Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф

Сюлань не знал, что на это ответить. Он и правда был человеком, которому очень сложно кому-то довериться и полностью положиться на другого. Да, Линь Ян много раз доказал, что он достоин доверия, но заставить себя переступить через годами выстроенную стену было не так уж и просто.

– Пойдем посмотрим, что они приготовили для гостей, – сказал наконец хозяин Туманного склона, опустив взгляд.

Линь Ян не ожидал никакого ответа. Он просто наконец-то высказал часть того, что думал, и даже как-то легче стало на душе. Избегая смотреть друг на друга, они вошли внутрь.

Шатер оказался пуст. Не было ни кукол, ни декораций, только скамейки, ступени и сцена с пурпурными занавесками. Цзэ Сюлань пошел вперед, поднимаясь на сцену. За кулисами скрывалась одна-единственная дверь. Именно там победителям лотереи вручали мешочки с безделушками для лучшего сна. Что ж, сон этой ночью был действительно… необычным.

Заклинатели вошли в дверь, но в закулисной комнате тоже никого не оказалось. Не было даже кукол, не говоря уже о кукловоде. Но зато ночью появилась одна интересная деталь: открытый люк в полу. Линь Ян и Цзэ Сюлань уже приходили сюда днем, и его точно не было. На этом месте не стояло ничего, что могло бы скрыть люк от глаз, ковер на полу тоже не лежал. Так откуда же…

Времени было мало, нити, обвивающие тело хозяина Туманного склона, спускались именно в люк, поэтому выбора, проверить это место или нет, не осталось. Линь Ян спустился первым, а потом подал руку Цзэ Сюланю. Тот, конечно же, справился бы и без посторонней помощи, но руку все же принял.

Сначала на гостей куклы не обратили внимания. Они суетились и бегали по очень даже просторному помещению. Цзэ Сюлань прекрасно понимал, что в шатре не может быть подземелья и это, скорее всего, пространственная комната, построенная по принципу мешочка цянькунь.

Немногочисленные свечи не могли осветить всю комнату, и сложно было разобрать, возле чего куклы возились. Только когда заклинатели подошли поближе, они увидели аккуратно разложенные на большом столе лоскутки кожи. Одна кукла старательно натягивала эти кусочки на деревянное тело будущей куклы, скрепляя швейными булавками. Вторая старательно расчесывала длинные черные волосы, вычесывая неаккуратные короткие волоски.

[Ты как хочешь, а я отключаюсь… На это невозможно смотреть!]

– Чэнь Хуан, и так слишком молчаливая сегодня, сама себя отправила в спящий режим.

– Не могу понять, этот оттенок подходит или стоит взять чуть светлее? – Большая кукла с почти человеческой сосредоточенностью на лице оттягивала веки у отрубленной головы. Ее помощница приносила стекляшки, чтобы подобрать что-то идеально похожее на глаза Гао Миня.

– Да, нужно светлее, светлее! – закивала помощница, подавая следующую стекляшку.

Линь Ян успел только встретиться взглядом с Цзэ Сюланем и ухватить его за запястье, как перед ними выстроились три куклы. Одна из них – та самая, что проводила лотерею.

– Достопочтенный Цзэ Сюлань, мы рады, что ты пришел сюда сам. По какой-то причине мы не смогли довести тебя этой ночью. Что-то произошло с нитями, – сказала она, склонив голову. Выражение ее лица на миг стало печальным, и по щеке побежала слеза. Но тут же эмоции сменились, и нарисованные губы вновь растянулись в широкой улыбке. – Но ничего. Теперь ты здесь, и ничто не помешает тебе стать частью нашей дружной и большой семьи!

– И никто, – выкрикнула из-за спины кукла с двумя смешными пучками на голове.

– Да, господин Цзэ, что за друзей ты сюда привел? Это только тебе позволено присоединиться к спектаклю. Твоим друзьям придется покинуть это место.

Линь Ян резко выхватил меч, ставя себя между Цзэ Сюланем и деревянными фигурами.

– Он не будет с тобой говорить. Где ваш хозяин?

Его голос звучал настолько громко, что все куклы на миг затихли и повернули шарнирные шеи. Спустя пару мгновений они вновь вернулись к работе, но уже тихо, прислушиваясь к каждому слову.

– Мы и есть те, с кем вы хотите поговорить. – Кукла тихо засмеялась, и ее смех был похож на шелест шелка. – Мы свободны. У нас нет хозяина.

Цзэ Сюлань покачал головой, потирая озябшие ладони.

– Врете, – сказал он. – Кто-то должен был дать вам эту силу. Кто-то, кто может стирать память целого города.

– Память? – Кукла наклонила голову, и ее стеклянные глаза заблестели. – Что есть память, если не кукловод человеческих душ? Вы держитесь за свои имена, как за ниточки, думая, что они делают вас реальными. Но мы… мы научились перерезать эти ниточки.

Линь Ян почувствовал, как Сяо Мэй у его пояса вдруг дернулась. В тот же миг все куклы разом повернули головы в его сторону.

– Она не должна была попасть к вам, – прошипела высокая кукла. Ее пальцы сжались, красные нити вокруг Цзэ Сюланя натянулись, впиваясь в кожу. И он впервые за долгое время вскрикнул от неожиданной боли. Холод пронзил его насквозь, будто тысячи игл вонзились одновременно.

– Сяо Лань!

Линь Ян бросился вперед, но куклы вдруг ожили. Они побросали свои дела – даже отрубленная голова со шлепком плюхнулась на стол и покатилась по нему – и вмиг окружили их кольцом. Большие куклы или совсем маленькие – все они собрались вместе.

Высокая кукла подняла руку, и красные нити засветились алым. В тот же миг меч Линь Яна широким росчерком отрубил кукольные ручки. Он не видел нитей, но мог предположить их положение. А нет рук – нет нитей.

Цзэ Сюлань рухнул на колени, освобожденный от пут. Его руки дрожали, но он уже поднимался, а в глазах блеснул знакомый огонь.

– Ну что, старейшина Линь. – Он вытер кровь с губ. – Кажется, пора показать этим деревяшкам, кто здесь настоящий кукловод.

Линь Ян оскалился в ответ:

– Я только за.

Куклы отступили на шаг. Впервые за вечер их улыбки казались неуверенными. Линь Ян резко прыгнул вперед, и меч блеснул в тусклом свете. Но кукла не шелохнулась, а ее тело вдруг рассыпалось на части, уворачиваясь от удара. Не успел Линь Ян развернуться, как ее тело вновь собралось, как конструктор. Красные нити рванули к заклинателям, но, если руки Цзэ Сюланя вновь были оплетены, Линь Яна достать эти веревки не могли. Сяо Мэй действительно оказалась уникальным оберегом.

– Сяо Лань, возьми куклу! – Он уже собирался снять ее с пояса, но его остановили.

– Уже поздно. Они ведь не единожды ко мне прицеплялись. – Цзэ Сюлань быстро начертил в воздухе печать и швырнул ее в сторону.

Знаки вспыхнули синим пламенем и ударили по группе кукол. Те пронзительно взвизгнули, и этот