Межевик - Дмитрий Александрович Билик

массивная, тяжелая, точно у черепахи, такой перекусить чей-нибудь череп легче легкого. А внутренняя область глаз и вовсе была словно выщерблена, но вместе с тем не пустовала — в ней горел, изгибаясь и меняя форму, завораживающий огонь болотного оттенка.

— Дела… — только и успел вымолвить я.

Мне показалось, что либо Зверь не жалует бывших оперов, либо отрицательно относится к мужскому голосу. Так или иначе, именно единственное слово, произнесенное с момента его появления, стало своеобразным спусковым крючком. Массивное нечто кинулись на меня с явно не самыми приятными намерениями.

Нет, понятное дело, что я немного опешил в первые секунды появления. Но старого волка трудно застать врасплох. Я даже скинул с плеча «Сайгу», но не чтобы выстрелить — сейчас от нее толку было чуть — лишь бы не мешалась. И аккурат перед мордой Зверя кувырком ушел в сторону.

Конечно, трудно избегать огромного лайнера, когда ты на крохотной лодочке. Так или иначе тебя снесет поднимаемой волной. Вот и чудовищное создание задело меня своим твердым чешуйчатым телом. Не смертельно, но серьезно ободрало ногу, да и штаны в конце концов жалко. Дело даже не в том, что я бедный и несчастный, просто ужасно не люблю покупать одежду — это же надо мерить, выбирать.

Все это пронеслось в голове за считанные секунды, пока Зверь разворачивался. Подытожим — бегать от него долго не получится. Рано или поздно эта тварюга сделает из моего тела крохотный окровавленный обмылок. Тогда что? Ответа пока не было. Даже многострадальная «Сайга» здесь особо не поможет. Вряд ли эта хреновина вообще ее заметит.

Пока я соображал, а Зверь набирал крейсерскую скорость, передо мной внезапно возникла Лера. Смотрелось это скорее забавно — худенькая как тростинка девочка загородила собой здорового мужика. Вот только у рубежницы были определенные соображения на сей счет.

Понятное дело, что я не знал, как называется заклинание, которое она формировала. Я лишь насколько мог видел и чувствовал, что оно напоминает вышедший из строя ядерный реактор, который вот-вот должен был рвануть. Собственно, так и произошло. Зверь влетел в Леру и сразу бумкнуло.

По логике физического мира, это девушку должно было снести сейчас как кеглю в боулинге. Но в нашем, рубежном существовании, что забавно, все оказалось с точностью до наоборот. Потому что кегля осталась на месте, а шар полетел обратно, ломая на своем пути крохотные деревца, сбивая кору с многолетних гигантов и разворачиваясь в полете, как нечто, не имеющее костей.

Только я поверил, что мы можем разобраться с этим исчадием ада (шутка ли, Лера вон, оказывается, какая сильная), как девушка в очередной раз меня удивила. Она повернулась ко мне с лицом новичка, который по недоразумению нокаутировал чемпиона в тяжелом весе, и заорала, словно я стоял в сотне метров от нее:

— Бежим!

— Коля⁈ — попытался я найти головешку.

— На Слове уже. Бежим!

Мне два раза, ладно, три раза повторять не надо было. К тому же, Лера не собиралась долго ждать, когда я наконец соображу, что от меня требуется, и бросилась прочь первой. А я, пусть и думал дольше, чем следовало, отправился ее догонять. Почему-то оставаться в компании этого недосущества мне хотелось в самую последнюю очередь.

Зверь очухался довольно быстро и, судя по звуку, а создавалось впечатление, что за нами несется на полном ходу бульдозер, решил присоединиться к нашему импровизированному забегу за сохранение жизни.

— Быстрее! — кричала, не поворачивая головы, Лера. — Быстрее, Миша!

Если честно, наше нынешнее положение мне нравилось еще меньше, чем когда мы оказались на званом ужине у упырей. Тогда хотя бы было понятно, что стоит нам очутиться снаружи, основная опасность будет преодолена. А теперь что?

Ну вот, к примеру, куда мы бежим? Нет, понятно, что вперед. Но есть ли какая-то конечная цель нашего спринта? Спросить у Леры не получалось, с каждой секундой она все быстрее удалялась от меня. В отличие от Зверя, который, напротив, догонял. Скоро я и вовсе потерял девушку из виду. Прекрасно, просто прекрасно.

Нет, я правда пытался бежать быстрее. Вот только это походило на подбадривание рязанского физрука на уроке, который искренне верил, что пятиклашка может побить рекорд Усейна Болта. Тут одного желания мало, пусть оно у меня и было огромным.

В какой-то момент, когда я уже подумал, что Зверь вот-вот догонит меня, позади раздался оглушительный бум! Который я не мог спутать ни с чем другим. Значит, Лера опять встретилась с чудовищем. Я, не сбавляя хода обернулся и даже удивиться не успел. Девушка каким-то образом обежала нас и встала между мной и Зверем. И опять с уже известным результатом.

А после этого бросилась удирать вновь, только на этот раз не так прытко, как прежде. Скажу больше, мне даже пришлось притормозить, чтобы мы двигались в одном ритме. Короткого взгляда на ее хист хватило, чтобы понять — рубежница хорошо потратилась. И вот-вот рухнет без сил.

— Недалеко, уже недалеко, — сказала она заплетающимся языком, будто после бутылки коньяка.

Позади тяжело поднимался тот, кто, казалось, не знал слабости и усталости.

Мы бежали посреди мрачного голого леса, с промокшими от ночной влаги ногами. Деревья немыми свидетелями с ужасом взирали на эту погоню, у которой мог быть только один исход. Даже хищные птицы притихли, словно раздумывали, удастся ли им отщипнуть по кусочку от этих беглецов после трапезы основного гостя?

А мы… бежали. Пока Лера не стала спотыкаться. Раз, два, три, четыре, пять. На шестой она попросту растянулась, точнее упала, но я успел подхватить ее, взвалив на руки.

— Миша, еще немного, туда, дотерпи, — пробормотала она тоном бредящего, мотнув головой вперед.

Я мерил шагами землю. Ни о какой скорости теперь говорить не приходилось. Пытался двигаться на одном характере, на последнем издыхании. Пока внезапно Лера не дернула меня за плечо, заставляя остановиться.

— Стой. Вот теперь аккуратно здесь обойди. Понял?

— Яма, — ответил я, чувствуя, как язык прилипает к гортани. — С волчьими кольями.

— Она самая.

Вот теперь надо было действовать осторожно, хотя я уже слышал, что Зверь совсем рядом. От напряжения ноги у меня дрожали, руки тоже, оказалось, что мы не просто бежали, а явно летели, тратя хист напропалую.

Впрочем, если задуманное удастся, то есть шанс выбраться живыми. А если нет… То тут уже ничего не попишешь, мы действительно сделали все, что могли.

— А если он почувствует? — занял я исходную позицию, уже видя приближающуюся тень.

— Не почувствует, он увлечен целью, — ответила Лера, с трудом вглядываясь во тьму.

— У