Чудовища на Полынной улице - Софа Вернер

– Нет. Бог существует ради людей! – выкрикнул Хорхе, и они оба посмотрели на него.

– Я знаю, что ты задумал, брат, – усмехнулся Тлалок, вышагивая рядом, – но ты упускаешь самое важное: ты изгнан, потому что слаб. Всегда был слаб. Но у тебя еще есть шанс. Впрочем, если ты принесешь жертву не себе, а мне, то я, возможно, буду великодушен. Оставь сердце этого ребенка в груди. Утопи его, техуле.

– Тогда я стану таким, как ты, – хищником, потребляющим страх. Но я не хочу.

– Да, дети нынче все еще часто тонут, в этом ты прав. Что ж, мне повезло, – улыбнулся Тлалок и презрительно добавил: – Бог, который не хочет существовать ради себя, жалок. Посмотри, как низко ты пал. Ты даже не помнишь, зачем ты здесь, за что тебя изгнали.

– Дон Ренато не злой бог, – снова вмешался Хорхе, еле успевая следом. – Дон Ренато – мой друг…

– Молчи! – крикнул дон Ренато. Жертвам не положено разговаривать. Их дело – послушно взойти на алтарь.

Ненависть к брату-предателю рвала дона Ренато на части. Он посмотрел на Хорхе, и тот ответил отчаянным взглядом, в котором читался страх не за себя, а за него – падшего и забытого бога, бога, в которого больше никто не верил. Дон Ренато пихнул мальца к валуну, но тут ветер толкнул его в грудь, будто останавливая, будто желая предложить что-то еще. Что? Может, Хорхе нужен для другого? Ведь именно он пробудил в доне Ренато, казалось, утраченное чувство свободы и силы. Но Тлалоку он его не отдаст. У этой мерзкой собаки и так хватает сил.

Дождь зарядил сильнее, теперь уже ливень изливался на их головы. Гром грохотал непрерывно, а молнии сыпались со всех сторон. В ответ ветер поднимал листья и песок, рвал одежду Тлалока, нагибал верхушки вековых сосен и крутил барашки на озере.

Дон Ренато не давал воде мочить их с Хорхе, отводя ее в сторону. Рано или поздно Тлалок выдохнется, потому что он редко доводил начатое до конца. Такой уж он был. Главное – не отдавать ему мальца.

– Ты слаб, – прорычал Тлалок, и его голос раскатом разнесся над озером. – Слишком долго бродил среди людей, забыв, что значит быть богом. Теперь ты ничто.

Подняв воду из озера, он с ее помощью с легкостью вывернул из земли массивный валун и метнул в их сторону. Дон Ренато направил навстречу ветер, но ему не хватало мощи. Валун ударил о землю в нескольких шагах и разлетелся на куски. Один из осколков вспорол кожу на его плече, оставив тонкую алую линию.

Хорхе забежал ему за спину, а дон Ренато поднял руку и собрал последние силы. С земли поднялись мелкие камни, ветки, песок, и все вихрем полетело в Тлалока. Но тот лишь рассмеялся. Вихрь разбился о его грудь и рассыпался небрежным фонтаном.

– Ты был силой, брат, а теперь лишь дуновение.

Тлалок вырвал дерево и бросил его в воздух. Дон Ренато смог лишь замедлить его падение. Дерево ударило его в грудь, сбив с ног. Он упал на колени, кашляя и цепляясь за землю. Тлалок приблизился, наклонился над ним и прошептал:

– Уступи. Твои дни закончены. Люди больше не молятся ветру. Теперь они зовут дождь и гром. Даже если ты принесешь жертву, для тебя мало что изменится. А отдашь жертву мне – обещаю, я замолвлю за тебя словечко.

Дон Ренато поискал глазами Хорхе. Мальчишка с новой царапиной на щеке испуганно выглядывал из-за валяющегося дерева, но глаза у него горели тем же огнем, что когда-то горел в нем самом.

– Ты ошибаешься, Тлалок, – прошептал дон Ренато. – Ветер не исчезает. Он просто меняет направление.

Но его слова утонули в раскате грома, который разорвал небо, отмечая победу бога дождя.

– Так я и знал. Жалкий спектакль! – выплюнул Тлалок. – Мальчишка мой! – прокричал он одновременно с громом и выхватил Хорхе под дождь.

– Сеньор, прошу, отпустите! – испуганно закричал тот.

– Он мой! – воспротивился дон Ренато.

Тлалок швырнул Хорхе в озеро, и крупные капли тут же скрыли место, где над ним сомкнулась вода. Дон Ренато откинул Тлалока и отправил ветер за Хорхе, но не успел. Оглушительный гром разорвал небеса – Тлалок сказал свое слово.

– Ты не заберешь его, Тлалок! – закричал дон Ренато, собирая внутри всю свою ущербную силу. Он хотел начать с начала, значит, так и будет, он не даст врагу себя победить.

– Думаешь, мальчишка тебя спасет? – ответил ему гром. – Смертные не умеют хранить веру. Он забудет тебя, как ему подобные забыли всех нас.

Дон Ренато взмахнул руками, поднимая смерч, который врезался в озеро, разорвал воду и выхватил Хорхе, потом дон Ренато сложил его к своим ногам. Мальчик был едва жив и не открывал глаз. Волосы закрыли его лоб, кожа побледнела, одежда липла к телу, он дрожал от холода, а пальцы судорожно сжимались, будто хватались за воздух. Но грудь прерывисто вздымалась.

Гнев закипал в доне Ренато, потому что сейчас, глядя на Хорхе, он видел собственное бессилие.

Боль пронзила дона Ренато от затылка до самых пяток, он закричал, а тело его выгнулось дугой. Все, что прежде мучило его неделями, собралось одновременно и добралось до каждого уголка. Руки начали чернеть. Человеческая оболочка не выдержала божественной силы, и тело рухнуло на землю.

– Ты отдал все ради него, и что теперь? – сказал гром. – Он все равно не выживет. А ты… тебе конец, брат.

Ветер молчал, поглаживая дона Ренато по щеке, а тот чувствовал себя наконец-то свободным. К нему возвращалась легкость. Заточение окончено? Заклятие снято?

Нет, это забвение. Полное, окончательное забвение!

Осознание накрыло его, заставив желудок болезненно сжаться. От страха дона Ренато затошнило, но страх лишь всколыхнул упрямство. Неужели все закончится простым исчезновением? Нет, он не сдастся. Не уступит врагу. Не растворится в тишине, как простой смертный.

Внутри поднялось колкое несогласие, колеблющееся между отчаянием и решимостью. Он искал выход – цеплялся за любую возможность спастись. Дон Ренато перевел взгляд на Хорхе. Мальчик сипел. Он уже посинел. Он умирал. Ветер, этот неуловимый союзник, все это время словно подталкивал его к одному: спасти человеческого детеныша.

Но почему? Почему разговаривал не с ним, своим старым носителем, а с этим мальчишкой? Может быть, это его единственный путь к спасению? Взять то, что потеряно, и вернуть себе силу, переселившись в него.

«Зачем ты пришел ко мне, ветер? Почему не помог?»

Над ухом прошелестело: «Начни с начала». Дон Ренато последний раз