Удачное вложение - Евгения Высоковская

Я в безмолвном ужасе отступила на несколько шагов, и тут существо, отклеившись от двери, двинулось за мной.

— Помоги… мне… — раздался хрип из черной пасти, и существо вдруг захохотало безумным смехом.

Мои ноги отяжелели, словно налитые свинцом, не позволяя больше двинуться с места, а существо медленно, но верно приближалось. Лампочка над головой стала раскачиваться из стороны в сторону, продолжая мерцать каким-то мертвенно-бледным отблеском, и в ее неверном, мечущемся свете я увидела, что существо, крадущееся ко мне, не беззубое: из гнилых, серых десен торчали острые обломки черных зубов. До меня долетело его смердящее дыхание.

— Помоги… — Существо со стоном протянуло ко мне уже обе руки, его жадные пальцы были все ближе и ближе. Я с омерзением следила, как сокращается расстояние между мной и трясущимися серыми конечностями. Оно взывало о помощи, и у меня в голове билась пугающая, кошмарная мысль, что я, несмотря ни на что, вопреки страху, гадливости и инстинкту самосохранения, должна пересилить себя и попытаться спасти призрака.

Существо сделало еще пару шагов, и его мелко дрожащая, мертвая рука скользнула по моей щеке, словно пытаясь погладить. Обломанные, корявые ногти оцарапали кожу, и ее жгло, словно в ранки проник яд. Сердце билось до обжигающей изнутри рези. Другой рукой призрак коснулся моей груди. Я попыталась отстраниться, но он вдруг вцепился в нее, с силой сжав сосок и заставив меня охнуть от боли. По безобразному лицу пробежала тень сладострастия, черный язык быстро облизнул серые шершавые губы, а я, призвав на помощь все свое самообладание и собрав остатки сил в кулак, закричала и, оттолкнув от себя чудовищную сущность, отпрянула назад.

Существо качнулось и ударилось горбатой спиной об угол стенки в прихожей. Его лицо перекосилось злобой, крошечные зрачки будто лопнули и растеклись внутри, затянув прозрачные глаза черной пленкой.

— Помоги, ты же так этого хотела. Насыть меня! Я давно один, — с шипением вывалились смрадные слова из искривленного ненавистью рта.

Сущность, хрипя и дергаясь при каждом шаге, снова двинулась за мной. А мои ноги, хоть и с трудом, но отрывались от пола и кое-как меня слушались. Только бежать было некуда: тварь преграждала мне путь к входной двери. Хотя прикосновениям ее мерзких рук я бы предпочла выход через окно. Сумбурные мысли роились в голове. О том, что я все же бесполезная, что мой дар однобокий, и я не в состоянии себя защитить. Тоже мне, помогатор. А я ведь и не знала, что способна дотронуться до призрака или наоборот, он до меня. Бабушка Зоя всегда держалась поодаль. От мысли, что урод только что меня трогал, тошный комок подкатил под самое горло.

Повинуясь внезапной идее, я снова бросилась в гостиную, посередине которой стоял стол. Я еще удивлялась, как бессмысленно водрузили в центр этот предмет мебели, но сейчас он мог спасти меня, хотя бы дать фору. Тварь, конечно, последовала за мной. Сейчас нас разделяло около метра полированной столешницы. Как только существо начнет обходить стол и освободит проход, нужно сразу бежать к двери, не важно, что я босиком и что мобильный, документы и прочее останется в квартире. Жизнь и рассудок дороже.

«Только бы призрак не догадался нырнуть под стол, ползком ему будет проще до меня добраться. О, господи, надеюсь, он не читает мысли!»

Существо мысли, видимо, не читало, но хитрость мою разгадало. Теперь все зависело от того, кто из нас окажется более ловким и быстрым. Чтобы быть готовой уловить любое движение, мне приходилось смотреть на него, а оно будто с каждой минутой становилось все отвратительнее. Мы метались вдоль стола напротив друг друга. Только я пыталась обежать слева — и существо кидалось наперехват. Я бросалась в противоположную сторону, и тварь тоже была тут как тут. Я лихорадочно вспоминала, на сколько запоров закрыта дверь. Кажется, придя домой, я просто один раз повернула замок. Один поворот! Добежать до двери — и повернуть всего один раз. А если снова схватит — так же пнуть, как в коридоре, чтобы отлетело, и вырваться наружу!

Жуткие черные глаза неотрывно следили за любым моим движением, язык вывалился наружу, с него тоненькой струйкой текла вязкая коричневая слюна. Подавив очередной позыв тошноты, я вцепилась побелевшими пальцами в край стола, готовая ринуться в нужную сторону, лишь уловив шаг в моем направлении. На противоположной стороне существо тоже впечатало серые узловатые пальцы в полированную поверхность.

— Ты всегда будешь помнить мои касания, — вдруг сказало оно, и у меня поплыло перед глазами. Если меня сейчас начнет рвать, тварь этим воспользуется и настигнет меня. Может, того она и добивалась. — Ты будешь перед сном чувствовать мои пальцы на своей груди. Она всегда будет болеть, это никогда не пройдет.

Я вдруг поняла, что сосок действительно до сих пор горит от щипка, и глубоко задышала, чтобы унять омерзение.

«Еще немного, и я не выдержу», — подумалось мне.

За спиной был открытый балкон. Неужели придется туда? Перед глазами встало любимое лицо с прищуренным, чуть подкрашенными карими глазами. Неужели больше не увижу его? Сама стану призраком, запертым в этой кошмарной квартире, но Иоська не медиум, он не придет меня спасать.

— Помоги мне, и я помогу тебе, — прошипела тварь. — Я очень голоден, мне нужна женская плоть…

Я резко дернулась налево, опасно сближаясь с существом, и оно повелось на эту обманку, ринувшись мне навстречу и протягивая руки, а я тут же рванула от него вокруг стола. Споткнулась на завернувшемся крае истоптанного паласа, чуть не растянувшись во всю длину на радость твари, но удержалась и в два прыжка оказалась у спасительной двери. Смрад за спиной я почувствовала почти сразу: существо быстро меня настигало. Скользкая от пота, трясущаяся ладонь раз за разом соскакивала с вертушки замка, но наконец я крутанула ее и, изо всех сил толкнув дверь, почти кубарем вывалилась из чертовой квартиры. Отползая на попе и локтях назад по грязному полу, я успела увидеть, как в дверном проеме выросла серая перекошенная фигура с искаженным дикой яростью лицом, а затем из последних сил толкнула дверь ногой и, с трудом поднявшись, побежала вниз по лестнице. Где-то между восьмым и седьмым этажами меня согнуло пополам и наконец вырвало на лестничный пролет, а после этого я разрыдалась. Дальше я неслась, обливаясь слезами, по лестнице, перепрыгивала через ступени, сбивая босые ступни, пока не вырвалась на свежий воздух.

На дворе стояла спокойная ночь, в розовом доме не светилось ни одно окно. Было тихо, только