скорее! Они уже в пути!

Карта раскрылась.

– Я всё сделал, – через силу выговорил Ин-дар.

Я сгребла со стола металлические звёзды, планшет, карандаши, пошарила глазами – и Индар немедленно показал мне небольшой рюкзак. Я закинула всё туда, добавила все закупоренные пробирки, застегнула пряжку и повесила рюкзак на одно плечо.

Индар трясся и ждал, переминаясь с ноги на ногу, будто щупальца мрака из стен жалили его.

Я снова резанула ладонь:

– Индар из дома Сирени, ты властен покинуть место своей смерти – и следовать за мной, пока на то будет моя воля, не далее чем в пяти шагах. – И протянула ему окровавленный нож. – Моя кровь – цепь для тебя.

– Как?! – ахнул он.

– А вот так, – сказала я. – Прости, конечно, но ты знаешь больше меня и будешь нам очень полезен. А я – маленькая дурочка, ещё перепутаю что-нибудь… Будешь хорошо служить – отпущу. Потом. А пока – отработаешь мне. Я, по крайней мере, не Хаэла, травить тебя гончими не буду.

Он безнадёжно шмыгнул носом – и ровно ничего больше не сказал. Нечего ему было возразить. И прекраснейшим образом мы вместе вышли во двор, а за нами, весело виляя хвостом, выскочила Тяпка.

Во дворе маялся Ильк – и радостно кинулся ко мне:

– Господи, как же вы долго, леди! Я уже Бог знает что думал! Всё в порядке?

– Прости, мэтр Ильк, – сказала я настолько ласково, насколько вообще могла. – Ты такой молодец! Ты так здорово его прикончил – лучше и быть не могло. Теперь он будет работать на нас, этот гад.

– Даже так?! – весело удивился Ильк.

– Ага. – Я хотела взять его за руку, но напугала.

– Ох, кровь?

– Это ничего, не рана, это по работе. – Ильк знал, конечно, что у некромантов бывает по работе. – Слушай меня, мэтр Ильк, братишка. Сейчас ты вернёшься к нашим. Один. И приведёшь их сюда, но предварительно предупредишь, что тут будет чокнутая Карла и табун полулошадей. Ильк, милый, я намерена вести их за вами – и натравить на стражу того места. Демонов – на демонов.

Ильк присвистнул:

– А это вообще возможно?

– Не знаю, – сказала я честно. Взглянула на Индара, еле видного в солнечном свете, потрясённого и перепуганного. – Но мне всё равно, возможно или нет. Я намерена это сделать. Ты просто предупреди Майра, что на хуторе будет Карла и будут полулошади, которых она тут дрессирует…

И всё-таки я боялась, что у меня не получится. Я задумчиво посмотрела вверх. В небе кружил дракон.

Как бы дать ему знать, что надо спуститься, подумала я – и не выдумала ничего лучше, чем запрыгать и замахать руками. Тяпка была в полном восторге, она тоже запрыгала и залаяла, а Ильк, очевидно, решил, что я уже рехнулась вконец.

А вот дракон понял. Он спустился. Я не без удовольствия отметила, что выглядит он впрямь чуть лучше: видно, правду говорят, что полёт драконов лечит.

– И почему, интересно, все люди прыгают и машут руками, когда хотят позвать с небес? – спросил он, улыбаясь.

– Серебро небесное, останься, пожалуйста, со мной, – попросила я. И объяснила ему в двух словах.

Теперь уже двое моих друзей смотрели на меня как на абсолютно сумасшедшую, которую хорошо бы связать и запереть в дурдом – только жаль, нет дурдома поблизости. Но спорить не стали. Видимо, из тех соображений, что безумцев лучше не раздражать.

Ильку ужасно не хотелось уезжать, но я настояла. Дракону я строго-настрого приказала принять свой крылатый облик и наблюдать откуда-нибудь сверху, например с крыши.

– Если что-нибудь пойдёт не так – ты должен будешь всё тут сжечь, – сказала я. – И меня, если по-другому не выйдет.

– Нет, – сказал дракон совершенно непререкаемым тоном. – Тебя я вытащу.

– Ладно. – Ну как спорить с драконом? – Вытащишь меня и сожжёшь тут всё.

Дракон кивнул и взлетел на конёк крыши.

А я приступила к самому безумному обряду в своей жизни.

Индар подошёл ко мне, когда Ильк верхом на Шкилете пропал из виду.

– Неужели вы говорили серьёзно, прекраснейшая леди Карла? – спросил он потрясённо. – Не может быть!

– Ещё как! – сказала я. – Я сделаю, а ты поможешь. И упаси тебя благие небеса от любой попытки сорвать обряд: я тебя твоим стражам скормлю сама. Ты