Вольный наследник. Том 7 - Артём Кей

***

Я заехал к Орехову, но его ещё не было. Пришлось немного подождать.

Владимир Сергеевич вернулся примерно через полчаса. Выглядел он уставшим, зато в руках держал несколько копий торгового договора.

— Получилось? — спросил я.

— Монарх дал нам три дня на изучение.

— Вот и отлично.

Я взял одну из копий. Читать её у Орехова не стал. Документ оказался толстым, а после разговора с Прокофьевым сидеть ещё несколько часов в чужом кабинете совершенно не хотелось.

Попрощавшись с Владимиром Сергеевичем, я отправился обратно в поместье Шимохиных.

Гнида на удивление бодро везла меня по дороге. Обычно к концу дня она начинала плестись, разглядывая каждый куст и делая вид, что без короткого отдыха возле очередного клочка травы обязательно умрёт. Сегодня же лошадь почти не останавливалась.

Видимо, тоже хотела домой.

Возле ворот поместья меня встретил Лёха и сообщил, что приехал Митрофан.

Что-то быстро он обернулся. Я даже подумал, не случилось ли чего-нибудь, но всё оказалось нормально.

Митрофан ждал в гостиной. На столе стоял небольшой сундучок с тремя флаконами зелья, а рядом лежало письмо от отца, которое ему передали перед самым отъездом.

Мы недолго поговорили. После дороги Митрофан отправился отдыхать, а я забрал сундучок, письмо и копию торгового договора и пошёл в свой кабинет.

В кабинете я поставил сундучок на стол, сел и вскрыл письмо.

Прочитал.

Потом охренел и прочитал ещё раз.

Нет, всё правильно. Я ничего не перепутал, буквы местами не переставились, да и отец вряд ли решил надо мной пошутить.

Ну это ж надо.

Я поднялся, вышел из кабинета и спросил у первого попавшегося слуги, где находится Ксения. Оказалось, у себя в комнате.

Добравшись до нужной двери, я вежливо постучал и, услышав разрешение, вошёл.

Ксения сидела за столом и занималась каким-то рукоделием. Перед ней лежали разноцветные тряпочки, нитки и ещё несколько непонятных приспособлений, назначение которых я даже не стал пытаться определить.

Я подошёл, сел напротив, опёрся локтем о стол, подпёр голову ладонью и уставился на неё.

Ксения некоторое время терпела.

— Что-то случилось? — наконец спросила она.

— А скажи-ка мне, солнце моё, как так получилось, что ты, оказывается, родственница монарха?