Молчаливые секреты - Александра Флинт

– Это другое. Мои люди вставили камень Мондии в стены и таким образом сделали это место убежищем. Никто без Сигно не сможет его открыть.

– Даже Нова?

– Может, они и зараза, но так-то обычные люди.

– В отличие от тебя? – Я с сомнением посмотрела на Казимира, а он включил свет и поставил рюкзак на пол.

– И тебя. Не забывай это, Реми. – Еще мгновение он смотрел на меня, а потом жестом предложил войти в первую комнату. Кроме круглого стола с четырьмя стульями, простой лампочки и холодильника, она была полностью пустой. Не было даже окна и никакого намека на то, кому принадлежал этот дом. Пока я осматривалась, Зим уже положил кубик и буквы на потертую поверхность.

– Ты хочешь сразу решить следующую загадку?

– Нет причин дальше откладывать, – ответил он и подождал, пока я тоже не усядусь. – Мы открыли ящик Пандоры и продолжим без официальных оповещений Подземелья. Сами справимся.

Я уперлась подбородком в сложенные руки.

– Ладно, давай начнем.

Казимир закатал рукава бежевой рубашки, а потом медленно подтолкнул две буквы из набора станка Гутенберга к кубику. С каждым миллиметром, пока предметы приближались друг к другу, жужжание в воздухе становилось громче. Я немного привыкла к этому шуму, который теперь почти постоянно окружал меня, но теперь из гула раздался резкий звук, заставивший меня сжать зубы… и достигший высшей точки в одной из букв.

– Это «А», Зим. Она… реагирует на кубик.

Он быстро взглянул на меня, потом забрал букву «Б» со стола и напрямую поднес «А» к кубику. Почти в то же мгновение высокие частоты издали ряд щелчков, скрежета и треска. Очевидный скрежет замка, пришедшего в движение внутри кубика и решившего третью загадку.

Только когда механизм затих, я осознала, что задержала дыхание. Я неосознанно склонилась над столом.

– Сработало?

Казимир схватил кубик и повернул его так, чтобы я могла увидеть новые слова на одной из сторон.

– Oui, у нас есть следующее описание.

Описание, за которое восемь человек заплатили чертовски высокую цену. Холод пробрался в мои внутренности, но несмотря на это, я забрала кубик и начала читать: «Сердцу не нужны чернила, чтобы почувствовать слова, в отличие от глаз, рук и разума. Если найдешь первые видимые следы, то найдешь и ключ. Он объединяет то, что нашел, и дополнит то, что ищешь». Я озадаченно подняла взгляд.

– Есть идеи?

Казимир провел рукой по подбородку, а потом уперся ладонями о стол.

– Загадка дала нам часть ответа.

– Чернила? – предположила я, потому что только эта часть загадки мне была понятна, и при этом она могла относиться к фразе «он объединяет».

– Именно. – Зим кивнул. – Речь идет о первых видимых следах. Первых чернилах.

Я нахмурилась и отложила кубик в сторону.

– Как правило, я плохо разбираюсь в твоем мире, но когда мы с Нинни были в Японии, в музее древней высокоразвитой культуры узнали, что первые чернила появились уже за три тысячи лет до нашей эры в Китае и Египте. И я вполне уверена, что там не было склянок. Ни в Китае, ни в пирамидах.

Мгновение Зим смотрел на меня, а потом покачал головой. По какой-то непонятной причине на его губах заиграла слабая улыбочка, и по еще более непонятной причине меня охватило от этого слабое возбуждение.

– Я согласен с тобой, лягушатница. К счастью, в этот раз кубик описывает не буквально первые чернила, а название. Или лучше сказать место. Первые чернила – книжный магазин.

– Книжный магазин? Ты уверен?

– В этот раз – да. Он находится в Вене и многие десятилетия был частью нашего мира, своего рода обменным пунктом для книг. Однако после несчастного случая, связанного с Нова, пришлось отказаться от него. Сейчас это просто обычный книжный магазин.

Я непонимающе моргнула пару раз и написала «Вена» на маленькой записке, прежде чем снова резко поднять взгляд.

– Пожалуйста, скажи мне, что нам не нужно украсть весь книжный магазин, Казимир.

Его улыбка стала шире.

– Это мы узнаем только тогда, когда попадем туда.

– Ясно, – пробормотала я и подняла взгляд, когда Зим встал. – Что ты собираешься делать?

– Позвонить. В этой комнате нет сигнала.

– Я думала, мы ничего не сообщаем в Париж.

– Только Лу. Я сообщу ему новости.

– Ты считаешь это разумным, учитывая тот факт, что в наших рядах скорее всего есть «крот»?

Нахмурившись, он скрестил на груди.

– Мой брат не может врать, даже если что-то замышляет. Он не умеет делать покерфейс, и я доверю ему свою жизнь. Кроме того, он никогда не станет сотрудничать с Нова. Не после того, что они сделали с Табитой. – Такие знакомые тени омрачили его лицо. – Пока мы понятия не имеем, кто «крот», мы не можем полагаться на Париж. Но полезно иметь там глаза и уши. Вполне возможно, Лу знает больше.

Я молча посмотрела на него и наконец выдохнула:

– D’accord.

– Скоро вернусь. Возможно, найду в запасах что-нибудь поесть.

Я посмотрела на него со смешанными чувствами и схватилась за позолоченную шестеренку, качающуюся на цепочке на моей шее. Теперь внезапная тишина в комнате без окон показалась мне удушающей, ведь за последние дни я едва ли минуту провела одна. Поддавшись порыву, я встала, подошла к холодильнику и поняла, что он выключен и там ничего нет. Вздохнув, я снова закрыла дверь и тут услышала шаги.

– Быстро получилось. Что Людвиг… – Слова застыли на языке, когда я развернулась и поняла, что в дверях стоял не Казимир, а молодая женщина с короткими волосами и пронзительно голубыми глазами.

Глазами, которые навечно отпечатались в моей памяти.

– Зелла, – беззвучно произнесла я, прежде чем развернуться и врезаться в холодильник.

Ее узкие губы изогнулись в хищной улыбке.

– Привет, птичка. – Ее английский звучал почти мелодично.

Мои волосы встали дыбом, когда я заметила на ее талии нож, ее расслабленно скрещенные на груди руки и исходящую от нее уверенность. Мой пульс подскочил, а взгляд проскочил мимо нее.

– Где Казимир?

– Почему бы тебе не присесть?

– Что ты с ним сделала?

– Это была не просьба. – Ее рука скользнула к оружию, и я могла поставить на кон свою правую руку, что на лезвии все еще была кровь. – Садись.

Мне это было ненавистно, но ничего другого, как сесть на соседний стул, не оставалось, а потом и следить, как Зелла делает то же самое.

– Так намного удобнее.

– Где Казимир? – повторила я, и мне пришлось прилагать усилия, чтобы выдавить слоги из горла. Что, если она сначала натолкнулась на Зима? Что, если это его кровь на клинке?

Мне