Государственный Алхимик - Анна Кондакова

И вообще.

Кто всё это время общался с Элом по Скриптории? С кем он переписывался? С сестрой? А может, это были её похитители? А может, это были колдуны? Что если они переписывались с Элом, чтобы у него создалось впечатление, что с ней всё в порядке? А вдруг, Ольга сейчас сидит в плену в той самой клетке с другими похищенными?

А может, она сидит дома и пьёт чай, ну а я — мнительный придурок?..

А может, на самом деле она написала «Ты неисправим, Эл!», а не «Помоги, Эл!».

А может, Ван Бо плохо читает иероглифы или врёт?

Ах ты зара-а-а-за!..

Я пришпорил рысаря так, что тот зарычал и рванул с бешеной скоростью, а мы и без того неслись, как самоубийцы. Его красная грива вспыхнула, разогрев воздух и опалив траву вокруг.

— Мамочки-и-и-и-и-и-и-и! — завопил от ужаса Ван Бо.

Через полчаса мы подъехали к деревне, промчались по тёмной улице и остановились у недостроенных ворот усадьбы.

Я быстро спешился и помог Ван Бо вылезти из седла. Тот соскочил на землю и уставился на перекладину, где всё так же блестел золотой герб Ломоносовых — Башня Мер и Весов.

— Это твой герб? — спросил шаньлинец.

— Мой, — ответил я, хотя никогда не считал этот герб своим, как и не причислял себя к семье Ломоносовых.

— Красивый. — Ван Бо перевёл взгляд на дом вдали территории. — И усадьба красивая, хоть и старая. Знацит, вот тут и з-зивёт грозный Илайя?

— Меня зовут Илья. — Я подтолкнул пацана в спину. — Шагай уже. В доме горит свет, значит, мы никого не разбудим. Ты есть хочешь?

— Хоцю. — Ван Бо шагнул через полоску травы — границу, которую на днях вырастила няня для защиты усадьбы.

Потом окинул взглядом парадный двор и сгоревшие деревья, после чего повернулся ко мне и тихо спросил:

— А где тут туалет? Отлить бы. А то меня так растрясло на твоём коне, что…

— Пошли. — Я опять подтолкнул его в спину. — Покажу тебе, где и что.

В этот момент на крыльцо выбежал Эл. За ним — Нонна. За ней — Марьяна. За ними — няня.

Ван Бо сразу остановился, а потом и вовсе шагнул назад, сразу насторожившись. Я встал рядом с ним и положил ладонь на его плечо.

— Познакомьтесь, это Ван Бо. Он меня вылечил, когда я получил ранение от кочевников в поле. Он и сам сильно рисковал, но помог мне. А теперь я помогаю ему.

Пацан посмотрел на меня и прошептал:

— Сесе, Илайя.

Мы вместе подошли к крыльцу.

— Здравствуй, Ван Бо, — поздоровалась первой Нонна. — Меня зовут… эм… Рагнеда. Я горничная.

Подруга Нонны Марьяна уставилась на неё в недоумении.

— Кто?..

— Неважно, — смутилась та и почти беззвучно добавила: — Я потом тебе всё объясню.

— Уж постарайся, — усмехнулась Марьяна и тоже представилась мальчишке: — Марьяна. Инженер-любитель. Гостья в этой прекрасной усадьбе.

Няня покачала головой и вместо того, чтобы знакомиться, всплеснула руками:

— Ох, какой ты бледный, бедняжечка! Тебе бы покушать!

Но больше всех отличился Эл. Он увидел в Ван Бо только одно, поэтому сразу подошёл к нему, наклонился и прямо спросил:

— Ты шаньлинец, да? Иероглифы читать умеешь?

— Он их уже прочитал, — ответил я вместо мальчишки. — Сейчас всё обсудим. Но пусть сначала он поест, ладно?

Напряжение в моём голосе сразу давало понять, что ничего хорошего я не узнал.

Лавров протянул руку Ван Бо.

— Меня зовут Лаврентий. Но можно просто Эл. Будем знакомы.

— Ага! Знацит, вот кто тут «неисправимый Эл»! — Мальчик крепко пожал его ладонь, затем нахмурился и негромко спросил: — И как цясто ты пользуесся Даром Сердцееда?

Эл опешил.

Вместе с ним опешила Нонна.

— У тебя есть Дар Сердцееда?..

Она так ужаснулась, что отпрянула от Эла, а заодно и подругу собой прикрыла.

— Я им не пользуюсь, у меня есть принципы, — тут же оправдался Эл, хотя никаких принципов у него и в помине не было.

Ему никто не поверил. Даже Ван Бо.

Он захихикал, прикрыв ладонью рот.

— Ну коне-есно!

— А ты вообще откуда про мой Дар знаешь? — насупился Эл.

— Я природный лекарь, — ответил мальчишка, — поэтому визу любую дарственную магию. А твой Дар оцень дазе потрёпан. Ты цясто им пользуесся. О-оцень цясто!

Эл покосился на Нонну, но та лишь презрительно поморщила нос.

Я, кстати, и сам опешил не меньше Эла, но, чтобы не заострять внимания на его «потрёпанном Даре», хлопнул Ван Бо по плечу и спровадил к няне.

— Хватит болтать, Бо. Иди уже. Ангелина поможет тебе тут освоиться. Но времени у нас мало, так что даю тебе полчаса.

— Я мигом! — кивнул Ван Бо и отправился за няней.

Как только они ушли, Нонна воскликнула с претензией:

— Посмотрите-ка, какая новость! С нами, оказывается, рядом ходит одарённый совратитель! Настоящее божество с расстёгнутой ширинкой! И свой Дар он настолько потрепал, что, наверное, весь поистёрся! Ну просто новость для жёлтых газет!

Я и Эл мрачно на неё посмотрели.

Ну вот кто её просил? Взяла и всё-таки заострила внимание, прям чересчур заострила.

Внезапно в окно столовой высунулся Ван Бо. Мальчишка показал пальцем на Нонну и объявил:

— Совсем забыл сказать! У неё тозе есть Дар! Только другой! Но такой зе потрёпанный, как у него!

Он кивнул на Эла, опять посмотрел на Нонну и добавил не без гордости:

— Это Дар Великой Памяти! Она использует его, когда рецепты запоминает! Поэтому уцёба даётся ей легко! А есё из-за этого она не реагирует на Дар Сердцееда!

Ван Бо расплылся в улыбке и закрыл окно.

От услышанного все застыли в потрясении, и я в том числе.

Вот это настоящая «новость для жёлтых газет»! Теперь понятно, почему Нонна так отлично помнит все рецепты и все научные труды. Не потому что она зубрила, а потому что у нее Дар Великой Памяти!

Получается, стоит ей увидеть что-то или услышать, прочитать или даже попробовать на вкус — и её память всё фиксирует, досконально и навсегда. А самое главное — это можно вспомнить в любой момент.

Тогда на кой-чёрт ей пластинки