Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф

искажения ци он чувствовал себя очень вяло, поэтому поправил подушку и улегся спать. Возможно, медитации в его случае помогали лучше, но он толком не умел этого делать. Он не знал основ и не понимал, на чем лучше сконцентрироваться и как что выполнять. В его состоянии это было весьма рискованно. Поэтому лучше поспать.

На следующий день Линь Ян раздобыл где-то отличного вороного коня с удобным седлом на двоих. Он не будил Цзэ Сюланя пораньше. Торопиться было некуда, и стоило дать другу отдохнуть столько, сколько тому будет нужно. Поэтому выехали из Мэйяня они после полудня.

Долететь на мечах было бы в разы быстрее, но Цзэ Сюланя сейчас к оружию не стоило подпускать. А лететь на одном мече он точно бы не согласился. Ехать на одном скакуне тоже было не очень, но полдня пути – это не совсем близко. Тело Цзэ Сюланя все еще было достаточно слабым и требовало осторожных нагрузок.

Лошадь звали Сюаньфэн[20]. Это был красивый жеребец, полностью оправдывающий свое имя. Он был крепок, и везти двоих мужчин оказалось для него ерундовой задачей.

[Вот это лошадка, конечно. Посмотри на его огромные копыта! Он и убить ногой может!]

Линь Ян взобрался на коня первым. Он не был искусным ездоком, предпочитая передвигаться либо пешком, либо на мече, но имел понятие об управлении лошадью. Цзэ Сюланя он усадил перед собой, чтобы тот имел возможность опереться на его грудь. Одного дня было мало, чтобы полностью оправиться, и тот оставался еще довольно слаб, чтобы уверенно держаться в седле.

В одну руку Линь Ян взял поводья, а другой поддерживал Цзэ Сюланя, не давая соскользнуть вниз или накрениться вбок. Тот что-то проворчал в ответ, но спустя час езды уже сам опирался на друга, устав держать спину ровно.

Ученикам повезло куда меньше. Им никто не собирался найти даже осла. Перелет на мечах тоже запретили. И в результате дорога превратилась в тренировку цигуна.

Конечно, она пошла совсем не по плану. Ученики еще не умели в достаточной степени использовать технику цигуна, поэтому в основном бежали за лошадью, как собачки. Пару раз кто-то даже упал. Поэтому в Линьчжоу они вошли все как один грязные и пыльные, но веселые. Отужинав на постоялом дворе, Линь Ян отправил Цзэ Сюланя отдыхать, оставив с ним на этот раз Юнь Цзяо, а сам отправился собирать информацию.

Ему повезло сразу же. Постоялый двор, где они остановились, явно пользовался популярностью, поэтому с сумерками за столами собралось много народу. В дымном зале купцы с азартом бросали кости, а в углу двое стариков с хитрыми улыбками передвигали фигуры на доске сянцзи. Молодой путник, потягивая вино, наблюдал, как сверчки в бамбуковой корзинке яростно сцепляются под крики зрителей: «Давай, Красный Коготь!»

Но самое интересное происходило в углу. Четверо мужчин сидели и о чем-то шептались между собой. Мест рядом не было, и Линь Яну пришлось притвориться перебравшим вина.

Минь Ли и Яо Вэньмин старательно пытались оттащить великого старейшину к лестнице на верхний этаж, но тот, держась весьма правдоподобно, сопротивлялся. Это была привычная сцена для этого места, и никто не обратил внимания.

– Да я тебе говорю, – стареющий мужчина с черными усами понизил голос, – буквально две недели назад у господина Цяня умер первенец, а сегодня у инспектора Цуя умер третий.

– Да что ж за напасть-то такая над Линьчжоу?! – Молодой чиновник с чувством хлопнул рукой по столу. – Дети знатных родов мрут как мухи, а у простолюдинов по десять рождается.

– Уже ни одни роды не проходят без настоятеля Пэна, – закивал третий. – И все равно…

В этот момент Линь Ян чуть ли не свалился прямо на стол к этим господам, но ученики вовремя его подхватили. Минь Ли тут же утащил Линь Яна наверх, а Яо Вэньмин раскланялся перед мужчинами:

– Мы путешествуем с мастером по миру. И он, кажется, немного перебрал. Надеюсь, он не оскорбил вас своим поведением. Прошу за него прощение. – Яо Вэньмин низко поклонился.

Мужчины, собравшиеся за этим столом, тоже не были трезвы. Они рассмеялись и отмахнулись, явно не держа зла.

– Я тут краем уха услышал, что в городе странности происходят…

– А слух у тебя что надо, малец! – рассмеялся мужчина с усами и подвинулся. – Садись, раз любопытно.

Яо Вэньмин послушно уселся за стол. Ему не особо нравилось находиться в компании этих мужчин. В сравнении с учителем они выглядели неотесанными грубиянами, хоть и носили одежды чиновников. Но все стало еще хуже, когда ему плеснули вина.

Яо Вэньмин никогда не пил алкоголя и не желал начинать при таких обстоятельствах. Он хотел, чтобы учитель научил его пить, когда посчитает нужным, но сейчас у него было задание, и выбиться из роли нельзя. Поэтому пришлось выпить предложенную чашечку. Прозрачная жидкость обожгла рот и внутренности, и Яо Вэньмин почувствовал, что краснеет. Покраснел он наверняка от стыда, но сам себе внушал, что больше пить нельзя, ведь он уже наполовину пьян!

– Ты впервые в Линьчжоу, верно? У нас тут вот уже лет десять, а то и больше стали умирать новорожденные у знатных господ. – Чиновник с маленькими, словно у крысы, глазками снял свой помятый головной убор и чуть его расправил.

– Проделки демонов, не иначе! Но даже совсем здоровые дети спустя дней пять умирают от неведомой хвори.

Самый молодой из них шепотом сказал:

– Главное, умирают только дети чиновников и купцов. У простолюдинов все как было, так и осталось.

– Уже даже настоятель храма, старик Пэн Фэй, лично дежурит первую ночь после рождения, чтобы никакие злые духи не могли прицепиться к ребенку. А те все равно мрут.

– Хорошо, что Чжоу Хао может хоть как-то помочь, – вздохнул усатый мужчина и долил себе вина. – Иначе Линьчжоу бы давно потонул в отчаянии и слезах.

Яо Вэньмин насторожился:

– А кто такой Чжоу Хао и как он может помочь?

– О, это наше местное «божество», – рассмеялся молодой чиновник.

– Это, конечно, громкие слова, но часть правды есть. – Крысиные глазки достал платочек и протер пот со лба. – Это один из сильнейших заклинателей, что мы видели. И очень щедрый. Он владеет уникальной техникой «Цепь забытых стенаний». Она стирает какой-то фрагмент памяти по желанию. Удивительная техника. Сначала мастер Чжоу не пользовался сильной популярностью. Обычно к нему приходили богатые дамы, желающие стереть память о неудачной или невыгодной любви. Но когда начали происходить подобные случаи – клиентов стало больше.

– Чжоу Хао никогда не ставит высоких ценников, но люди