Когда шепот зовет бурю - Владислав Добрый

вашего… против наёмников с севера. Больше того, он в прошлом месяце женился на дочери сеньора Бруно Джакобиана. Так как сеньор Бруно ректор Университета, полагаю, люди отнесутся с пониманием…

— Почему он в этом списке?

— Ну, дело в том… — Вокула тяжело вздохнул. — Так случилось, что он оказался втянут в злые дела. Он скупал зерно для купца из Отвина.

Я поднял бровь. Глянул на Фанго.

— Нам это известно, поскольку купец из Отвина был снабжён заёмными бумагами Итвис именно для этого дела, — ответил Фанго.

Вокула едва заметно дёрнулся. Вот теперь верю, что его прняло. Как будто кинжалом в грудь кольнули. Фанго же показал мне в очередной раз, что он на своём месте. Он будет говорить мне правду, если его спросить. Вокула, похоже, не понимает, что в положении Фанго ухищрения и уловки губительны. И потому они никогда не смогут стать союзниками больше, чем ситуативно. Это Вокула в конечном итоге мной оценивается по тому, насколько хорошо оснащены мои замки, сыты ли мои крестьяне, обработаны ли земли, и, главное, полна ли казна. И пока хотя бы последнее меня радует, я готов простить ему очень многое. Фанго — не золотая монета. Он кинжал в рукаве, яд в бутылке, глаз, читающий письма за спиной адресата. Он инструмент. И если он проявит свою волю слишком явно, он перестанет быть инструментом, а станет опасным. Просто опасным. Он никто, и потому мне не соперник. Просто ядовитый паук в моём доме.

— Что случилось с отвинским купцом? — уточнил я.

— Напился пьяным и утонул, упав с балкона своего дома, — и, видя моё лёгкое недоумение, Фанго пояснил: — В Отвине вместо многих улиц каналы. Это город на воде. К несчастью, заёмные бумаги Итвис так и не смогли найти.

Я кивнул. Ненавижу эти подробности. Но всё равно надо контролировать, правильно ли подчинённые понимают свою работу.

— И потому, сеньор герцог, было бы неправильно, если мы потеряем столь верного союз… слугу, — влез Вокула. — Впереди сложный период, и нам очень потребуется уважаемый среди народа человек в Серебряной Палате…

— Кто его вписал? — поинтересовался я.

Вокула задумался на секунду, подбирая ответ. Покосился на Фанго и, едва заметно вздохнув, ответил:

— Сеньор Гарвин. Не думаю, что это было его личное желание, возможно, дело в споре…

Я взял стилус и аккуратно, чтобы не порвать лист, поставил подпись.

Я не буду ссориться с Алнез. Хотя мне искренне более симпатичен Бруно, и наверняка его зять хороший человек. Как же тяжело быть Итвис. Ладно, просто чтобы не чувствовать себя хреново.

— Возможно, если он сбежит, — обронил я, глядя на Фанго, — и начнёт жизнь, например, в Цветочном Городе. И все будут знать, что у него есть за что не любить Караэн…

— То мы уже ничего не сможем сделать, — кивнул Фанго. — Придётся ему строить жизнь с самого начала.

Вокула принял список обратно. Последний раз пробежался по отмеченным именам. Опять едва заметно вздохнул и свернул список в свиток. Я не заметил, чтобы он разозлился. Только расстроился. Это правильная реакция.

Иногда про плохих правителей в моём мире пишут: «не уделял внимания государственным делам».

Вот интересно, что это значит? Давал волю своим советникам спасать своих сторонников? Или, наоборот, убивать всех ради государства? Или следить за тем, когда кто-нибудь охамеет, после чего убить уже их и ограбить?

Ненавижу государственные дела.

Вокула покосился на столик с кучей свитков, на те вопросы, которые он явно хотел обсудить, вздохнул и, как человек, смирившийся с судьбой, начал рассказывать совсем о другом. Причём, незаметно даже для самого себя, втянулся. О школе лекарей — с гордостью, хоть и тщательно пряча её за деловитой сухостью. О том, что несколько молодых толковых ребят уже научились не просто останавливать кровь и прикладывать к язвам калёное железо, а хоть как-то соображать, что делают. Даже что-то там лечить с помощью травяных взваров, судя по эффективности, похоже ставших близки к не самым плохим образчикам высокого искусства алхимии. Об Университете — тоже с похвалой, и я отметил, что о Фариде он так и не упомянул ни разу. Ни одним словом. Будто тот не сбежал, а просто сидит и работает над новыми усовершенствованиями Воздушного Змея. Потом старик плавно перешёл к Дубу. Сказал, что стройка большой стены вокруг него продвигается, просто сейчас возникли некоторые сложности. Разумеется, «некоторые». У Вокулы если у каменщика обрушились леса, если половина барж с камнем потонула, а мастера передрались за оплату, это всё равно будет «некоторые сложности». Зато осушение болота, по его словам, вдруг резко ускорилось. Настолько, что уже этим летом топь под Горящим Пиком может заметно отступить, а это добавит нам немало очень плодородной земли.

Я кивал, прекрасно понимая, что мне говорят именно то, что я хочу услышать, аккуратно прикрывая малые и средние неприятности. Может, даже и большие. Те, с которыми, как они полагают, смогут справиться сами, не расстраивая меня. Что же, наверное, в этом и есть разница между хорошими слугами и плохими. Плохие приходят к тебе рассказать о каждой увиденной крысе, чтобы ты лично решал, что же теперь делать. Хорошие сначала пытаются поймать её сами, и только если крыса вдруг начинает жрать людей, приходят за тобой. А я в это время думал, что, похоже, уже в следующем году смогу снять часть внутреннего давления в долине Караэна. Часть людей уйдёт в завоёванные земли Инобал, часть — на пустующие участки у Сорского моря, часть сожрёт внутреннее расширение обрабатываемых земель за счёт болот. Но этого мало. Надо успеть за следующий год поставить торговые фактории на Побережье Мечей. Протоптать туда пусть узкую и опасную, но всё же работающую тропинку, по которой отчаявшиеся люди смогут сбежать в другое место и попытаться там ухватить удачу за хвост. Государство — это не про то, чтобы выпускать указы, что людям делать и как им жить. Нельзя приказать всем людям стать богатыми и счастливыми, а воде течь вверх.

Но можно построить дамбы и каналы, а людям дать правила и возможности.

Мне нужно хотя бы десяток спокойных лет. Господи, на тебя вся надежда… Хотя не только. Пора потрясти Пана. Как ни крути, но в конце концов именно целеполагать, назначать ответственных за процессы и искать ресурсы на осуществление целей — вот моя работа как руководителя. И, как ни крути, такой актив, как Пан, нужно к делу пристраивать. Надо только подумать, как именно, чтобы не вышло, будто я пытаюсь запустить ракету с помощью атомной бомбы.

Мне