Желтый глаз - Ли Рэдфорд

Политиков и их пиарщиков – в первую очередь.

* * *

В недрах проекта «Рассвет», в комнате отдыха, Кук жаловалась на обыски.

– В Патни вдоль Темзы перекрыто абсолютно все, – стонала она, – а парень, с которым я раньше работала, утром отправил мне сообщение: написал, что застрял на машине в Вулидже, потому что по Тайдал-Бейсин кишмя кишит армия. Хочешь печеньку? – предложила она, сунув Кесте банку печенья с заварным кремом.

– Когда я вышла, полиция обыскивала двор моего дома, – ответила она, взяв пару штучек.

– Почему полиция была у твоего дома? – подала голос другая женщина, подслушивавшая их разговор. Кеста узнала ее: бейдж гласил, что ее звали М. Коллинз, и Кеста не заметила, когда вошла, что эта женщина уже находилась в комнате отдыха.

– Они были не у меня дома, – ответила Кеста, заняв оборонительную позицию. – Они были во дворе.

– Никакой разницы, – сказала М. Коллинз. – Все равно достаточно близко, чтобы ты наложила в штаны?

– Мой дом выходит на реку, – проговорила Кеста, притворяясь Джесс и извлекая откуда-то из глубин сознания все свое надменное негодование. – И у нас есть лестницы, ведущие к реке. Так что полиция, очевидно, просто проверяет все места, где могли бы прятаться зараженные.

– Не хотела бы я жить там, где ты, – заметила М. Коллинз, прихватила печеньку и вышла.

– Забей на нее, – сказала Кук, – она из Примроуз-Хилл. Там случаев заражения почти не было. До них не докатилось, ну, знаешь, из-за возвышенности[30], – усмехнулась она.

– Послушай, Кук, – начала Кеста, осыпая себя мелкой крошкой печенья, которую коллега заботливо смахнула – так укрепилась связь между ними за эти дни, – нам в первую очередь необходимо разобраться, как заразился Пол Мози. Думаю, мы что-то упускаем.

Кук не отрывала бдительного взгляда от двери.

– Все еще считаешь, что имел место антигенный сдвиг, что замешано еще одно животное, верно? Или отдельная мутация, которую нам следует учитывать?

Кеста покачала головой.

– Просто пока у нас ничего не сходится. Надо узнать, как БТВ стал зоонозным. И обычно для этого нужна вторая видовая ступень. К примеру, курица или корова, укушенные больной змеей, которых потом забили и которые попали в пищевую цепочку человека.

– Нам нужно животное, тоже восприимчивое к БТВ, которое не вырабатывает антитела, как мыши, – добавила Кук. Она вскинула взгляд к потолку, будто перебирала картотеку у себя в голове в поисках другого вида, который мог бы подойти по всем параметрам. – Но ведь ни у одного другого вида БТВ так и не развился?

– Мы можем узнать, что Пол Мози делал на Мадагаскаре?

– Это уже выходит за рамки нашей компетенции, тебе не кажется? – спросила Кук. – Это правительственные дела.

Кук быстрым шагом удалилась в лабораторию, оставляя Кесту быстро доедать печенье и поспешными глотками заканчивать чашку слишком горячего чая. Кеста проверила приложение на телефоне и увидела, что Тим спокойно лежит на спине, раскинув руки и ноги, как труп в морге. Она продолжала давать ему успокоительное, когда уходила на работу, потому что риск, что Тим издаст какой-то звук, был слишком велик. Затем она прошла по многим милям цветных линий, тянущихся вдоль нескончаемых коридоров, и все это время обдумывала, что же могло привести Пола Мози на Мадагаскар.

Холостяк, возможно – бухгалтер в отпуске, он отправляется в путешествие из дома в Бельгии в огромное экзотическое островное государство. Может, он отправился на морское сафари, этакое путешествие всей жизни, когда туристов забрасывают на остров посреди океана, где они могут поплавать среди радужных рыбок, покормить бананами черепах и без последствий потрогать змей, пока те обвиваются вокруг их рук и сдавливают конечности, а гид снимает все это на камеру.

Когда Кеста добралась до комнаты наблюдения, там оказались Дадли и Лундин: они наблюдали за Лив сквозь толстую стеклянную перегородку. Обезьянку спустили с привязи, и она ковыляла по полу, пока люди оценивали ее моторные навыки. Она болтала сама с собой: «Ах, ах, ах». Похоже, ее приводила в восторг вновь обретенная свобода.

– Вы опоздали, – произнес Лундин, что-то набирая на экране айпада. – И не вздумайте валить все на обыски. Если бы кому-то хватило ума сбить тот новостной вертолет, нам бы теперь не пришлось работать наперегонки с гребаным временем. – К концу предложения его голос стал громче. Он шумно выдохнул, откладывая планшет на панель перед собой, и крутанулся в кресле, чтобы оказаться с ней лицом к лицу. Кеста обратила внимание на то, что его ноги едва доставали до пола. – А мне приходится, – добавил он, резко наклонившись вперед – голова опущена, визор упирается в обтянутые перчатками ладони. – Нам всем приходится. Вопреки ожиданиям, «Реаниматор-А» подает надежды. – Он поднял голову, махнул в сторону Лив, которая металась по соседней комнате. – Но испытания на людях не одобрят до следующего финансового квартала.

– Мы только что обнаружили выжившего зомби, – напомнила Кеста. – Я думала, они захотят расширить испытания, начать их поскорее.

– Никто не хочет проблем с лекарством. Они хотят, чтобы мы все сделали правильно с первого раза, насколько это вообще возможно, и только потом разрешат нам испытывать его на людях. Одной рукой дают, а другой забирают.

– Это значит, что нам придется ждать три месяца, прежде чем нам разрешат приступить к испытанию «Реаниматора-А» на людях, – сказал Дадли. – Нам пришлось сократить этап испытаний на животных, но изначальный график клинического тестирования остался тем же – сослались на бюджет.

– Три месяца? – огорошенно произнесла Кеста. – Но взгляните на Лив. Совершенно ясно, что препарат работает. – Слишком поздно она поняла, что схватила Лундина за локоть, привлекая внимание к своей точке зрения. Он отбросил ее руку.

– Еще три месяца, – ответил он. – Я бился за нас, Шелли, особенно после того, как объявился «Дейв». Мы вколем ему «Реаниматор-А» завтра. Скрестим пальцы.

– Мы заметили некоторые побочные эффекты, – прошептал Дадли. – Вот почему Лив сегодня здесь.

– О, это пустяки, беспокоиться не о чем. – Лундин пренебрежительно махнул рукой.

– Какие побочные эффекты? – уточнила Кеста.

– У Лив на спине стали понемногу выпадать волосы, но это почти не заметно, – сообщил Дадли.

– На выходных к нам поступит партия бенгальских макак. Так что сейчас мы сосредоточились на массовом производстве изолированного вируса, чтобы заразить их всех сразу по прибытии.

Кесту пробрала дрожь от одной мысли о массовом производстве.

– И параллельно я занимаюсь перекалибровкой «Реаниматора-А».

– В каком смысле?

– Анализы крови Лив по-прежнему выдают нестабильный результат – нестабильнее, чем мне бы хотелось, скажем так. Боюсь, эффект «Реаниматора-А» ослабевает. Это поддерживающее лечение, а не полноценное лекарство.

Лечение, а не лекарство. Сердце Кесты ухнуло вниз.

– Если я могу чем-то помочь, – сказала она, глядя на