Повелитель бурь - Е. Юань

Память услужливо подкидывала им картины того, как заурядные люди, обливаясь потом, с горем пополам кантовали такие валуны, опираясь на бревенчатые катки, тягловых лошадей и хитроумные лебедки. А эти здоровяки жонглировали каменюками так, словно те были пушинками.

Подобная первобытная, сокрушительная мощь напрочь попирала здравый смысл.

Деррик, окинув взглядом периметр и подметив, что благодаря кровавым мозолям разведывательного отряда Города Серебра внешние рубежи и часть построек уже обрели зримые контуры, удовлетворенно кивнул. Обратившись к Кандис и Лиавалу, юноша проронил:

— Пора держать путь обратно. Самое время выложить Вождю всю подноготную о наших успехах.

Ни один из следопытов не отважился перечить. Более того, они с бьющим через край, искренним энтузиазмом поддержали вердикт новоиспеченного старейшины.

И пускай с момента их прибытия не минуло и вечности, бедолаги уже успели всем сердцем прикипеть к этой новой «родине». Они жадно впитывали ласковое тепло солнца и упивались безмятежностью тех ночей, когда в небесах всходила багровая луна. Им до смерти хотелось поскорее распахнуть эти райские кущи для своих близких и родных.

Заметив этот пыл, Деррик на чистых инстинктах гордо расправил плечи. Титаническим усилием воли он удержал на лице маску ледяной суровости, не позволив пробиться и тени улыбки, и ровным тоном скомандовал Кандис:

— Ты отправишься со мной в Город Серебра, дабы лично доложить обо всем Вождю и остальным старейшинам «Совета Шести».

— Джинод, ты тоже в деле. А на тебе, Лиавал, остается железобетонный контроль за здешним порядком.

Паренек резонно рассудил, что его одного может не хватить, чтобы на все сто процентов убедить нынешнего предводителя Уэйта Хирмонта сотоварищи, а потому благоразумно подтянул в свидетели еще двоих бойцов.

Сноровисто раскидав директивы, Деррик повел Кандис и Джинода в самый глухой, неприметный угол закладывающегося полиса. Склонив голову и благоговейно сцепив пальцы, он вознес мольбу господину «Шуту», испрашивая лишь об одном: немедля катапультироваться обратно в Город Серебра.

Абсолютно бесшумно окружающий пейзаж подернулся призрачной дымкой, гротескно растянулся, после чего так же молниеносно замер, обретая кристальную резкость.

Их взорам предстала суровая каменная кладка крепостной стены, поросшая колышущимся на ветру сорняком, что походил на тонкие пряди волос.

За какие-то жалкие секунды Деррик вкупе с парой подчиненных благополучно вынырнули прямо перед монументальными вратами родного Города Серебра.

— … Воистину, божественное чудо… — Кандис свободной от оружия рукой судорожно протерла глаза, выдохнув это с неподдельным, трепетным восхищением.

Девушка успела прокрутить в уме целую прорву вариантов обратного маршрута, но даже в самых дерзких грезах не могла помыслить, что они вот так просто, играючи, окажутся на месте.

В её картине мира это был не иначе как абсолютный, осязаемый дар истинного божества.

Джинод, едва заметно качнув зажатым в руке стеклянным фонарем, на чистых инстинктах проворчал:

— Эта штуковина всё же на порядок светлее наших старых, обтянутых шкурами ламп…

Не успело эхо этих слов растаять в воздухе, как до него дошел весь абсурд ситуации, и лицо парня расплылось в первозданно чистой, напрочь лишенной свинцовой тяжести улыбке.

На сей раз именно им предстояло стать теми самыми вестниками зари, что выведут жителей Города Серебра прочь из капкана Земли, покинутой богами.

Деррик с шумом выдохнул, титаническим усилием воли сохраняя на лице ледяную, невозмутимую суровость:

— Немедля выдвигаемся к Вождю. Пора отдать отмашку, чтобы все собирали пожитки и готовились к исходу.

В свое время он вдоволь наслушался от господина «Повешенного» леденящих душу баек о том, как грандиозные затеи с треском проваливались в шаге от триумфа. Допустить подобный бесславный финал для Города Серебра юноша совершенно не желал.

А потому с оставшимися хлопотами надлежало разбираться с пулеметной скоростью, не теряя ни единой драгоценной секунды.

Когда троица следопытов миновала парадные врата, несущие вахту стражи Города Серебра окинули их полными жгучего любопытства взорами. На пышущих первозданным здоровьем, разрумянившихся лицах вернувшихся воинов они воочию узрели бьющий через край свет надежды.

— А Лиавал с остальными где? — не выдержав, с искренней тревогой поинтересовался кто-то из дозорных, до смерти боясь услышать, что другие члены передового отряда пали смертью храбрых.

Деррик ответил с бритвенной лаконичностью:

— Они благополучно несут вахту во внешнем мире. Возводят для нас временный плацдарм.

Стражники благоразумно не стали сотрясать воздух лишними расспросами, дабы не транжирить чужое время. Они лишь безмолвно проводили Деррика сотоварищи тяжелыми, полными трепета взглядами, пока те мерно чеканили шаг к Башням-Близнецам.

Вскоре Деррик, Кандис и Джинод предстали перед Вождем Уэйтом Хирмонтом вкупе с остальными старейшинами «Совета Шести». Не рассусоливая, они выложили самую суть, в красках расписав всё то, с чем их отряд столкнулся во внешнем мире.

Под занавес доклада, дабы подкрепить слова железобетонными уликами, разведчики выудили на свет божий карманные часы, музыкальные шкатулки и прочие диковинные, изящные механизмы.

Уэйт Хирмонт, чью бритую макушку украшали темно-синие сакральные символы, а рост переваливал за два с половиной метра, переглянулся с прочими членами «Совета Шести». Издав тяжелый, сокрушенный вздох, старец проронил:

— Весь ваш рассказ звучит как прекрасный, сладкий морок… Нет, даже в самых дерзких грезах мне отродясь не снилось ничего подобного.

Обронив это, предводитель вмиг сменил милость на ледяную суровость и отчеканил:

— Узилище для надежного хранения Запечатанных артефактов уже готово?

— Это самый первый бастион, который мы возвели с нуля, — Деррик выдал абсолютно железобетонный, кристально ясный ответ.

Уэйт едва уловимо кивнул и тут же принялся сноровисто раздавать директивы:

— Поднимайте всех на ноги. Пусть хватают лишь самое жизненно необходимое и пулей стягиваются на тренировочный полигон.

— Дабы подстелить соломку и избежать фатальных форс-мажоров, мы не станем испытывать судьбу. Ударим челом господину «Шуту» и будем слезно молить Его лично перебросить нас на тот берег.

На этом моменте Уэйт на пару секунд провалился в задумчивость, после чего добавил:

— Намедни господин «Шут» ниспослал божественный оракул: нам надлежит обождать еще три часа. Сюда стягиваются древние изгнанники из Лунного Города, дабы примкнуть к нашему исходу. Впрочем, ничто не мешает нам ковать железо пока горячо и изготовиться к броску загодя.

— И еще одно: зарубите всем на носу, что условия выживания в Лунном Городе были поистине чудовищными. Львиная доля их обывателей несет на себе печать жутких мутаций. Предупредите горожан, чтобы те держали себя в узде и смотрели на пришлых без слепой паники или брезгливости.

Пускай стержнем рациона в Городе Серебра и служила «чернолистка», они тоже нет-нет да и пожирали плоть хтонических бестий, отчаянно силясь восстановить силы. Из-за этой вынужденной диеты в их рядах то и дело рождались