Значит, война - Дмитрий Ромов

— А может, ты его сам грохнул, для того чтобы на него повесить свои косяки? А?

— Очень оригинальная идея, — кивнул я, — правда, оригинальная.

— Я просто понять хочу, — прищурился Ширяй, — если ты к внучке моей охладел, что ты рядом со мной делаешь?

Я хмыкнул, покачал головой и спокойно выдержал его взгляд. Хотя моментик был, прямо скажем, не из приятных. Так себе моментик.

— Ладно, — махнул рукой Ширяй. — Скоро узнаем, кто есть кто. Скоро все фигуры расставим по своим местам на нашей шахматной доске.

— Что вы имеете в виду?

Он закрыл глаза и погрузился в дремоту.

Ну, да, разумно. И я так всегда делал. Но сейчас ситуация была немного более взрывоопасной, чем обычно. И в голове вертелось слишком много мыслей одновременно. И мышь в груди слишком уж нервничала. Возилась, царапалась и даже попискивала, гадина, не давая успокоиться.

* * *

В аэропорту нас встречало несколько чёрных, мрачных и мощных машин. Мы приземлились во Внуково, и они подкатили прямо к трапу.

Ширяй пошёл за телохранителями. Кивнул своему начбезу и, не оглядываясь сразу забрался в машину. Тот последовал за ним. Меня посадили отдельно, в другую тачку. О чём они совещались, я, разумеется, не знал, что тоже не добавляло спокойствия.

Мы промчались по предвечерней серой Москве, по сырому асфальту, не останавливаясь на красных светофорах. Нас сопровождали две ментовские машины с мигалками. Серьёзно всё тут закрутилось. Серьёзно.

Въехав во двор, вышли из машин и сразу пошли в гараж, не заходя в дом. Двинулись туда, где не так давно был убит Мансур. Там находилось несколько парней боевого вида. Среди них я узнал Олега. Того, с кем мотался в Аргентину.

Я кивнул, и он ответил кивком, мрачным и даже немного злым.

— Итак, — сказал Ширяй. — Все готовы?

Начбез чуть махнул рукой.

— Готовы, — сухо и коротко ответил Олег.

— Вот этому тоже бронник и спецуру, — кивнул Ширяй на меня.

— Сделаем, — ответил Олег.

— И пушку ему дайте побольше. А лучше две.

Я чуть приподнял брови и повернулся к Ширяю. Кивнул, мол — что за маскарад, дедуля?

— Надо с этой хернёй заканчивать, — твёрдо, не допуская возражений, отчеканил Ширяй, пристально глядя мне в глаза. — Как с опухолью. Вырезать и забыть, как страшный сон. А потом спокойно двигаться вперёд.

Я внимательно на него посмотрел и в голове снова промелькнуло из Аркаши Северного:

Ну что ты смотришь на меня в упор?

Я твоих не испугаюсь глаз.

Давай закончим этот разговор,

Оборвав его в последний раз…

— Да, сегодня мы устраним Шаха, — проговорил Ширяй. — И сделаешь это лично ты. Потому что я хочу твёрдо знать, что ты на моей стороне. Хочу быть в тебе уверенным. Хочу понимать, могу ли доверять тебе как самому себе.

Он взял из руки Олега здоровенную пушку и протянул мне…

20. Прямо в космос на ракете

— Вот прямо так? — поднял я брови, рассматривая увесистую пушку в своей руке. — С корабля на бал? Может, сразу и папу римского мочканём? Заодно. А что…

— Рот закрой и слушай! — бросил Ширяй. — Давай, Алёша, объясняй.

Начальник службы безопасности вышел на свет. Я его сразу и не заметил даже. Он стоял за бойцами, а сейчас раздвинул их и встал перед боссом в центре большого ширяевского гаража. Он спокойно кивнул и обвёл глазами своих людей, задержавшись на мне на мгновенье. Под бетонным потолком были установлены яркие лампы, освещавшие пространство мертвенно-белым светом.

— Алексей Викторович, — мотнул я головой, — здравствуйте. Как-то неожиданно всё, но, надеюсь, у вас какая-то база подготовлена, хотя бы? Адрес, там, маршрут следования, количество машин, состав охраны, камеры по маршруту, смена постов, кто внутри, есть ли дети, женщины, другие гражданские, каковы пути отхода, прикрытие, опять же. Всё вот это.

Я говорил спокойно, но мышь в груди металась, как сумасшедшая. Да и мысли… мысли тоже метались, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, чтобы ширяевский план не мог сработать.

— План такой, здравствуйте, кого не видел, — начбез равнодушно кивнул в никуда. — Олег и Сергей проходят в клинику. Карета скорой помощи у нас имеется, одежда врачебная и бейджи тоже есть, и водитель в халате, чепчике и со всеми аксессуарами. Он в клинике хорошо ориентируется. Работал там.

— А что за тема, вообще? — поинтересовался я. — Почему клиника? И если он там работал, значит, его опознают. Или его тоже валить, раз пошла такая пьянка.

— Ты можешь прямо сейчас отказаться, — с убийственным холодком произнёс Ширяй.

Я хмыкнул. Могу, как же…

— Это передовая группа, — продолжил после короткой паузы начбез. — Авангард. У них будут тонкие лёгкие броники, оружие будет спрятано. Остальные бойцы, основной отряд, полностью экипированный и готовый на всё, будет находиться в машине у хирургического отделения. Если возникнет нештатная ситуация, Олег и Сергей жмут тревожную кнопку и парни летят сломя голову, прорубаются, обстреливают, отбивают, выводят из огня. Приходят на помощь, короче.

Я глянул на Олега, он на меня не смотрел. Тоже понимал, что песня про группу поддержки, в случае нештатной ситуации, вполне может оказаться последней в жизни. Мышь неуютно шевельнулась.

— А Шах точно будет в больнице? — нахмурился я.

Эта история мне нравилась всё меньше и меньше. Его охрана точно не такая, как у Чингиза. Очень сомнительно, что мимо неё легко проскочить.

— Шаху сегодня делают операцию, — сказал Алексей Викторович и посмотрел на часы. — В клинике доктора Кардовича. Это частная канадская клиника, очень дорогая и солидная. Там всё на высшем уровне. Серьёзные клиенты, полная конфиденциальность, высочайшие стандарты обслуживания.

Начбез замолчал и обвёл нас с Олегом внимательным взглядом.

— А можно подробности? — спросил я.

— Стой и слушай спокойно, — одёрнул меня Ширяй.

— Как я уже сказал, у Шаха сегодня операция. Она проходит вот прямо сейчас, в настоящее время.

— И что за операция?

— Косметологическая. Липосакция, блефлеро… блаферо… короче, херня какая-то, пластика. Кожу натягивают.

— Сука, — не удержался Ширяй. — Вечно молодой, твою мать, вечно пьяный. Жить хочет вечно, тварь. Но ничего, сегодня мы ему устроим вечную