Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

получив ответа, он устало вздохнул. – Понимаю. Я предал твоё доверие, хотя обещал не обманывать. Было эгоистично с моей стороны привязать тебя к себе, но я ничего не мог с собой поделать. Ты первый человек, помимо брата и учителя, который искренне захотел меня узнать и стать ближе. Ты смог пробудить во мне чувства, которые я раньше не испытывал… ни к кому, кроме Хао и учителя. И мне было больно…

– Прекрати, – нетерпеливо перебил его Вэй Лу, ощущая, как с каждым новым словом на сердце у него становилось всё тяжелее и тяжелее.

Асура устало выдохнул, смиренно помолчав пару мгновений.

– Я причинил тебе боль и разочаровал. Извинения будут неуместны, поэтому я обещаю защищать тебя даже ценой собственной жизни, если это…

– Да гуй тебя подери, я же сказал заткнуться! – не выдержав, рявкнул Вэй Лу, наконец обернувшись, да с такими пылающими искрами во взгляде, что ими можно было бы поджечь сухую траву.

С языка грозились слететь громкие и далеко не ласковые слова. Вэй Лу отчаянно хотел рвать и метать, ощущая, как глубоко сдерживаемая злость разбухла до огромных размеров и теперь собиралась разорвать его изнутри. От напряжения у него покраснели щёки, костяшки пальцев побелели от силы, с которой Вэй Лу сжимал их. Он стоял на грани пропасти, на дне которой его ожидало только безумие.

Асура молча наблюдал за ним, смотря снизу вверх, и выглядел подобно смирившемуся смертнику, подставляющему горло под острое лезвие кинжала. Большинство людей сказало бы, что его непоколебимая душа, охваченная холодом, не дрогнула ни на мгновение. Но только не Вэй Лу, ведь стоило ему увидеть, как во взгляде тёмных очей промелькнул тот странный отблеск потерянности и смирения, как его сердце не выдержало.

Подступив к Асуре и упав рядом с ним на колени, он обхватил его и прижал к себе так крепко, что от неожиданности у того перехватило дыхание. Вэй Лу едва сдерживал дрожь, которая всё сильнее брала над ним верх, а на глаза наворачивались слёзы.

Как бы Вэй Лу ни пытался, он не смог убить в себе чувство привязанности. Тоска обглодала его изнутри, словно прожорливый червь яблоко. Он так мечтал забыть все раздоры, как страшный сон, который закончится, стоит ему только открыть глаза. Этот человек снова рядом с ним, живой и невредимый, во всяком случае, хотя бы живой и здоровый, признающий свою вину и искренне сожалеющий о том, что у него не оставалось выбора.

– Я тебя не отпущу, – пробормотал Вэй Лу, ощущая, как на глаза снова набежали предательские слёзы. Ему не хотелось показывать их никому, особенно Асуре, но он наверняка почувствовал капельки влаги на своей шее. – Теперь ты будешь мне подчиняться, твоя жизнь принадлежит мне. Понял?

Дрожащий от эмоций голос явно не убедил Асуру в том, что теперь Вэй Лу контролировал ситуацию. Да и сам Вэй Лу просто хотел, чтобы тот находился рядом и, как в былые времена, присматривал за ним и оберегал его.

– Да, Вэй Лу. Теперь моя жизнь полностью в твоих руках.

Глава 50. Заклинатель в осаде

Будь проклят Асура и его гениальные планы. Если бы у Хао оказалось больше сил или хотя бы способности соображать, он бы посадил под замок этого дурака, чтобы не смел и помыслить о всяких глупостях. Хотя он сам виноват, что Асура пошёл на такой отчаянный шаг. Хао не следовало рассказывать о том, что к нему во снах приходила Вэй Учэнь. Он счёл её слова бессмысленными, но отчего-то Асура отреагировал на них иначе, когда речь зашла о Бянь Сэ Лун.

Если бы не ужасное самочувствие, Хао, наверное, остановил бы Асуру и тот бы не стал вытворять подобных глупостей. Хао отказывался верить, что Шо Фэн хотел пустить его в расход, как обузу, которая лишь мешает плодотворной работе Шуан Тяня и Асуры. Слепая преданность до сих пор горела в нём, но он ощущал, как она угасала с каждым днём.

Шо Фэн доверил ему писания тёмных заклинателей, которые сотни лет назад насыщались энергией из разломов, становясь невероятно сильными. Хао пусть и с сомнениями, но самоотверженно ступил в жертвенный круг, полагая, что таким образом насытит себя небывалой мощью. Да, он упрямо игнорировал уже имеющееся искажение ци, полагая, что такая мелочь не причинит ему неудобств. Видимо, много думал. И думал не о том. Потому что сейчас он с запозданием сообразил, что для насыщения тёмной энергией мог и не заходить в жертвенный круг.

Отсюда следовал неутешительный вывод: если бы у него ничего не получилось, Шо Фэн принёс бы его в жертву. Либо с самого начала он собирался использовать Хао как запасной вариант. Об этом говорила и реакция Шуан Тяня.

Хао безукоризненно и слепо отдал всего себя духовной школе Бянь Сэ Лун, отдал себя Шуан Тяню, который приказал ему подчиняться Шо Фэну. И он подчинялся. Подчинялся главе духовной школы, чиновникам, императору. Терпел насмешки, унижения, убивал в себе сострадание и охотился на себе подобных, чтобы отблагодарить Шуан Тяня за спасение себя и Асуры.

И вот так его в итоге вознаградили?

Наверное, Хао бы обеспокоился и возненавидел Шо Фэна, будь у него на это силы. Его использовали все, и из-за гордыни даже Вэй Учэнь удалось его ослабить и обмануть, как глупого мальчишку. Эта женщина стала его проклятьем, посланным небесами. Хао в этом даже не сомневался. Ведь из-за неё он опять впутался в неприятности.

– Вот же мразь, – прохрипел Хао, прячась за высоким деревом посреди леса и наблюдая за дорогой на входе в деревню, по которой шли светлые заклинатели в одеждах песка и серебра.

Тяжко выдохнув, он с раздражением откинулся головой назад, невольно ударившись о дерево. Но острая боль помогла оставаться в сознании, которое то и дело норовило ускользнуть. Недомогание брало верх с каждым часом, но, вместо того чтобы оставаться на постоялом дворе – святые небожители, Асура, постоялый двор, ты совсем идиот?! – Хао спрятался в лесу, как только ему стало лучше. Морально лучше.

Он понимал, что их побег не останется без внимания. Даже если Шо Фэн ушёл по своим делам, а Шуан Тянь застрял в кабинете за завалами макулатуры и бесконечным потоком людей, приходящих с проблемами, исчезновение близнецов вряд ли осталось незамеченным. Асура должен был направиться за Ту Сином для встречи делегации Ланбэй, но вместо этого предпочёл улизнуть вместе с Хао. Тот даже посмеялся такому исходу.